Чтение онлайн

Довольные собой, Эмма и Джимми решили, что заслужили отдых, и пошли слоняться по Рокфеллер- центру. Сначала они немножко поглазели на тех, кто катался на коньках, а потом, подольше, — на тех, кто глазел на тех, кто катался на коньках. А когда, прикупив себе вкусненького на ужин, они вернулись к музею, то обнаружили длиннющую очередь — в воскресенье желающих посмотреть на статуэтку оказалось еще больше. Зная, что в очереди все равно мало что разглядишь, они направились к входу в Детский музей. Тамошний охранник сказал, что если их интересует знаменитая статуэтка, то нужно войти в музей с центрального входа — с Пятой авеню.

— Да мы уже видели! — махнул рукой Джимми.

— Ну и как? — спросил охранник то ли из дружелюбия, то ли из любопытства, то ли просто от скуки (в этот день мало кто заходил в Метрополитен через Детский музей).

— Ну, мы пока не можем утверждать наверняка, — начал Джимми, — но, скорее всего…

Эмма потянула его за руку и громко сказала:

— Идем, Арнолъд!

На пути к залу греческих ваз они снова увидели толпу желающих полюбоваться статуэткой.

— Знаешь, что я собирался сказать тому охраннику? Что, скорее всего, ключ к этой тайне надо искать в ее основании!

Брат с сестрой обменялись довольными улыбками и стали бродить среди древних ваз, дожидаясь, когда настанет момент расходиться по кабинкам.

Когда в понедельник утром они вышли из музея, Эмма сразу же свернула к автобусной остановке.

— Эй, — удивленно окликнул ее Джимми. — А позавтракать?

— Самое первое дело с утра — почта, — ответила Эмма. — И вообще, чем скорее они получат наше письмо, тем лучше.

— Тогда давай сами отнесем его в музей, — предложил Джимми.

— Хорошая мысль! Только сначала заведем себе ящик, чтобы вписать в письмо его номер.

На почте Джимми, как казначей всего предприятия, подошел к нужному окошку и сказал:

— Здравствуйте! Я хочу арендовать абонентский ящик.

— На какой срок? — спросил человек в окошке.

— Дня на два.

— Извините, но мы сдаем ящики в аренду не меньше чем на три месяца.

— Э-э… минуточку, — Джимми отвернулся от окошка — посоветоваться с Эммой.

— Ну что же ты? Давай! — громко прошептала она.

— Но это наверняка стоит кучу денег!

— Узнай сначала, сколько, а потом говори! — Шепот Эммы напоминал шипение раскаленной сковородки, на которую только что плеснули водой.

— Сколько стоит ящик на три месяца? — спросил Джимми человека в окошке.

— Четыре доллара пятьдесят центов.

— Вот видишь! — Джимми сверкнул глазами в сторону Эммы. — Целая куча, так и есть!

Эмма пожала плечами:

— Значит, сегодня будем купаться долго-долго.

Человек в окошке и бровью не повел. Работников почтового отделения вокзала Гранд-Централ трудно удивить. Им постоянно приходится слышать всякие странности. Поэтому они просто научились пропускать мимо ушей то, что их не касается.

— Так вы берете ящик или нет? — спросил он.

— Беру, — вздохнул Джимми.

Он уплатил четыре пятьдесят и заполнил анкету. В графе «имя» он написал «Анджело», в графе «фамилия» — «Микель», а в графе «адрес» — «Мраморвиль, штат Массачусетс». После чего Джимми-Анджело-Кинкейд- Микель стал обладателем ключа от абонентского ящика номер 847. Он отыскал свой ящик и открыл его.

— Смотри, — сказал он Эмме. — Ячейка точно как в кафе-автомате. Только там из этой ячейки уже выехали бы две полных тарелки с макаронами, а тут — ничего… Одно пустое место.

Заплатить четыре с половиной доллара за пустое место — для Джимми это было серьезным испытанием. Эмма заподозрила, что обратно в музей им предстоит идти пешком. И не ошиблась.

Каждый из них хотел сам отнести письмо директору, но оба понимали, что это слишком рискованно. Надо найти кого-то, кто сделает это за них. Кого-то с плохой памятью на лица. И хорошо бы, чтобы этот «кто-то» был примерно их возраста. И чтобы ему, в общем-то, было на них наплевать. А если он окажется слегка любопытным — не беда. Такого посланника лучше всего искать в какой-нибудь школьной группе. Они начали поиск с самых популярных залов, куда обычно водили школьников: оружие и рыцарские доспехи, история костюма, искусство Древнего Египта.

Приближаясь к египетскому крылу, они услышали звуки, в которых безошибочно распознали раскладывание стульчиков и шуршание ковриков: очередная группа школьников устраивалась поудобнее вокруг экскурсовода. Эмма и Джимми не хотели снова слушать лекцию о мумиях; они и по телевизору никогда не смотрели повторы вчерашних передач. Но на школьников стоило взглянуть поближе. И они решили подождать в мастабе.

(Кстати, Саксонберг, надо бы объяснить вам, что такое мастаба. Это древнеегипетская гробница. Точнее, не вся гробница целиком, а только верхняя часть. По мастабе можно гулять. Долго-долго. Или совсем недолго — погулял и вышел. Можно читать надписи, высеченные на стенах. А можно и не читать. И неважно, будете вы их читать или нет, проведете в мастабе целый час или всего минуту — все равно вы почувствуете себя другим человеком, и вам покажется, будто вы и вправду побывали в Древнем Египте. Такое уж это место, мастаба. Так что ждать там совсем не скучно.)

Итак, Эмма и Джимми спокойно ждали. От древних каменных стен веяло почему-то не холодом, а теплом и уютом. Наконец до них донеслись обрывки знакомых, не раз слышанных разговоров: это школьники потянулись к выходу мимо мастабы:

— Наша Сюзи — вылитый фараон!.. Передай другому!

— А обед когда?

— Ну сколько можно ходить? Ноги гудят!..

Судя по голосам, брат с сестрой не ошиблись в выборе группы — возраст у ребят был самый подходящий.

— Эй, Руби, посмотри, чего у меня есть!

— Ух ты, Брюс! Давай меняться!

Эмме и Джимми вдруг одновременно стало не по себе. Что-то не то. Что-то не так. Уж слишкомзнакомы эти разговоры и эти голоса, вот что! Сюзи… Руби… Брюс… Когда-то давно, сто веков назад, в прошлой жизни, они всё это уже слышали. В классе… На переменке… В школьном автобусе…

Шаги и голоса становились все громче. Вслед за звуками в мастабу проникла и первая тень:

— Слушай, а тут здорово! Давай спрячемся!

Джимми обернулся к сестре и раскрыл рот — то ли от удивления, то ли собираясь что-то сказать. Эмма разбираться не стала, а просто на всякий случай зажала ему рот ладонью.