Чтение онлайн

Лирич поморщился как то зубной боли, эти воспоминания не давали ему покоя уже давно, и каждое воспоминание было болезненным. Когда ему предложили заняться технологией древних, профессор думал что сбылись его мечты. Рабочие, не поврежденные устройства древних, относились к одним из самых больших тайн Содружества, любое государство сразу засекречивало найденные артефакты, а ему предложили разработать новые нейросети по технологиям древних. Но из-за спешки и отсутствия данных Лирич допустил ошибку, после которой кредит доверия у нанимателей сильно снизился, теперь приходилось каждый раз убеждать сначала своего начальника, а за тем и само правление корпорации.

В самом начале исследований профессор установил один из найденных симбионтов Дорал подопытному. Через три дня у объекта начали происходить изменения в структуре головного мозга. Это было невероятно, нейросеть начала перестраивать мозг подопытного, видимо подстраивая его под какой-то стандарт, заложенный создателями. Еще через полторы недели, по мере изменений, показатели объекта начали ухудшаться, группе профессора не удалось спасти подопытного, симбионт тоже погиб. Это было неожиданно, нейросеть погибает вместе с носителем.

После этого эксперимента были запрещены опыты с артефактами и группа Лирича на основе полученных данных, приступила к созданию прототипа, но из-за недостатка подходящих испытуемых, разработка проходила медленно.

– И что же изменилось с тех пор?
– Ехидно спросил Бокун.
– Вроде все попытки создать рабочий прототип провалились.

– Но с тех пор мы многое узнали, - не сдавался Лирич. – У нас имеется данные с десятков объектов, тем более появился отличный кандидат, - не отступал профессор.
– Дикий с генетической совместимостью 98.6%, да, да знаю что первый подопытный, - поднял руку проф, останавливая возражение нач.отдела, – был с лучшими показателями, но мы тогда многого не знали. Мы сможем увеличить совместимость до 99.2%, по максимуму укрепим организм, примем все меры предосторожности, что бы, не потерять симбионт. Если мы потеряем контроль над процессом, будет произведено экстренное вскрытие и изъятие симбионта.

– Я не знаю проф, - колебался Бокун. – Если вы потеряете второй симбионт, это будет катастрофа. Вы же знаете, это очень редкие артефакты и плюс к этому, руководство урезало мои полномочия, теперь для проведения этого опыта нужно одобрение сверху, - поднял он палец вверх.

– Да, я все понимаю, мы подготовимся ко всем неприятностям, - продолжал настаивать профессор. – Поймите же, без успешной установки симбионта, мы не сможем добиться результатов. Технология древних отлична от нашей и без понятия ее принципов мы не сдвинемся с места. Процесс будет под полным нашим контролем и если что-то пойдет не так, мы сразу его прекратим.

– Передайте мне план эксперимента, - сдался нач.отдела.
– Я сегодня отправлю запрос руководству, если они и только они согласятся, только тогда я разрешу эксперимент.

Ответ из штаб-квартиры корпорации пришел только через неделю, ученая группа за это время совсем извелась. Но после одобрения они взялись за дело. Объекту 31-20 было проведено шесть операций. Ему укрепили структуру костей, имплантировали искусственные волокна в мышечную ткань, модифицировали иммунную систему, кровеносную, так же провели модификацию нервной системы. Максимально увеличили количество нейронов в мозге и их проводимость. После окончания основных модификаций были проведены одиннадцать операций по генной коррекции организма. Теперь совместимость была даже чуть-чуть выше заявленной, 99.3%. Объект 31-20 теперь стал полностью идентичен с первым подопытным, объектом 11-26. Если бы их можно было поставить рядом, то они бы выглядели как близнецы. Симбионты древних подходили людям только с определенным геномом, и то не полностью, после имплантации симбионт пытался подстроить организм еще больше. Пока ученым не попадался объект с полным совпадением генов, можно было только гадать, как бы себя повел артефакт древних в таком случае.

Все приготовления заняли два месяца. Все это время группа ученых практически жила в лаборатории. После окончания подготовки Лирич собрал всех на совещание.

– Господа, - начал он. – Мы долго к этому шли, почти девять лет исследований. Если объект 31-20 сможет пережить первую стадию, по полученным результатам мы сможем сделать последний шаг в создании первого прототипа на основе технологий древних. Если получится, мы даже сможем обойти этих ублюдков из Аррафада. Все показания должны четко фиксироваться, второй попытки у нас не будет. Мы и так ждали слишком долго, когда появится подходящая кандидатура.

На следующий день в лаборатории в воздухе витало нервное возбуждение, подопытного уложили в огромный саркофаг, стоявший посредине комнаты и ученые начали ввод программ. Через десять минут пришел профессор с небольшим контейнером.

– У нас все готово?
– Ни к кому, не обращаясь, спросил он.

– Да профессор, - ответил один из ученых.

– Тогда начинаем.

Второй помощник Лирича достал из контейнера, небольшую, прозрачную емкость и вставил в один из отсеков саркофага.

– Время операции один час сорок минут, - обратился он к группе, после нажатия нескольких клавиш.

Ученые разошлись каждый, к своему монитору и началась работа. Через час сорок на саркофаге замигал зеленый индикатор.

– Операция по имплантированию симбионта прошла успешно, - повернулся один из ученых к профессору. – Состояние стабильное.

– Хорошо, - отозвался тот. – Полный мониторинг состояния подопечного, доклад каждый час, я у себя.

Через двое суток Лирича вызвал нач.отдела.

– Что с объектом, - был первый вопрос Бокуна вошедшему профессору.

– Состояние стабильное, но тяжёлое, - ответил тот, усаживаясь за стол, было видно, что профессор последние двое суток не спал.

– Какие прогнозы?

– Пока выводы делать рано, симбионт перестраивает нейронные связи, объект находится в искусственной коме, но это пока не критично.

– Когда можно будет что-то сказать наверняка?

– Еще минимум месяц, а дальше мы еще не заходили, - развел руками Лирич.

– Проф, держите меня в курсе.

На протяжении следующего месяца проект два раза был на грани срыва и лишь благодаря невероятным усилиям ученых, состояние объекта удавалось стабилизировать. Еще через месяц у подопытного было отмечено укрепление нейронных связей и нормализация состояния. Ученой группой было принято решение, если не будет ухудшений, в течении недели, вывести объект 31-20 из комы и переходить ко второму этапу.

В зале для совещаний собралось восемь начальников отделов разведки империи Тауран, они оживленно переговаривались между собой, но никто из присутствующих не знал причины собрания.

Тут, в резко распахнувшуюся дверь вошел герцог Бэил, начальник внешней разведки империи. Ростом он был чуть выше метра шестидесяти, но с очень широкими плечами, гравитация родной планеты была на порядок выше, чем в большинстве миров Содружества. Лицо же отличалось характерным серым оттенком, все выходцы с его родины выглядели также, это обуславливалось какими-то примесями в атмосфере.