Из Америки – с любовью
Шрифт:
Я вылез из патрульной машины и постоял немного, вдыхая пронзительный осенний воздух, подставляя лицо порывам ветра. Я хотел дать Андрею и Кейт еще несколько минут побыть вместе. Им это полезно.
По дороге на Манассас, штат Виргиния,
29 сентября 1979 года, суббота.
Анджей Заброцкий
– Анджей!
– Да?
– Постарайся остаться живым.
– Обязательно, – пообещал я. – Ведь меня будет ждать самая замечательная девушка во всей штатовской полиции.
– Все шутишь?
– Нет. Я серьезно.
Кейт отвернулась.
– Я понимаю, что сейчас не самое подходящее время, – поспешно сказал я. – Но…
– Нет, все в порядке. Только… ты возвращайся. Обьязательно.
– В русском языке, – улыбнулся я, – есть еще одно слово. «Всенепременно». Я всенепременно вернусь к тебе. Обещаю.
– Смотрите, мистер Заброцкий. А то ведь я найду вас сама.
– Мисс Тернер, – позвал Щербаков, высунувшись из «Бригантины». – Время.
Кейт взглянула на меня. Я прижал ее к себе и… отпустил, хотя больше всего на свете мне сейчас хотелось никуда ее не отпускать. Вот так стоять посреди дороги и изо всех сил прижимать к себе девушку, которую я впервые увидел шесть дней назад. А великие империи и республики с демократиями пусть горят синим пламенем – туда им и дорога скатертью.
– Анджей, я…
Дверца машины захлопнулась, и серебристый «Крайслер» рванул с места, подняв облако водяной пыли.
А я остался один.
Автомобиль давно уже скрылся в туманной дымке, а я все стоял и смотрел на дорогу, словно ждал чего-то. Сам не знаю чего.
Наваждение какое-то. Ну да ладно. Мне сейчас предстоит, может, самое веселое дело во всей моей недолгой пока еще жизни – поднять на уши пол-Америки и, желательно, уцелеть при этом.
С другой стороны, как я ни пытался реалистично оценить уровень своих противников, ничего из этого не выходило. Как было мое мнение о них ниже некуда, так и оставалось.
Нет, есть тут люди, которые при всей моей подготовке схрумкают недопеченного егеря в два счета и не подавятся. Но юмор весь в том, что никто этих людей из постелей ночью не выдернул и боевую задачу не поставил. Ловят ведь не русского диверсанта Анджея Заброцкого, а опасного, но вполне обычного уголовного преступника Ганса… как бишь его там? Шредингера?
Только вот предстоит вам, господа американцы, очень скоро узнать, что подготовка, методы и цели у уссурийских егерей и немецких бандитов очень сильно различаются. И узнаете вы это на своей шкуре.
Я подошел к патрульной машине, сел, полюбовался на себя в зеркальце и плавно дал газу.
Надо признать, дороги у американцев – по крайней мере, те, по которым мне довелось ехать, – отличнейшие, ничуть не хуже наших стратегических магистралей. Поэтому я спокойно врубил мигалку и вжал педаль в пол. Усиленный мотор взревел, как раненый кабан, и машина рванулась вперед. Я с удивлением уставился на спидометр – слишком медленно ползла по нему стрелка. Ах да, здесь же мили, а не километры!
Самый обычный американский полицейский. В фуражке и кителе. Вместо кителя, правда, пиджак с прицепленной к нему бляхой-звездочкой, а брюки и вовсе не имеют ни малейшего отношения к форменным, но если не вылезать из машины, то маскарад вполне подходящий. Ищут ведь беглого каторжника. А беглый немецкий каторжник, по мнению добропорядочного обывателя, – это грязный, бородатый и патлатый субъект, заляпанный кровью невинных жертв и с огромным ржавым револьвером за поясом. Вот его-то и будет ловить простой, честный коп на патрульной машине. Да здравствуют стереотипы!
