Из прошлого: Между двумя войнами. 1914-1936
Шрифт:
21 сентября. Заседание совета кабинета. Думерг сделал обзор общеполитического положения. Он указал на необходимость сохранения спокойствия в стране для осуществления финансовых операций. Он заявил, что обеспокоен политикой Германии, особенно в Саарском вопросе. Затем сообщил, что в скором времени им будут представлены проекты государственной реформы и усиления исполнительной власти; он намерен осуществить роспуск парламента и предполагает, что Общий фронт сможет получить 200 мест в новой палате. Он хочет улучшить работу экономического совета, выделить из него комитет экспертов и создать в каждом министерстве организационное бюро.
Итак, мы на пути к неизвестному. Шерон кратко информировал нас о своих юридических делах. Жермен Мартен изложил соображения, по которым он предпринял свою казначейскую операцию, и определил тип займа (облигации сроком на 3, 6 и 10 лет). Первые результаты положительные; заграница реагирует хорошо. Мы обсуждали вопрос об изменении декрета о пенсиях. В Северной Африке назревает мятеж; Сарро заявил, что там необходимо проводить происламскую политику.
22 сентября 1934 года. Заседание совета в Рамбуйе. Барту обратил наше внимание на речь Нейрата и на тот факт, что Германия решила присвоить себе те права, в которых ей было отказано. Впрочем, рейх, кажется, занят главным образом Сааром, где он создал единый фронт – от коммунистов до католиков [162] . Затем министр иностранных дел сделал сообщение о переговорах в Женеве. Польша неожиданно подняла вопрос о национальных меньшинствах, отказавшись соблюдать существующие договоры. Англия, Италия и Франция выступили с совместным протестом. В конечном счете Польша отказалась от своих претензий.
162
Это, конечно, совершенно неверно. Коммунисты, преследуемые фашистской диктатурой, везде, в том числе и в Сааре, выступали застрельщиками борьбы против гитлеровского рейха. – Прим. ред.
Было запрошено мнение варшавского правительства по вопросу приема Советского Союза. Барту имел с Беком беседу о промышленных судебных процессах, целью которых является изгнание из Польши французских предпринимателей; нашим соотечественникам было отказано даже в праве иметь адвоката. Думерг указал на существующую в Польше общую тенденцию к вытеснению французского капитала. Она уже не является нашим другом. Что касается Восточного пакта, то Бек занял неопределенную позицию.
Прием Советского Союза проходил с большим трудом. Нужно было добиться для него постоянного места в Совете и получить две трети голосов на Ассамблее. Во время переговоров, главным образом в Совете, было поднято несколько деликатных вопросов. Бек ставил условия и требовал от русских особого заявления о том, что все договора, ранее заключенные между Москвой и Варшавой, остаются в силе. Панама, после того как она обещала голосовать за прием, воздержалась. Наиболее сильное сопротивление оказала Португалия; в конечном итоге она воздержалась. Оппозиция была фактически религиозного порядка: протестантского и католического. Газета «Журналь де Женев» не скрывала своей ярости.
Я получил от Литвинова следующую телеграмму:
«Приношу вам горячую благодарность за ваши поздравления. Вы не только желали этого события, но и значительно содействовали его осуществлению всей своей политикой в отношении моей страны. Я убежден, что это событие окажет в свою очередь самое благоприятное влияние на дальнейшее развитие франко-советских отношений, которым вы всегда стремились придать сердечный характер».
Австрийские дела приняли деликатный и сложный характер. Италия маневрирует. В Вене канцлер обещает обеспечить спокойствие, если не будет вмешательства со стороны Берлина; он настойчиво требует экономической сатисфакции; он заявляет, что у него имеются доказательства того, что июльские события были подготовлены Мюнхеном. Фон Папен не пользуется больше влиянием. У Жермен Мартена состоялась беседа с канцлером по техническим вопросам, последний показался ему искренним. Барту просил его выступить против реставрации Габсбургов, так как это может привести к войне. Английское правительство не хочет идти дальше обязательств, которые оно взяло на себя 17 февраля. Австрия высказалась за «итало-французский» пакт, к которому в принципе примкнула бы Англия. Фактически Италия и Австрия постоянно консультируются друг с другом. Канцлер заявил, что он намерен принять меры против монархических выступлений. Италия желала бы, чтобы австрийский вопрос не обсуждался Лигой наций, а был урегулирован ею и Францией и согласован с Англией и Германией. Позиция Италии ясна: она хочет разъединить нас с Лондоном, Югославией и Малой Антантой.
Во время сессии англо-французское согласие было полным. Австрия предложила, чтобы в случае возникновения конфликта итальянское и французское правительства были поставлены в известность и оказали помощь; чтобы пограничные государства и Англия были проинформированы лишь во вторую очередь. Барту противопоставил этому предложению резолюцию, которая основывалась на Сен-Жерменском договоре и ставила независимость Австрии под защиту государств – членов Совета. В общем политика защиты Австрии Лигой наций противопоставляется политике защиты ее двумя державами.
