Чтение онлайн

– Правильно, — ответил Алексей. — Именно ради этого. Ладно, поехали домой…

Истребитель отработал тормозными двигателями, после чего начал сход с орбиты. Вот и касание атмосферы — пока ещё лёгкое, пока ещё «дружеское». Но корабль начинает набирать скорость, проходя сквозь атмосферу, и поэтому она становится более плотной. На внешней обшивке «крестокрыла» начинается свечение. Свечение перерастает в пламя, оно — в плазму. Ещё мгновение — и истребитель весь охвачен плазмой. Но в кокпите прохладно, а Алексей в передней кабине спокоен. Значит, так и надо…

– А это так и должно быть? — спрашиваю его.

– Ты про плазму снаружи?

– Да.

– Ну, на самом деле, я мог бы спуститься на репульсорах — но так можно показать тебе, что такое настоящий боевой спуск. Такое в кино показывают редко, и в Сети такого не увидишь. Сейчас спустимся тысяч до десяти — я покажу тебе, что это такое — летать по-настоящему.

– Хорошо, Алёша.

– Как ты меня назвала?

– Алёша. Тебе не нравится?

– Почему же? Очень нравится, как это звучит, Изабелла.

Мы вышли из плазменного облака. Истребитель, судя по приборам, шёл на высоте десяти тысяч километров, со скоростью три Маха.

– Готова? — раздалось у меня в наушниках.

– Наверное, готова, — ответила я.

– Ну, тогда — понеслась.

Ручка управления резко отклонилась вправо. Истребитель тоже резко крутанулся вправо вокруг оси. Не прошло и доли секунды, как мы снова оказались на «ровном киле».

– Это называется «бочка». Сейчас сделаю ещё.

И снова истребитель сделал такой же оборот, но уже влево. Потом Алексей произвёл набор высоты, почти до нуля убрал тягу двигателей — и резко взял ручку на себя. Истребитель буквально «заскользил» вперёд на хвосте. У меня от того, как непринуждённо это было сделано, буквально перехватило дыхание.

– Это называется «кобра Пугачёва», — спокойно сказал Алексей. — Сейчас, и на «крестокрыле» её делать намного проще, чем на «Су-27», на котором она была сделана изначально. У него всё же и двигатели помощнее, и возможностей побольше. А ещё можно сделать вот так…

Истребитель снова устремляется вперёд. Разгон, затем «крестокрыл» начинает набирать высоту, но, не закончив этого, делает оборот назад, через нос. На несколько секунд мы зависаем в положении «нос назад», вверх брюхом истребителя. Затем манёвр завершается — и мы снова летим по прямой.

– Что это сейчас было? — спрашиваю я.

– Как мне говорил мой инструктор, это называется «Чакра Фролова». Технически её могут делать многие машины, у которых есть ОВТ и хороший пилот. На самом деле, одного ОВТ мало.

– Что такое ОВТ?

– Отклоняемый вектор тяги. Здесь он есть.

– А пилот ты, как я поняла, хороший? — улыбнувшись, спрашиваю я.

– Наверное, — отвечает Алёша. — Но «крестокрыл», как я уже говорил, очень простая машина. Например, ей легко управлять ещё и за счёт того, что на ней есть система искусственной гравитации. Всё же, если бы её не было, то только при выходе на орбиту и манёврах, ты бы сейчас испытала под десять-пятнадцать «же».

– Что такое «же»?

– Это одна гравитационная единица. Её мы ежедневно испытываем в обычной жизни. Две — это, как если бы на тебе сидел ещё кто-то, такого же веса, как и ты. Ну и по нарастающей.

– А можно попробовать, что это такое?

– Я могу отключить гравитационную защиту. Но лучше пока этого не делать.

– Почему?

– Потому, что я к перегрузкам привычный. А тебя на центрифуге крутить будут только через полгода. Ты сейчас можешь просто не выдержать.

Я задумалась. Действительно, о перегрузках я читала лишь в учебнике физики, но самой мне из испытывать ещё не приходилось. С другой стороны — а вдруг получится выдержать. Но, также я отдавала себе отчёт в том, что на самом деле, рано мне пока такими делами заниматься.

– Ты прав, — сказала я. — Перегрузки могут и подождать. Но летаешь ты здорово. Теперь домой?