Конечно, рано или поздно все дорожные посты получат приказ задержать полицейскую машину номер… А, не помню, да и неважно. И большую часть отпущенного нам времени мы вульгарно продрыхли. Но отсюда до Стаффорда километров сто. Это же сколько народу надо, чтобы перекрыть все дороги в этом радиусе? Не будет столько постов, не наберется.
Жаль, нет у меня под рукой ничего из нашего снаряжения. Штейровская винтовка – это инструмент прекрасный, прецизионный, можно сказать, но к ней бы еще патронов зажигательных да взрывчатки пару кило. Я бы тут такое устроил! Они бы у меня научились салюты запускать.
Можно, конечно, соорудить что-нибудь самодельное, но время на это нужно, да и не любил я никогда рукоделием заниматься. Я все-таки снайпер, а не минер.
Остаются мелкие пакости. Закоротить электролинию, или продырявить емкость с трансформаторным маслом, или… Стоп, а это мысль.
Я съехал на проселок и полторы минуты трясся на ямах, пока не подобрался к маячившей на горизонте высоковольтной линии метров на четыреста. Остановился, вышел, огляделся – ни души, даже на шоссе никого – и достал с заднего сиденья винтовку.
Первый выстрел был пристрелочный – по мачте. Пуля звонко цвикнула в паре сантиметров выше намеченной железяки и ушла вверх. Вторая ударила чуть левее. Я расстрелял обойму до конца и с уважением посмотрел на винтовку – кучность была великолепная.
С изоляторами было чуть посложнее. Первые две пули прошли мимо. Третья отбила кусок фарфорового стержня, но изолятор устоял. Четвертая пуля снова прошла в молоко, зато пятая угодила точно в середину. Брызнули осколки, и провод медленно пошел вниз. Я наблюдал за ним с некоторой опаской. Расстояние по идее безопасное, но… Зевес шутить не любит. Врежет перуном по маковке – мало не покажется.
Обошлось. Провод издал пару впечатляющих высверков, а затем сработали предохранители. Для проверки я расстрелял второй изолятор с той же дистанции, истратив на него всего два патрона, затем подъехал на двести метров и разнес оставшиеся два. Пятый патрон остался неиспользованным.
Меня тянуло повторить этот тир с соседней мачтой, но это был бы перебор. Линию я обесточил, а ремонта даже одной мачты им и так хватит выше крыши.
Зато я придумал, что буду делать дальше.
Прежде всего следовало избавиться от машины. Желательно обзаведясь при этом новой. Как говорил незабвенный Проценко, бэтээром больше, бэтээром меньше – главное, чтоб не ногами. Очень, бывало, сокрушался, когда на учениях запрещали захватывать транспорт.
Я развернул полицейский драндулет поперек дороги и аккуратно съехал задним ходом в кювет. Вылез, полюбовался напоследок, оглянулся и, убедившись, что никого поблизости нет, прострелил правое заднее колесо. Потом забросил в машину фуражку, отвинтил звезду от лацкана, вышел на дорогу и принялся ждать, кого мне сегодня пошлет бог.
Слава всевышнему, долго ждать не пришлось. Шоссе было достаточно оживленное, и я даже пропустил пару машин мимо, пока наконец на дороге не показался подходящий объект для потрошения – ярко-красный спортивный кабриолет. Гнал он с явным превышением допустимой скорости.
Когда авто затормозило, выяснилось, что за рулем сидит парень примерно моих лет, а рядом – девчонка, по яркости окраски соперничавшая с машиной. Богатеев сынок, не иначе. Таких и без повода ограбить – невеликий грех.
– Что вы себе позволяете? – завопил парень, даже не удосужившись выйти из машины.
Стою. Посреди дороги. А то черта с два бы ты остановился. Знаю я вашу шакалью породу. Драпануть от полиции – это вы запросто, а вот переехать полицейского не посмеете.
– Да мой отец из вас…