Чтение онлайн

Вторым номером шла проблема с туалетом. Алиса навинтила на умывальник проточный нагреватель и занялась установкой тёплого коридора. Её посещала мысль просто продолбать дырку в стене, но тогда дверь в туалет оказывалась прямо рядом с кухонным уголком, и Алисе это не понравилось. А вот чёрный ход из дальнего угла гостиной на какие-то сомнительные задворки ей вовсе был не нужен, поэтому когда портал предложил Алисе к прочим нагревательным приборам взять рукав из теплоизоляции, она тут же кинула её в корзину.

Установка… Ну, могло быть и лучше, но Алиса сломала только один крепёж, и он без проблем починился скотчем, а в итоге чёрный ход соединился утеплённым проходом с дверью туалета, и больше не надо было шастать по улице. Мороз к тому времени ударил нешуточный, в процессе установки Алиса намёрзлась и вспомнила, что печку вообще-то надо топить.

Пересмотрев вчерашнее видео три раза, Алиса надиктовала последовательность действий голосовому помощнику — он понимал выражения типа «нет, подожди, сначала вот это». Под диктовку помощника всё оказалось гораздо проще, а то от вида и голоса Ясеня Алиса теряла волю и разум и переставала слушать слова. Ну как можно вникать в устройство печи, когда в её гостиной воплощённая мечта то и дело нагибается, демонстрируя отлично развитые… бедренные шарниры? Когда он говорил, Алиса только и могла что следить за движениями его губ, а он злился.

Алиса посидела немного перед печкой, глядя на пламя и повздыхала о несбыточном. Вот ведь проблема с поднятой самооценкой — раньше Алисе бы в голову не пришло позариться на такого мужика, она и любовалась тихонько исподтишка, самое большее — провоцировала его на нотации. А теперь, когда она схватила свою жизнь за грудки и научилась разжигать печку, глупый мозг решил, что можно хотеть большего. Вот только разжигание печки не делало Алису привлекательнее. Она понятия не имела даже, с какой стороны к мужчине подходить. Она и на порталах для знакомств не регистрировалась, потому что — вот спросит мужик, были ли у неё раньше отношения, и что она ответит? Что никому не понравилась за тридцать пять лет? Звучит, как будто с ней что-то не так. А с ней и есть куча всего не так!

Вытерев слёзы, Алиса отправилась в ванную разбираться со шлангом. Помимо того, что вода из него лилась, как из крана, он ещё и висел слишком низко над бочкой, и для мытья головы приходилось его приподнимать рукой. Обдумав проблему так и этак и посмотрев десяток видео, Алиса решительно обрезала шланг ножом и, оплавив резину зажигалкой, намертво припаяла к душевой лейке. Профит!

Когда Алиса заканчивала стелить своё новое бельё — местные одеяла не лезли в пододеяльник, пришлось подрезать и подшить, — зазвонил телефон. Это снова был Маркус. Алиса решила, что ей всё равно, что он может сказать: она вон целый коридор сегодня смонтировала и стены покрасила, что ей Маркус? И взяла трубку.

— Послушай, — нервно заговорил он после приветствий, — ты не могла бы подать заявление о пропаже?

— Какой пропаже? — не поняла Алиса.

— Ну, директора Романова.

— А что с ним?

Алиса прямо услышала, как Маркус на том конце закипел. Да ладно, ей вон Ясень вчера три раза про печку объяснял, и ничего, не развалился, даже не призвал на её голову гром и молнию, а он Маркуса повиднее будет и в должности повыше.

— Он пропал!!! — рявкнул Маркус.

Алиса поморгала. Папа — пропал? Как это? У него же всё под контролем, как он мог пропасть?

— Где? — не придумала ничего лучшего спросить она.

— В нижней бороде! — огрызнулся Маркус. — Куда он уехал, откуда не вернулся? На Тигрэне, надо думать!

Как мог папа пропасть на Тигрэне? Там что, Сети нет? Алиса отняла телефон от уха и быстро набрала запрос. Да нет, есть там всё. В чём может быть проблема? У Алисы никак в голове не укладывалось, как может папа — и пропасть? Он же, ну, как небо и земля, вечен и неколебим.

