Чтение онлайн

Инэвера кивнула:

— Он… даже заставил нас сражаться друг с другом для собственного увеселения.

Она осторожно коснулась распухшего носа.

Лиша покраснела и закашлялась.

— Верно, — подтвердила она, — он нас заставил.

— К чему такие жестокие игры? — удивился Джардир. — Почему просто не приказать одной из вас перерезать мне горло в постели?

— Он не хотел тебя убивать, — сказала Инэвера. — Он боялся не твоего воинского искусства, а того, что люди пойдут за тобой. Ему было невыгодно делать из тебя мученика.

— Лучше подорвать веру в тебя и расколоть твои войска, — добавила Лиша.

— Но ты и правда Шар’Дама Ка, — сказала Инэвера. — Сомнений больше нет, ведь ты убил Алагай Ка!

— Это был не Алагай Ка, — покачал головой Джардир. — Слишком просто. Вероятно, это был самый жалкий его отпрыск. Придут другие, намного страшнее.

— Мне тоже так кажется. — Лиша взглянула на Джардира. — Вот почему я прошу тебя сдержать обещание, Ахман. Я побывала в Даре Эверама и хочу вернуться домой. Мне нужно подготовить мой народ.

— Ты можешь остаться, — сказала Инэвера. Лиша поняла, как нелегко ей дались эти слова. — Я согласна, чтобы ты стала одной из дживах сен моего мужа.

— Младшей женой? — засмеялась Лиша. — Пожалуй, не стоит.

— Если хочешь, я сделаю тебя своей северной дживах ка, как собирался, — предложил Джардир. Инэвера нахмурилась.

Лиша печально улыбнулась:

— Ахман, я все равно буду одной из многих. Мужчина, за которого я выйду замуж, должен принадлежать только мне.

Джардир помрачнел, но Лиша не уступила, и в конце концов он кивнул.

— Мы все равно будем уважать племя Лощины, — пообещал он. — Я не могу помешать другим племенам украсть ваши колодцы, но дам понять, что, если они пойдут на вас войной, им несдобровать.

Лиша опустила глаза. Она боялась, что заплачет при виде печали в глазах Джардира.

— Спасибо. — У нее сжалось горло.

Джардир ласково сжал ее плечо:

— И… прости, если то, что случилось в Дворце зеркал, было не по твоей воле.

Лиша расхохоталась, слезы на ее глазах высохли. Она бросилась к нему, крепко обняла и поцеловала в щеку.

— Ахман, мы занимались этим при свете дня, — подмигнула она.

— Жаль, что ты уезжаешь, госпожа, — произнес Аббан через несколько дней, когда его жены упаковали последний из бесчисленных подарков, поднесенных Джардиром. — Мне будет не хватать наших бесед.

— А также Дворца зеркал, где можно прятать от даль’шарумов самых симпатичных жен и дочерей?

Аббан с удивлением посмотрел на нее, улыбнулся и поклонился:

— Ты изучила наш язык лучше, чем показываешь.

— Почему бы тебе просто не пожаловаться Ахману? Пусть приструнит Хасика и остальных. Они не могут насиловать, кого им вздумается.

— Прошу прощения, госпожа, но по закону могут.

Лиша открыла рот, чтобы ответить, но Аббан поднял руку.

— Власть Ахмана не настолько безгранична, насколько ему кажется. Если он приструнит своих людей из-за женщин хаффита, это посеет раздор среди воинов и ему придется опасаться за свою спину.

— И это важнее безопасности твоей семьи?

Взгляд Аббана стал жестким.

— Не думай, будто понимаешь наши порядки, только потому, что провела среди нас несколько недель. Я найду способ защитить свою семью, не повредив своему господину.

— Прости. — Лиша поклонилась.

Аббан улыбнулся:

— Прощу, если позволишь мне раскинуть шатер в твоей деревне. У моей семьи есть по шатру в каждом племени для торговли товарами и скотом. В Даре Эверама больше зерна, чем нужно, и я знаю, что на севере полно голодных ртов.

— Спасибо за щедрость.

— Не за что, — усмехнулся Аббан. — Сама увидишь, когда мои жены начнут торговаться с твоими людьми.

Лиша улыбнулась.

На улице раздался крик. Аббан, хромая, подошел к окну и выглянул во двор.

— Твоя свита готова. Идем, я провожу тебя вниз.

— Аббан, что произошло между Ахманом и Пар’чином? — спросила Лиша, не в силах больше сдерживаться. Если она не узнает ответ сейчас, то, вероятно, она уже никогда его не узнает. — Почему Ахман разгневался, узнав, что ты говорил мне о нем? Почему ты испугался, когда я сказала, что упомянула о нем при Ахмане?

Аббан посмотрел на нее и вздохнул.

— Если я не хочу вредить своему господину ради собственной семьи, с чего мне это делать ради Пар’чина?

— Клянусь, ответ на мой вопрос не повредит Джардиру.

— Возможно, повредит, а возможно, и нет.

— Я не понимаю. Вы оба уверяете, что Арлен был вашим другом.

Аббан поклонился:

— Истинно так, госпожа, и потому я скажу тебе вот что: если ты знакома с сыном Джефа, если можешь передать ему весточку, то вели, чтобы он бежал за край земли, потому что на самом краю Джардир достанет его и убьет.

— Но почему?

— Потому что Избавитель должен быть один, и Пар’чин с Ахманом… не сошлись во мнениях, кто должен им быть.

Из Дворца зеркал Аббан направился прямиком в тронный зал Джардира. Едва завидев хаффита, Джардир отпустил советников, оставшись с Аббаном наедине.

— Она уехала?

Аббан кивнул:

— Госпожа Лиша позволила мне поставить лавку в племени Лощины. Это поможет им влиться в наши ряды, а мы приобретем ценные связи на севере.

— Молодец, — кивнул Джардир.

— Мне понадобятся люди, чтобы охранять поставки и склады. Прежде я поручал этот тяжкий труд слугам. Хаффитам, но крепким и сильным.

— Все крепкие хаффиты теперь ха’шарумы.

Аббан поклонился:

— Вижу, ты понимаешь, в чем сложность. Ни один даль’шарум не станет слушаться хаффита, но если ты позволишь мне выбрать в помощь несколько ха’шарумов, это будет просто замечательно.

— Сколько? — спросил Джардир.

Аббан пожал плечами.

— Сотни хватит. Считай, ничего.