Чтение онлайн

А я ж — не против, мне не жалко, пусть… Лишь бы делился иногда, хотя бы — подкармливая теми же обедами!.. Вот и столовничаю у него, минимум — раз в неделю…

Прихожу, усаживаюсь степенно в его продавленное полуразвалившееся кресло, рассказываю о текущих событиях в микрорайоне за истекший период: там-то тех-то — обворовали, а там — зарезали такого-то, а тут — хулиганка злостная приключилась, а вот там — тяжкие телесные, с возможной смертью пострадавшего (лежит сейчас в реанимации, и неясно, в какую сторону качнётся мечущаяся в истерзанном теле душа)…

Ну и, понятно, про наши милицейские делишки кое-что выбалтываю, о чём можно сказать постороннему, и что он потом не сможет использовать против моей «конторы», или же против меня лично…

Антон Антонович быстренько записывает, а потом уж, после всего, — ведёт на кухню и кормит… Не так чтоб и очень, — в зависимости от того, какой ценности были предоставленные сведения.

Дешёвка… Нет чтоб хоть раз угостил просто так, без выгоды!..

И ещё… Заметил я, как блестят его глазёнки при упоминании каких-либо кровавых подробностей совершённых злодеяний, как смакует он упоминаемые ужасные детали описываемых событий, вроде: «вывалившиеся из вспоротого живота кишки обвились вокруг её собственной шеи», или: «он схватил родную маму за горло, и бил головой о бетонную стену до тех пор, пока в стене не образовалась вмятина глубиной в полметра»…

Ещё и переспрашивал насчёт недопонятого, и видно было: к а й ф у е т!. Не литератор, а форменный садист…

Много есть таких, кто по жизни безобидная букашка, а в душах у них — лютые волки!.. Иногда истинная суть человека прорывается наружу, и тогда окружающие дивятся: «Надо же, такой всегда доброжелательный, а на 59-м году жизни — жену вместе с тёщей топориком на беф-строганов разделал!..»

Да просто в неудачный день сунулась жена под горячую руку… А тёщу — уж для компании оприходовал!..

Так что в душе своей Антон Антонович, поди, ещё черней и ужасней, чем многие из закрываемых мною криминалов… Просто они — глупые, потому и законы нарушают, а он — умный, и стремится на своёй кровожадности вполне легально ещё и бабло заколачивать!..

А-а-а, мне плевать… Лишь бы жрачку давал!..

Часть четвёртая

ПЬЯНКИ В УГРО

А. Почему мы пьём?.

…Работа изматывает.

С утра и до позднего вечера, почти без выходных, за грошовую и зачастую нерегулярно выплачиваемую зарплату — беготня, стрессы, начальственные матюки, бесконечные наезды на тебя, и твои наезды — на окружающих… Отчёты, рапорты, посетители, бандитские рожи, всхлипывающие пострадавшие, обыски, засады, погони, вонючие притоны, исколотые руки наркоманов, проститутки, бомжи, вздувшиеся трупы, варняканье алкашей, туповатые свидетели, громыхающие визиты проверяющих, трясучий «уазик», визгливое начальство, вечно сонные следаки, трамваи, троллейбусы, квартиры… много-много различных квартир, и бесчисленное количество разговоров с их обитателями… Допросы, избиения, прессование разных степеней, уговоры, угрозы, обещания, изобильное враньё «верхним», «нижним» и «боковым», тёрки, ссоры и скандалы с тёщей и женою, воспитание сынишки, вечные недоеды, недосыпы, недотрахи…

Иногда жизнь так вздрючит, что жить — не хочется!.. Быть розыскником — занятие не для слабеньких!..

И если — по человечески, то при таких постоянных перегрузках зарплату б — увеличить раз в десять, рабочий день — сократить вдвое, два выходных в неделю чтоб — как закон, обязательно раз в году — бесплатная путёвка в санаторий на морском побережье… А во время службы — постоянные услуги опытных психологов, умеющих локализовать воздействие стрессов…

Всего этого в милиции — нет.

И получается, что вместо этого лекарство от всех хворей и напастей у нас только одно — водочка!.. Вот ею, родимой (а также — самогоном, вином, пивом) и лечимся…

Перехожу к основному вопросу, интересующему взирающих на угрозыск со стороны мирных граждан: почему практически все опера так сильно пьют?!.

Да всё потому же…

К исходу дня своей неутомимой деятельности рано или поздно любой из оперов начинает чувствовать: всё… звиздец!.. Хочется или пойти к начальству (всё равно — к какому), и зверски набить его противную мерзкую харю, или застрелиться из табельного «макарова» (с последней радостью на душе: «Эх, как же они, суки руководящие, потом за моё самоубийство будут пару месяцев отписываться во все инстанции!»), или же наконец, последний из вариантов — напиться жутко и страшно, как перед самым концом света…

Ну, два первых варианта — для любителей экстрима, а вот последнее — и есть универсальным выходом из любого острого напряга!

Б. Как пить?.

Главное — не увлекаться, и не забывать, что сперва — служба, а уж только потом — пьянка. А не наоборот, как мерещится некоторым моим коллегам…

С утра в угрозыске, к примеру, пьют редко, разве что совсем уж припекло.

Выпил утром — значит, весь день потом прошлялся вяленым дуриком. Реакция нулевая, энергии — никакой, желание на душе только одно — слинять с работы под любым предлогом, и до самого вечера не показываться на наглые гляделки начальствующим паразитам…

В обед пить — тоже рискованно, мало ли что подкинет служба в послеобеденное время… Ещё полдня впереди!..

Нет, уважающие себя и службу розыскники считают достойным напизываться как свиньи исключительно — ближе к вечеру…

Когда, с одной стороны, основная масса текущей работы уж сделана, и виден результат твоих усилий (свидетели — опрошены, вор — пойман, подозреваемые — расколоты как грецкие орехи, похищенное — изъято, и т. д.), что даёт повод отметить удачный рабочий день, или же, обратный пример, проводить достойно день неудачный, когда валила сплошная невезуха, и, казалось бы, самый надежнейший в е р н я к разваливался прямо на глазах с ужасающим громыханием…

А с другой стороны, уже есть некоторая гарантия того, что (не случись ЧП) начальство на набросится на тебя подобно злому тятю, не станет принюхиваться и приглядываться, не навешает крючков, одним словом…

Так что на то и вечер, чтобы розыскник — расслабился… Заслужил!..

На что пить — не вопрос. При такой работе у любого опера — масса возможностей разжиться дармовой водкой, на худой конец — «самопалом».

Тому ты уворованное у него помог найти… Этого «отмазал» от каких-либо не очень больших неприятностей… Те надеются в будущем получить от тебя какие-либо услуги… Эти завсегда готовы откупиться, чтобы в будущем ты на них не наехал, не дал им в морду…

Речь — о мизере. Большего дешёвый районный опер не стоит… Но в целом — почти каждодневно на бутылку в сейфе, терпеливо дожидающуюся своего часа, — хватает… С закусью труднее, но если побегать, то и на кус колбасы с хлебом и салатиком — найдётся…

…Где-то с трёх-четырёх часов дня — начинаешь маяться, погладывать на часы, пламенеть душой в предлвкушении… А выпьёшь — и в считанные минуты возникает долгожданная отрешённость!.. Все проблемы, ещё полчаса назад вовсю терзающие сердце, сразу кажутся мелкими, не заслуживающими никакого внимания… И даже родное начальство — о, чудо!.. — при воспоминании о котором завсегда чертыхался многоэтажно и изобретательно, теперь не кажется таким уж гнусным скопищем негодяев…