Чтение онлайн

Скромен вклад каждого из средних интеллигентов, и данные о его деятельности могут показаться мелким, совершенно частным фактом. Однако высокий уровень профессионализма и сознание личной ответственности образованных работников при строгости законов и в условиях общедоступной гласности в полисах имел своим результатом исключительную эффективность интеллектуального труда. Именно благодаря этому образование и наука в государствах эллинистической Греции стали факторами, имевшими не только производительное, но и мировоззренческое значение. Рационалистическая направленность древнегреческой мысли и стремление к научному познанию [9] способствовали выработке многих точных критериев, которыми коллектив граждан, особенно в демократических полисах, оценивал труд своих представителей умственного труда. Это обстоятельство стимулировало деятельность образованных тружеников Эллады, заставляло их заботиться о своем профессиональном авторитете. Самоотверженное трудолюбие рядовых работников [10] , естественно, создавало дополнительные условия для роста творческого потенциала греческих науки и техники даже в трудные для эллинов времена [11] между 336 и 146 гг. до н. э. Ставшие ныне достоянием науки многочисленные единичные факты придают иногда совершенно непредвиденное значение ранее известным крупным событиям в истории культуры. В этой связи можно вспомнить, что еще Гегель уделил большое внимание роли людей в историческом процессе [12] , подчеркивая, что «ничто великое в мире не совершалось без страсти», что «частный интерес страсти неразрывно связан с обнаружением всеобщего, потому что всеобщее является результатом частных и определенных интересов и их отрицания» [13] .

Представления о роли массы образованных профессионалов в культурной жизни античной Греции будут искаженными, если не напомнить еще одно обстоятельство. К нескольким тысячам известных ныне имен греческих работников интеллектуального труда нужно добавить столько же, если не больше, лиц вспомогательных интеллигентных профессий. Это чертежники, резчики надписей, стенографисты, переписчики нот и рукописей, изготовители инструментов, театральные механики, а также повитухи, массажисты, сиделки и другие специалисты. Тогда окажется, что население древней Эллады обслуживалось большим числом профессионально подготовленных работников [14] . Таким образом, в период эллинизма интеллигентный труд продолжал сохранять широкое распространение и являлся важным социальным фактором в жизни общества.

РИС. 1. Портрет греческого интеллигента. Римская копия, восходящая к греческому оригиналу начала III в. до н. э. — портрету Демосфена (?) скульптора Полиевкта. Аполлония Иллирийская.

Конечно, слой лиц интеллектуального труда составлял меньшинство среди всего свободного населения каждого полиса, но, тем не менее, он был достаточно велик, поскольку включал не только граждан или инополитов, но и рабов. Упомянем хотя бы рабов-лекарей, лечивших своих сотоварищей.

Правда, среди тружеников умственных профессий были представители богатых семей, не нуждавшиеся в оплачиваемой работе. Можно назвать Эсхила, отец которого, Евфорион, принадлежал к знатному землевладельческому роду Аттики, пользовавшемуся большими достатками. Фукидид, сын Олора, располагавший немалыми доходами от золотых разработок во Фракии [15] , также был свободен от забот о добывании средств к жизни. Но все же таких деятелей было не очень много. Подавляющее большинство работников умственного труда существовало на заработанные деньги [16] .

Наличие пользующейся общественным признанием группы свободного населения, которая посвятила себя профессиональному умственному труду, составляет важную особенность, характеризующую общество эллинистической Греции. Однако не следует забывать, что лица, занимавшиеся умственным трудом, все же оставались сравнительно небольшой частью всего населения страны, довольствовавшегося началами знаний. Что же касается рабов, численность которых сильно возросла в эллинистическое время, то в массе своей они были почти совершенно лишены образования.

Следует сказать еще об одной особенности деятельности работников умственного труда Эллады в IV—II вв. до н. э. Это было время, когда страстная проповедь Исократа о необходимости единения эллинов перед лицом варваров уже вошла в арсенал теоретической мысли греков, а на практике все более возрастало значение этнического единства, ярко проявлявшегося в языке, во все прогрессирующем развитии общегреческой культуры и в религии. Наука и образованность также стали теперь одним из важных компонентов духовной жизни вези Греции. Рационалистическая направленность мировоззрения греческих ученых, писавших о могуществе разума о гармонии тела и души, о ценности жизни каждого свободного гражданина, находила самый широкий отклик во всем греческом народе независимо от политических границ между отдельными полисами или целыми федерациями.