— А от меня ты чего хочешь? — наконец задала она самый насущный вопрос.

— Заявление напиши! Чтобы его начали искать!

Алиса открыла рот, чтобы издать понятливое «а-а» и уже начала соображать, где взять форму такого заявления, но тут вдруг подняла голову недавно поощрённая самооценка. Если Алиса напишет заявление, папу найдут. Сейчас она может сбежать на Муданг, снять дом, найти работу и жить, как ей хочется. А когда папа вернётся? Алиса не представляла, что он может сделать, но чуйка подсказывала: так хорошо, как сейчас, не будет.

— А ты сам не можешь написать? — осторожно уточнила Алиса.

— Я ему никто, — фыркнул Маркус. — Заявление может написать только родственник или наниматель, а он сам себе хозяин и акционер.

— А мама?

— Да от неё добьёшься чего, щас, — вздохнул Маркус. — Алина ей уже звонила, но она, как обычно: а, что, ничего не знаю, бумажки это сложно, а можно я вашу виолончель порисую? Не знаю, как ты с ней живёшь, там же в голове перекати-поле повесилось!

Алиса прыснула.

— Чё ты ржёшь?! — взвился Маркус. — Ты заявление напишешь или где?!

— Или где, — сказала Алиса и сбросила звонок, сразу добавив Маркуса в чёрный список. Кроме неё и мамы у папы больше родных не было — ну разве что брат, но тот сам пропал. Может, папа пропал туда же, а потом они вместе найдутся?

Алиса не сомневалась, что папа рано или поздно вернётся сам. Это же папа! И ещё выскажет всем, кто тут суетился в его отсутствие, мол, он никому не обязан отчитываться о своих решениях, захотел и пропал, как вы смеете подвергать сомнению его способность позаботиться о себе? Алиса его даже понимала: например, ей бы вовсе не понравилось, если бы её саму сейчас стали разыскивать.

От размышлений её оторвал новый звонок. Странно, заблокировала же… А, это Ясень.

Алиса так рванулась принимать вызов, что чуть телефон не уронила.

— Вы собираетесь за визой приходить? — едко спросил он без преамбул.

Алиса кивнула, забыв, что он не видит. Трубка жгла руку.

— С-сегодня? — выдавила Алиса не своим голосом.

— А когда? — фыркнул Ясень. — Вообще-то вчера надо было, но с этими вашими домами ни до чего руки не дошли. Сегодня крайний срок.

— Хорошо, я сейчас, — промямлила Алиса и заметалась. Надо хоть сполоснуться после малярных работ, надеть что-то чистое, пусть мятое, зубы там почистить, а то к Ясеню же идти, это же Ясень! Понятное дело, что хорошее впечатление Алиса не произведёт, но проклятая самооценка требовала хоть немного постараться. Сам-то он вечно разодетый-наглаженный!

Алисина куртка плохо защищала от мороза. Оно и понятно — там, где Алиса жила, так холодно никогда не бывало. Даже натянув три свитера и двое штанов, Алиса добежала до дворца, стуча зубами, и очень быстро. Придётся и одежды прикупить, а то и транспорт какой-нибудь. Алиса присмотрелась к замёрзшей снежной каше под ногами… Самокат не проедет, наверное. Тогда квадроцикл? Хотя с ветерком будет ещё холоднее, надо что-то закрытое. Может, зорб?

Зато во дворце было так тепло, что Алиса сразу сняла куртку, два свитера и одни штаны, прямо в фойе, пока ждала, когда за ней придёт специальный человек. Просто так шляться по коридорам тут было нельзя, только под присмотром. Охрана как-то нездорово пялилась, пока Алиса прыгала на одной ноге, протаскивая ботинок-говнодав в вязаную штанину, но не снимать же ещё и ботинки! К счастью, все вещи упихались в рюкзак, и не пришлось вваливаться к Ясеню в кабинет с ворохом одежды в руках. Алиса и так чувствовала себя неуклюжей замарашкой среди этих причёсанных и разодетых муданжцев в драгоценных украшениях. А ведь ещё вчера ей было всё равно, она же не могла претендовать на то, чтобы с ними сравниться!