Из пепла
Шрифт:
– Совет не может игнорировать опасность, с которой нам всем скоро придется столкнуться, – вещает хорошо поставленный мужской голос. Я же пробираюсь вперед.
Как оказалось, дверь, которую я выбрала, ведет под трибуны, а балки нужны для прочности конструкции. Наверняка, никто их совета не ходит здесь, и вряд ли, они ждут, что кому-то придет в голову пробираться в Совет таким странным способом. Поэтому сейчас меня никто не видит, но я могу посмотреть на это великосветское сборище, как будто, со стороны. А, заодно, и послушать, о чем они говорят, пока меня там нет.
Сам зал заседаний представляет собой большое круглое помещение с площадкой, на которой расположена круглая площадка в центре, и рядами скамеек в несколько ярусов. Между рядами есть проходы – вот к ним и ведут высокие двери, которые я видела. Всего таких больших проходов восемь. И, если тот офицер, которого я встретила, предлагал мне определенную дверь, то, возможно, их число не случайно.
– В народной среде зреет протест, – ведет свою пламенную речь голос.
Очень аккуратно пробираюсь вперед, чтобы рассмотреть спикера. Он стоит ко мне спиной. И все, что я смогла точно опознать, – это военная форма. Черного цвета.
– Разведка доносит о группах, которые настроены радикально, – говорит мужчина.
Вот, он повернулся, и я смогла рассмотреть его лицо. Широкий лоб в обрамлении темных волос, которые зачесаны назад. Глаза смотрят жестко из-под черных бровей. Прямой нос и жесткий, напряженный подбородок. Есть в его чертах нечто знакомое. Но что именно, не могу сказать.
Мужчина прошелся взглядом по присутствующим, и мне стало не по себе. От него исходит такая аура властности, что, кажется, от одного слова этого человека могут рухнуть небеса.
– Почему армия ничего не делает с этими радикалами? – послышался чей-то выкрик из зала.
Мужчина резко повернулся на звук вопроса.
– Армия делает, еще как, делает, – усмехнулся мужчина в военной форме. – Только за последний месяц были вскрыты три группы влияния, которые готовили террористические акты.
По залу прокатился возмущенный шепот.
– Мы должны действовать жестко, – продолжает мужчина в форме. Его челюсти напряглись сильнее, на скулах заиграли желваки. – Нужно решать проблему кардинально. Раз и навсегда.
Не знаю, кто он такой, но говорит складно. Красиво, я бы сказала. И военная форма ему к лицу.
– Что вы предлагаете? – звучит из зала.
Да, мне бы тоже хотелось знать.
Хищно сверкнув глазами, мужчина повернул голову так, чтобы можно было рассмотреть того, кто это спросил. Он повернулся в мою сторону, и мои колени затрясло от страха с удвоенной силой. Кажется, его гнев сейчас направлен именно на меня горемычную. Пусть, он не видит меня под трибунами, все равно.
Этот человек опасен, это ясно без слов. Во мне всколыхнулся инстинкт самосохранения, который завопил: «Беги!» И мне стоило немалых внутренних сил, чтобы не исполнить интуитивный позыв в сию же минуту.
– Нужна военная диктатура, – отчеканил дьявол в черном.
По залу прокатился возмущенный гул.
– Только так нам удастся сохранить порядок, – добавляет мужчина. Несмотря на шум в зале, его голос отчетливо слышен. – Только так, и никак иначе. Дайте военным расширенные права. Только это может спасти нас всех и поможет сохранить порядок в городе!
Звучит убедительно. Этот дьявол в погонах умеет убеждать. Да, только я помню, чем подобные эксперименты оборачивались в истории нашего мира. Всегда действие рождает противодействие. А подавленный народ может желать только одного – реванша. Это путь в никуда. Не могут же они не понимать этого?
– Но мы всегда были свободным обществом! – воскликнул кто-то из зала. – Председательствующая партия против этого предложения!
Не знаю, кто это сказал, но порыв явно не понравился властному дьяволу в центре зала. Сжав руки в кулаки, он уставился на протестующего, как на кровного врага. Того и гляди, вцепится в него, чтобы разорвать!
– И где ваш Председатель? – хмыкает мужчина злобно. – Что-то я не вижу ее здесь сегодня.
Гул в зале стал громче. А мне захотелось хорошенько встряхнуть этого гада в черном, который мутит нечто, имеющее далеко идущие последствия. Боюсь, результат будет прямо противоположный тому, который ожидает этот вояка.
– Предлагаю поставить на голосование вопрос о передаче инициативы в Совете, – заявляет мужчина в черном.
Зал загудел, как разворошенный улей. Тут и там послышать выкрики.
– Правильно! – звучит с одной стороны.
– Это переворот! – кричат с другой.
– Пусть военные наведут порядок! – орут с третьей.
– Нам нужен новый Председатель! – выкрикивает кто-то.
Рой голосов в зале стал таким громким, что перекричать его можно только, если установить микрофон и огромные колонки. Но даже это не переменило выражение лица мужчины в черном. Все с тем же надменным видом он рассматривает присутствующих, словно, кучку лающих собак. Решил, что дело сделано? Что уже победил?
А фиг тебе!
Внутри всколыхнулось такое возмущение, на фоне которого мой страх резко ослаб. Не знаю, что за сила толкнула меня действовать. Быть может, пресловутые гены, о которых говорила бабушка? Только выжидать и дальше я не намерена!
Выхожу из укрытия к одному из проходов. В шумном зале мои шаги не слышны, поэтому люди не сразу замечают появление нового персонажа на сцене. Первым, кто как-то реагирует, это дьявол в черном. Его челюсть уплыла вниз, а глаза расширились от удивления. Злорадно улыбаюсь, глядя на то, как меняется его лицо. Что? Не ожидал, гад?
Я тебе покажу кузькину мать!
С победоносным видом прохожу вперед и останавливаюсь прямо напротив него. Зал умолк, вокруг разом наступила гробовая тишина.
– Господа, – чеканю четко, вздернув победоносно подбородок. Мой голос, оттолкнувшись от круглого потолочного свода, гулко разнесся по залу, – слухи о моей смерти несколько преувеличены.
Глава 10
По залу прокатился ропот. Где послышался женский вскрик, где-то кто-то упал в обморок. Я даже не повернула головы. Наблюдение за тем, как меняется выражение лица властного гада в черном, доставляет мне особое злорадное удовольствие. К несчастью, он быстро взял себя в руки, и шок на его лице сменился снисходительной ухмылкой.
– Вы опоздали, Варвара Андреевна, – скалится он, насмешливо глядя мне в глаза, – пропустили самое интересное.
Нет, ну каков гад! Ничего, я смажу эту ухмылочку с его физиономии.
– А мне кажется, я поспела как раз вовремя, – чеканю жестко.
Меня так и подмывает плюнуть ему в физиономию, только бы не видеть, как его взгляд нахально прошелся по моей фигуре. И, надо же! Зачем мне, именно сейчас, вспоминать о сексуальном кружеве, которое надежно запрятано под плотным нарядом? Да что он себе думает? Солдафон недоделанный!