Образованный специалист, наделенный умом, знаниями и профессиональным мастерством, повсюду в Элладе был прежде всего греком, носителем эллинской образованности, и перед этим обстоятельством отступал на второй план политический партикуляризм. В силу этих обстоятельств интеллигентная часть граждан своей повседневной деятельностью весьма эффективно содействовала не только росту общенациональной культуры эллинов, но и успешному преодолению межполисных границ. Последнее становится особенно ясным, если обратить внимание на то, как всесторонне полисы использовали выработанные ими юридические нормы для привлечения к себе на работу образованных граждан иных полисов и для создания им нужных условий труда. Многочисленные декреты в честь таких квалифицированных инополитов показывают, как широко предоставлялись самые важные права и привилегии интеллигентам из других греческих государств, обслуживающим тот или иной полис [17] .

Общеэллинская роль интеллигенции имела следствием также и создание новых видов межполисных связей. Например, в эллинистическое время примечательна деятельность локальных артистических союзов, объединявших актеров и музыкантов. Эти профессионалы, именовавшиеся технитами, выступали на праздниках Диониса и других богов в театрах Аттики и ряда областей средней и южной Греции. Такие передвижные труппы технитов быстро распространяли общие идеи, эффективно способствуя дальнейшему сплочению эллинской культуры. Значение их деятельности было столь велико, что уже в 278/7 г. до н. э. Дельфийская амфиктиония даровала такому афинскому объединению артистов особые привилегии [18] .

Заметим попутно, что яркая деятельность греческой интеллигенции в соседних с Элладой странах, естественно, оказывала положительное воздействие на рост уважения эллинов к достижениям всего своего народа и на уменьшение локального патриотизма.

Зарождение греческой интеллигенции восходит к раннеклассовому обществу додорийских времен. Данные о металлургии, архитектуре, мореходстве и письменности в Греции II тысячелетия до н. э. бесспорно свидетельствуют о большом прогрессе в разделении труда и об обособлении ряда видов деятельности, требовавших специальных теоретических знаний. Эпос ахейских времен особо называет таких профессионалов, как врачи, строители, певцы, а также одну из групп интеллигенции, связанную с культами, — гадателей (Od., XVII, 382—386). Примечательно, что жрецы в эпосе упоминаются не столь часто — видимо, в военном быту их роль была ограничена профессиональными функциями. И хотя на протяжении многих последующих столетий в облике этого социального слоя появлялись все новые черты — особенно интенсивно формировалась группа интеллигенция с VIII—VII вв. в связи с возраставшей потребностью полисов в квалифицированном умственном труде, — возникновение некоторых принципиальных свойств этого контингента общества прослеживается далеко в глубине веков. Иными словами, в консолидации древнегреческой интеллигенции фактор времени играл существенную роль. Например, он обеспечил проверку на прочность многим фундаментальным тенденциям при обособлении работников умственного труда в процессе последовательного расслоения внутри класса свободных производителей античной Эллады.

Как теперь известно, у греков рано начались поиски рационального осмысления действительности. Высокая культура эллинов эпохи бронзы показывает, что уже тогда были накоплены важные эмпирические знания. Эта сложная, включавшая и письменность, культурная традиция дала толчок возникновению зачатков научного мышления. Успешному развитию знаний способствовали специфические особенности внутренней истории греческого народа.

Исключительно положительную роль играло то, что эллинское жречество в ахейский период не стало монопольным хранителем известных тогда знаний и не превратилось в замкнутую касту, обслуживавшую монархию. Отсутствие религиозных препятствий в распространении образованности обеспечило общедоступность поисков проникновения в суть явлений и позднее — в полисный период истории Греции. Постоянно сохранявшая светский характер, греческая мысль отличалась глубокой самобытностью и достигла невиданного ранее уровня. Эта особенность духовного развития Эллады детально исследована ?. X. Кессиди, который писал: «Греческая культура, приняв светский характер, поставила вместо авторитета традиции (обычного права) авторитет закона, вместо религиозного авторитета — авторитет человеческого разума. Она сделала излишней власть жречества и бюрократии, под определяющим влиянием которых сложилась культура стран Древнего Востока...» [19] .

Успеху интеллектуальных усилий греческого общества во многом помогло и то обстоятельство, что эллины непрерывно обитали в своей стране начиная с эпохи бронзы. Передвижение одного из греческих племен, дорян, в XII в. затронуло лишь некоторые области Эллады. Так как доряне являлись носителями той же генетически общей раннегреческой культуры, то их вселение в южные области Греции не нанесло значительного ущерба развитию культуры. Находившийся в давно известной ему естественной среде народ продолжал творческую работу во всех сферах материальной и духовной жизни.