Эти события связаны с вопросом о реставрации. Тироль и Штирия как будто благосклонны к Отто. По мнению князя Штаренберга, Муссолини считает, что ему удастся убедить Шамбрена. Может быть, Отто женится на младшей дочери итальянского короля. Его сторонники надеются также, что он станет королем Венгрии. Весь патриотический фронт стал бы тогда монархическим. Что касается Италии, то она по-прежнему намерена создать союз, куда входили бы, кроме нее, Австрия и Венгрия.
Напряженное положение в Тунисе и Марокко.
Фланден вынес из своей поездки впечатления, которые подтверждают беспокойство англичан и американцев по поводу перевооружения Германии. Рузвельт заявил, что нужно как можно меньше говорить о долгах. Он, кажется, намерен положить конец девальвации доллара; его беспокоит главным образом вопрос о безработице; вполне возможно, что произойдет непроизвольная девальвация. Во Франции преувеличивают пресловутую сумятицу в Соединенных Штатах. За президента стоит подавляющее большинство страны.
Денэн сообщил нам, что перевооружение Германии в области авиации идет необычайно быстрыми темпами; Германия составила при содействии какого-то француза доклад о состоянии нашей авиации. Одна из трудностей нашей экономики проистекает из распыленности наших сил. Денэн считает, что необходима концентрация. Пьетри сообщил, что мы располагаем 17 верфями, то есть большим количеством, чем Англия.
Гендерсон согласен отложить конференцию по разоружению.
III. Государственная реформа (28 сентября – 8 ноября 1934 года)
28 сентября. Заседание совета кабинета. В прошлый понедельник председатель совета министров выступил с речью по радио, в которой подробнее, чем на последнем заседании совета министров, сообщил о целой серии серьезных реформ: право роспуска должно быть предоставлено председателю совета министров, депутаты лишаются права инициативы в области финансовой политики, изменяется статут чиновников. Я полагаю, что эти проекты натолкнутся на энергичное сопротивление со стороны республиканцев, и в частности со стороны радикалов. Во всяком случае, нас не ознакомили с этой программой, и я отношусь к ней отрицательно.
Обсуждался представленный мною и Тардье доклад о дороговизне.
Из достоверного источника мы узнали, что в Германии большое число лиц зачислено в рейхсвер со сроком службы на один год. Думерг сообщил нам, что он требовал установления срока в шесть месяцев. Он изложил свой проект реорганизации аппарата председателя совета министров и 4-х отделов. Он оставит непосредственно в своем ведении Статистическое управление, Экономический совет и Высший совет национальной обороны. Он переедет в бывшее австрийское посольство. Он объяснил, почему не говорил нам раньше о своих планах, касающихся государственной реформы: он боялся огласки. Это по меньшей мере незамысловатый аргумент! Между тем речь по радио отнюдь не является сугубо конфиденциальным приемом!
Думерг решил созвать Национальное собрание. Но когда? Не требуя от нас немедленного решения, он хотел бы, опасаясь Общего фронта, скорее созвать совместное заседание обеих палат в Версале уже в начале ноября. Я взял слово.
Реформа? Хорошо. Но какая? По этому вопросу наши мнения могут разойтись. Ведь мы, радикалы, поддерживаем контакт с Общим фронтом. Нужно действовать осторожно, дать нам возможность проконсультироваться с партией, чтобы не допустить ее выступления против нас.
Думерг усиленно настаивал. Он не желал отказываться от своей идеи; он готов требовать роспуска даже в настоящих условиях. Марке заявил, что согласие партии радикалов необходимо. Я вновь выступил, обратившись к своим коллегам: «Вы должны решить, как вы хотите осуществить реформу – с нами или без нас? Если вы поступите неосторожно, предупреждаю вас, что мы провалимся. Если вы хотите действовать без нас, то это ваше дело. Если вы желаете, чтобы мы остались с вами, то предоставьте нам время для изучения проектов председателя совета министров, дабы выяснить, совместимы ли они с нашей доктриной». Кабинет был предупрежден. Здесь я вновь использую записи, составленные мною непосредственно на заседании совета министров.
Жермен Мартен сообщил нам, что он больше не опасается за конверсию; но падение на бирже началось.
Кантональные выборы 7 октября внесли мало изменений в существовавшее ранее соотношение сил. Меня очень интересовали результаты, достигнутые радикальной партией; она сохранила и даже усилила свои позиции. В Лионе борьба была упорной; бросившие мне вызов социалисты потерпели явный провал.
9 октября. Заседание совета министров. Положение в Северной Африке продолжает оставаться серьезным. Зато в Эльзасе отмечается ослабление движения за автономию. Реализация займа в скором времени будет закончена, результаты очень хорошие.