Чтение онлайн

Прибыв в Москву в НКО, я был назначен заместителем командира 53-й гв. танковой бригады 3 гв. ТА (танковой армии. — Н.Ч.) и работал в ее составе на фронте до конца войны. Участвовал во всех операциях 3 гв. ТА от Днепра до Берлина. За боевые отличия получил четыре ордена, шесть медалей и звание “полковник”.

Определением военного трибунала Центральной группы войск от 21 июня 1945 г. я освобожден от наказания по приговору военного трибунала МВО от 5.9.39 г. и на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 26.2.43 г. с меня снята судимость.

В 1945 г. парторганизация 3 гв. ТА приняла меня кандидатом, а в октябре 1946 г. членом ВКП(б).

Таким образом, на сегодняшний день я восстановлен в политических правах, состою снова в рядах Советской Армии и великой партии Ленина—Сталина, которым всю свою жизнь отдавал, все свои силы и знания и которые воспитали меня.

Однако до сих пор на мне остается позорное и незаслуженное пятно судимости и приговора суда военного трибунала, за тягчайшие преступления перед Родиной, которых я никогда не совершал.

Я прошу пересмотреть мое дело и возбудить ходатайство об отмене приговора военного трибунала МВО от 5.9.39 г., являющегося судебной ошибкой. В доказательство своей невиновности привожу следующее:

Возникновение и прекращение дела о военно-фашистском заговоре в Горьковском бронетанковом училище им. Сталина

Осенью и зимой 1937 г. в Горьковском бронетанковом училище, которым я тогда командовал, создалась тяжелая, нездоровая обстановка. В этом был виноват комиссар училища Седов, который всячески старался меня дискредитировать.

Например, в своих выступлениях он намекал на мое дворянское происхождение, отменял мои приказы, а в декабре 1937 г. потребовал от парторганизации расследовать, не являюсь ли я “князем”. Парторганизация установила, что я происхожу из бедной дворянской семьи, не имевшей княжеского титула. Усилия Седова не помешали парторганизации оказать мне доверие выбором в состав районного комитета партии и делегатом на областную и окружную (МВО) конференции. Я поставил в известность пуокр (политическое управление округа. — Н.Ч.) и У ВУЗ (Управление военно-учебных заведений. — Н.Ч.) о проводимой Седовым политике и он был переброшен на другую работу. В последующем он был уволен из РККА за какие-то неблаговидные поступки.

Деятельность Седова сыграла определенную роль в последующем развитии событий в училище. В феврале 1938 г., накануне XX годовщины РККА, было арестовано несколько командиров училища — пом(ощник) по тех. части капитан Му-рачев Семен, инженер по ремонту Линявский, инженер Скворцов. Арест был для меня и парторганизации полной неожиданностью. Арестованы были такие товарищи, честность которых была вне подозрений. Мурачев пользовался в училище большим авторитетом как старый член партии и отличный командир-танкист. Он был членом парт, бюро и секретарем парт(ийной) комиссии. В те дни я думал — как ловко маскируются враги. Мною была создана комиссия для проверки работы технического отдела училища, где работали арестованные. Комиссия в работе техотдела не нашла вредительства, были обнаружены мелкие неполадки обычного порядка.

15 марта 1938 г. был арестован я, а вслед за мною еще одиннадцать командиров училища.

На предварительном следствии мне были предъявлены письменные показания Мурачева и Линявского, в которых они говорили, что являются членами военно-фашистского заговора, возглавляемого мною. На очных ставках эти товарищи подтверждали свои ложные показания.

Следователями ко мне были применены особые методы, в результате чего я был вынужден писать и подписывать все, что было угодно следователям.

4 февраля 1939 г., встретив в кабинете следователя прокурора, я подал ему жалобу, в которой указал, что все протоколы моих показаний являются ложными и вынужденными. В -результате этого последовали новые репрессии и я снова был вынужден “подтверждать ранее записанные показания”, решив довести дело до суда, где только я мог рассчитывать сказать правду.

Протоколы допросов, как правило, составлялись следователями без меня и давались мне для подписи. Обвинение мне было предъявлено на 5-й месяц после ареста. Обвинительное заключение было мне дано за день до суда...

Заканчивая, я еще раз прошу пересмотреть мое дело... отменить приговор военного трибунала Московского военного округа от 2—5.9.1939 г. и прекратить дело.

Гвардии полковник (Вяземский) 1 марта 1948 г.» [324] .

К приведенному тексту заявления М.Ф. Вяземского необходимы некоторые пояснения и дополнения. Во-первых, Михаил Федорович в июне 1943 г. был выпущен из лагеря досрочно с отсрочкой приговора до окончания военных действий. Это видно из выписки заседания Президиума Верховного Совета СССР от 17 июня 1943 г. (протокол № 13), на котором слушалось:

«Ходатайство Вяземского Михаила Федоровича о помиловании и отправке на фронт.

Выездной сессией Военного трибунала Московского военного округа 2—5.1Х.39г. по ст.ст. 58—1«б». 17—58—8 и 58— 11 УК РСФСР — приговорен к 10 годам лишения свободы с поражением политических прав на 5 лет и лишением военного звания “комбриг”.

Дело № КП 864/с

Снять с Вяземского Михаила Федоровича поражение в политических правах и отсрочить исполнение приговора до окончания военных действий с направлением на фронт.

Секретарь Президиума Верховного Совета Союза ССР (Горкин)» [325] .

Во-вторых, в 53-ю гвардейскую Фастовскую танковую бригаду на должность заместителя ее командира М.Ф. Вяземский прибыл 14 марта 1944 г., предварительно окончив Академические курсы усовершенствования офицерского состава при Военной академии бронетанковых и механизированных войск. На указанную должность М.Ф. Вяземский прибыл в воинском звании «подполковник» (а был комбригом!). Бригадой в то время командовал Герой Советского Союза полковник B.C. Архипов, впоследствии генерал-полковник и дважды Герой Советского Союза.

В-третьих, заместителем у Архипова Вяземский был всего лишь до мая 1944 г., когда он был назначен заместителем начальника оперативного отдела штаба 3-й гвардейской танковой армии по использованию опыта войны. В этой должности Вяземский находился до окончания войны и некоторое время после нее. С 1946 г. и до увольнения в запас он служил в отделе изучения опыта Великой Отечественной войны Штаба бронетанковых и механизированных войск Вооруженных Сил СССР.

Постановлением Военной коллегии от 11 июня 1956 г. М.Ф. Вяземский был полностью реабилитирован. Через девять лет, в апреле 1965 г., он скончался в Москве в возрасте семидесяти одного года.