Чтение онлайн

* * *

Федерсона задержал у тамбура люка доктор Анапов:

– Гарольд Карлович, куда вы несете водомерную трубку?

– Каперанг просил занести.

– Вот заодно он просил у меня шпадель... Прихватите!

В одной руке - трубка из толстого стекла, в другой - хирургический шпадель. С таким снаряжением старший лейтенант Федерсон заявился в салон командира. Иванов-6 стоял возле стола, зажав, в загорелых руках глотку своего любимого удава.

– Принесли?
– спросил он.
– Весьма благодарен...

На развернутой газете лежали горками мелко крошенное сырое мясо, лук, фрукты. Иванов-6 попросил механика, чтобы он натискал эту смесь в водомерную трубку - поплотнее.

– Я вызвал вас вот по какому поводу. Сегодня мне доставили по почте письмо от одного русского подданного, живущего во Франции... От некоего Льва Виндинга-Гарина.

Шпаделем каперанг начинает раздвигать челюсти удава, и пасть рептилии отвратительна, словно клоака. Взяв трубку с едой, каперанг осторожно вводит ее по глотке удава прямо в желудок. При этом он спокойно продолжает беседу.

– Конечно, - говорил Иванов-6, - после доноса штрафного матроса Ряполова этот Виндинг-Гарин ничего нового сообщить не может. Но... Помогите мне, Гарольд Карлович!

Федерсон охотно вскакивает, сказав при этом:

– Я могу привлечь к пособничеству нам еще и Пивинского.

– Да нет же, - морщится каперанг, - я совсем о другом... Помогите мне забить все это в глотку. Берите шомпол... Так, осторожно, прошу вас. Теперь - пихайте, пихайте туда!

Шомполом, вдвинутым в трубку, мясо, лук и фрукты медленно проталкиваются внутрь удава, который на глазах офицеров быстро толстеет. Поправляется!..

– Виндинг-Гарин, - продолжает Иванов-6, беря со стола бутылку чудесного коньяку (он не скуп), - настоятельно требует свидания со мною. Но я не желаю встречаться с человеком, личность которого мне неизвестна...

Взболтнув бутылку, Иванов-6 наклоняет ее над трубкой. Рыжий коньяк заполняет ее доверху и медленно струится внутрь удава. Федерсону очень жалко коньяк - хамелеоны обходятся дешевле, тараканы ничего не стоят...

– А он буянить потом не станет?

– Нет, - отвечает каперанг.
– Он у меня тихий...

Федерсон следит, как добротный "мартель" оседает в водомерной трубке, заполняя утробу питону и думает. Механик, понимает, что каперанг желает сохранить чистоту мундира строевого офицера флота. Это - каста! И спихнуть грязную работу на машинного офицера (не строевого)...

– Я уже снесся с начальником русской полиции в Париже, - произносит Иванов-6, - чтобы проверить личность доносителя...

Оба смотрят, как коньяк оседает в трубке. Все.

Каперанг вынимает из утробы стеклянную трубку. Берет - и очень ловко удава за шею и забрасывает его далеко под кровать - отсыпаться и переваривать пищу.

– А вас, Гарольд Карлович, - заканчивает Иванов-6, начиная мыть руки над раковиной, - я убедительно прошу, именно вас, прошу встретиться с этим...

– Виндингом-Гариным?

– Да, именно с этим негодяем. Пожалуйста!

Федерсон не боится; испачкать свой мундир.

– Я это сделаю...
– отвечает он даже с вызовом.

Вечером Федерсон переоделся в статское и отправился в укромный ресторанчик на Страсбургском бульваре. На улицах было жарко, пыльно. В пламенных вихрях шелков и шарфов, выбрасывая кверху стройные ноги, кружилась на афишах смуглая женщина с толстыми губами - а внизу начертано:

Сегодня танцую я - знаменитая Мата Хари!

В пустынном ресторане, где Федерсон должен был повидать Виндинга-Гарина, тихо играла музыка. Выбрав по карте дешевенький пинар, федерсон тянул его через соломинку, терпеливо выжидая свидания.

Наконец один из гостей ресторана поднялся из-за стола, решительно пошел прямо на механика.

– Извините, - сказал он по-русски, - но я не подошел к вам раньше, просто опасаясь провокации.

Федерсон осмотрел молодого человека:

– Чем вы можете доказать свою личность и свое русское подданство? Есть ли при вас солдатская книжка?

По документам все было правильно: солдат Иностранного легиона, но подданный Российской империи. Федерсон успокоился.

– Ну-с, господин солдат, отпейте этого благородного пинара и поведайте нам о своих наблюдениях...

Левка рассказал, что на крейсере ведется антивоенная агитация ("Кем?" - спросил Федерсон, но Левка не ответил), что матросы ждут транспорт с оружием и нелегальщиной, дабы потом, уже в море, перебить всех офицеров.

– И, - заключил Левка рассказ, - по получении сведений из Архангельска они приведут свои намерения в исполнение.

– Откуда-откуда?
– спросил Федерсон, прищурясь.

– Из Архангельска, - твердо повторил Левка.

Вот тут-то Федерсон и ошалел: при чем здесь Архангельск? Но в этот момент Левка добавил:

– Вы же там будете...

– Где?

– В этом... или Архангельске, или - на Мурмане!

– Молодой человек, откуда у вас такие сведения?

– Как откуда? Россия создает новый флот - Северный, началось строительство морской базы в бухте Иоканьга. Плавмастерская "Ксения" уже там. Эсминцы "Грозовой" и "Властный" давно бросили якоря в Кольском заливе, а с Дальнего Востока вышла на Мурман броненосцы "Пересвет" и "Чесма", откупленные нами из японского плена... Наконец, легендарный крейсер "Варяг" тоже будет скоро на Мурмане... Что? Разве не так?

– Но откуда вам стало известно, что наш крейсер "Аскольд" должен войти в состав этого флота? Честно говоря, меня знобит, как я подумаю об этом ужасе... Льды, холод - бррр!

Левка промолчал, лицо его было загадочным.

– Вы не до конца представились мне, - намекнул Федерсон.

– Что ж, - ответил Левка с усмешкой, - могу и до конца. Я служу при московском охранном отделении, которое и командировало меня во Францию для наблюдения за русскими эмигрантами.

– Позвольте, - придержал его Федерсон.
– Может, это и так. Но команда крейсера "Аскольд" не состоит из русских эмигрантов. Как же вы оказались на "Аскольде", если исключить вашу сомнительную любовь к церковному пению?

Левка заказал вина. Не такой благородной дряни, какую ему предлагал скупердяй Федерсон, а настоящего вина. И расплатился как джентльмен.

– Так вот, слушайте.
– Он придвинулся поближе к механику.
– Я пришел на "Аскольд" по доброй воле. Когда я узнал, что пораженческая пропаганда на крейсере уже ведется, я пришел сам. Вы меня не звали, это верно! Вы провели обыск по точному адресу - у артиллеристов и кочегаров. Но вы плохо искали. К сожалению, сюда наших филеров из Москвы не свистнешь! Они бы нашли, уверяю вас... Ну, какие еще вопросы ко мне?