– А тебе самой попробовать не хочется?

– Мне? Попробовать управлять истребителем?

– Ну да. Что такого-то? Я рядом, если что — подстрахую.

– Хорошо, Алёша.

– Передал управление.

Так как моя правая рука и так лежала на ручке управления, а левая — на РУДе, я подхватила управление истребителем, даже не напрягаясь. Я попробовала, как машина слушается управления, немного подвигав ручкой управления влево-вправо. Слушался «крестокрыл» просто превосходно. Но как же поворачивать? Ага, ничего типа педалей нет, зато сама ручка может вращаться вокруг своей оси. Я слегка повернула её вправо. Истребитель тут же начал забирать вправо. Не очень сильно, но стал забирать. Я попробовала поворот влево. Ага, очень хорошо.

– Для того, чтобы повернуть под более резким углом, попробуй наклонить ручку в ту сторону, куда хочешь повернуть — а потом возьми её на себя. Ты сделаешь крутой вираж. Попробуй это.

– Хорошо, командир.

И я попробовала. Истребитель развернулся столь резко, что, не будь включена гравитационная защита, меня бы размазало по креслу пилота. Попробовав ещё несколько манёвров, я передала управление Алексею.

– Ну как, тебе понравилось? — спросил он.

– Да. Это просто великолепно. Ты давно этим занимаешься?

– Ну, Академию я закончил год назад. Так-то я пилот больших кораблей, но водить «крестокрыл» — это не только хобби — это ещё и необходимость. Хороший пилот обязан уметь летать на всём.

– А хороший «навигатор»?

– А хороший навигатор обязан быть хорошим пилотом. Так что, летать ты научишься. Ведь, как я понял, тебе понравилось?

– Да, Алёша.

Мы приземлились там же, откуда и стартовали. Алексей отдал истребитель под опеку Семёна, после чего мы поехали назад, в общежитие. Немного помолчав, Алексей спросил:

– Ты несколько раз назвала меня «Алёша». Собственно, так меня называют только самые близкие люди.

– Я поняла, — ответила я. — А они, наверное, называют тебя «любимый»?

– Не знаю, — в его голосе проскользнула улыбка. — Так меня пока никто не называл. Но мне нравится, как это звучит из твоих уст.

– То есть, я могу тебя так называть? Любимый…

– Да, мне определённо нравится, как это звучит… — он рассмеялся. — Милая моя, какая же ты прелесть…

– Милая… Мне тоже нравится слышать такое от любимого человека. Ты очень хороший…

– Ты тоже. И мне очень хорошо с тобой, милая.

Алексей давно остановил такси где-то на стоянке — и мы просто сидели и болтали ни о чём. А я понимала, что именно с этим человеком я хочу быть вместе. И если для этого надо будет стать самых хорошим пилотом, навигатором и кем-нибудь ещё — значит, я сделаю это.

========== Часть 2 ==========

Спустя несколько дней после того полёта на истребителе, наконец-то нас всех приняли в падаваны. Нет, конечно, я догадывалась, что таких, как я, Настя и Айвенго — много. Но чтобы настолько много — я даже представить не могла. На несколько десятков инструкторов было около десяти тысяч потенциальных студентов-джедаев. Устроить классическое обучение было бы просто невозможно, так что нас поделили на группы, и стали обучать таким образом. Обучение шло хорошо — и кое-что делать при помощи Силы у меня получалось. Но сегодня был особый день — сегодня мы должны были начать самостоятельно собирать свои световые мечи. Как известно, в нормальной обстановке, на создание меча уходит не один месяц. Рыцарь-джедай тщательно подбирает все компоненты, напитывает их Силой и всё такое. Спешить ему некуда. Но, можно создать меч и быстрее, всего за неделю. Сейчас как раз была такая ситуация, когда тянуть время было просто нельзя. Да, официально Земля целиком и полностью поддерживала политику Империи, и была совершенно лояльной планетой. Но никакой обман не может держаться достаточно долго. Рано или поздно, но он будет раскрыт. И надо было подготовить как можно больше рыцарей-джедаев, которые смогли бы на равных драться с имперскими асами на истребителях, которые могли бы сражаться против штурмовиков в составе разного рода спецподразделений и, вообще, защитить мирных граждан от всего, что Империя сможет бросить против Земли.