Чтение онлайн

Гудериан перешёл к стенду с оперативными картами.

– В помощь пехотным подразделениям выделяется специальная танковая группа из состава восемнадцатой танковой дивизии прошедшая подготовку по программе "Морской лев". Тактико-технические данные этих машин позволяют им форсировать водные преграды глубиной до пяти метров. Дно реки в намеченном месте форсирования твёрдое, глубина реки составляет до четырёх метров.

Указка в руках командующего второй танковой группой скользнула по аэрофотоснимку Брестской крепости.

– Господа, я не расчитываю на то, что пехота даже вместе с нашей танковой поддержкой сможет немедленно захватить укрепления русских. Как вы помните, два года назад, нам удалось с хода ворваться в крепость, но и в этом случае сопрoтивление ослабленного польского гарнизона затянулось на целых два дня.

Гудериан взглянул на сидевшего в конце стола неприметного полковника - начальника разведслужбы танковой группы

– По свежим данным нашей военной разведки, oтмечено оживлённое строительство оборонительных укреплений на всём протяжении нашего участка германо-советской границы. Особенно это касается района прилегающего к Бресту и имеющего крепость главным узлом обороны.

Гудериан окинул взглядом собравшихся

– Прежде чем генерал-квартирмейстер расскажет нам об особенностях организации службы снабжения в этой кaмпании, я напоминаю, что все заявки на боеприпасы должны поступить в дивизионные органы снабжения не позднее восемнадцати часов. Через час требование на недостающие материалы уйдёт в армию. Не успеете с заявками - не получите ничего со складов в течениe следующего дня. Под личную ответственность командиров присутствующих дивизий. Я запрещаю заниматься разбоем на большой дороге и реквизировать военные припасы направляющиеся в "чужие" подразделения. Надеюсь это всем понятно. И ещё, дорожная сеть в зоне действия нашей танковой группы такова, что на скорое выполнение заявок по снабжению расчитывать не приходится, и пока, наши танки не выйдут на оперативный простор, во избежания не нужных заторов и скученности постарайтесь некоторую часть всего необходимого взять с собой заранее.

Берлин,

Управление Абвер/Аусланд ОКБ

Дом на набережной Тирпица.

Кабинет начальника Абвера адмирала Канариса.

19.00 (время берлинское)

– Ну что ж, - адмирал Канарис отложил в сторону прочитанное им сообщение о положении в Иране, - и всё-таки стоит попытаться укрепить нашу разведовательную сеть в этой стране несмотря на противодействие англичан. Иран является стратегически важным пунктом на Ближнем Востоке.

– Мой адмирал, весь Ближний Восток является одним важным стратегическим пунктом, откуда мы могли бы нанести удар в спину Сталину, -улыбнулся собеседник Канариса Ганс Питербрук.

– Вы правы Ганс, - медленно произнёс шеф абвера, - И важнейшей страной в этом регионе является Турция.

– К сожалению, мой адмирал, нашим дипломатам никак не удаётся привлеч турок на нашу сторону. Турецкое правительство проводит политику направленную на сохранение жёсткого нейтралитета, - заметил Питербрук.

– Турция будет продолжать свою игру, опирающуюся на поддержку Англии и США , по крайней мере до падения первой, - Канарис задумчиво потёр подбородок, - И в Иране, и Турции английская разведка чувствует себя как дома. Наши же люди вынуждены работать там на пределе своих сил.

– Будем надеятся, что скорые военные действия изменят сложившуюся ситуацию. Кроме того, мы делаем определённые успехи в Афганистане. И если нам удастся поставить под удар южные границы Советской России, то возможно ситуация в том же Иране изменится в нашу пользу. Я говорю, мой адмирал, о проблеме Северного Азербайджана отторгнутого Советами у Ирана. Определённые круги в Тегеране настроены очень решительно. К тому же, в случае получения нами точки опоры среди афганских горцев, возможно удастся использовать для организации партизанской войны на территориях советского Туркестана, этого фюрера всех туркменцев - Хана Жомудского, - произнёс Питенбрук.

При упоминании этой фамилии Канарис принебрежительно скривился.

– У меня вся приёмная завалена просьбами о сотрудничестве и письмами с просьбами о сотрудничестве разных туркестанских фюреров, больших и малых

– Кстати, - Канарис взглянул на начальника отдела внешней разведки Абвера, - Когда были последние сообщения от наших агентов из Москвы?

– За последнее время ничего нового, мой адмирал. Контрольные радиограммы от радистов получены. Оба наших человека уже на месте. Однако наши люди в посольстве прислали сегодня очень тревожное сообщение касающeеся усиления наблюдения и контроля со стороны органов НКВД.

Питербрук извлёк из принесённой папки полученную час назад шифрограмму из германского посольства в Москве.

Канарис молча прочитал сообщение, затем неторопливо произнёс.

– Из сообщения видно, что агент Мориц два раза сообщал о готовности выйти на связь и наличии важного сообщения. Однако по причине невозможности избавиться от наружного наблюдения наши люди не пошли с ним на контакт из опасности раскрытия нашего агента. Решение принято нашими сотрудниками абсолютно правильное.

Помолчав несколько секунд Канарис добавил

– Отправьте Морицу шифровку на использование им резервного канала связи. Видимо у него сведения чрезвычайной важности.

– Слушаюсь, мой адмирал.

– Иногда сообщение одного агента может изменить течение всей военной кампании.

Совершенно секретно лично тов. Сталину

28 мая 1941 года

23.15

Докладная записка о поведении народного комисссара вооружений тов. Ванникова Б.Л. на совещании в Главном Артиллерийском Управлении Генерального Штаба РККА.

Сегодня, на заседании в ГАУ посвящённом недопоставкам различных типов вооружений и боеприпасов промышленностью, тов. Ванников занял недопустимую позицию. Это выразилось в проявлении местничества и недопонимания нужд Красной Армии. На большинство поступивших вопросов тов. Ванникову от начальника ГАУ генерал-лейтенанта Яковлева не было получено вразумительных и полных ответов. Мало того, попытка тов. Яковлева к конструктивному разговору и ряд конкретных предложений направленных на скорейшее исправление сложившейся ситуации с производством бронебойных снарядов, и ряда других вооружений натолкнулась на резкое неприятие и противление со стороны наркома боеприпасов тов. Ванникова. Непонимание и нежелание тщательно и досконально разобраться в сущности предложений высказанных начальником ГАУ тов. Яковлевым привели впоследствии к личному конфликту между ним и тов. Ванниковым. Последний ушёл с заседания громко хлопнув дверью. Считаю подобное поведение тов. Ванникова личной нескромностью, проявлением политической близорукости, направленной во вред общим интересам дела, и непониманием важности текущего момента. Предлагаю разобрать личное дело тов. Ванникова на ближайшем заседании Политбюро.

Секретарь ЦК ВКП(б) Маленков

Москва,

Наркомат вооружений,

кабинет наркома Ванникова Б.Л.

23.56

В тишине кабинета резко прозвучал зуммер телефона кремлёвской линии связи.

Нарком вооружений мгновенно снял телефонную трубку.

– Ванников у аппарата.

– Не спишь ещё?
– усиленный мембраной ВЧ, раздался в трубке голос секретаря Сталина Поскрёбышева.

– Нет, Александр Николаевич, не сплю . Работаю.