Чтение онлайн

К каждой подобной раздаче была приписана, секретарями Дезидерия и своя команда «кликуш», что обязаны были за вечер обойти веселящихся людей и пока одна группа агентов министра проклинала приехавших наследников и их слуг, что безобразничали в столице — вторая вовсю нахваливала «престолодержателя» и всячески намекала подвыпившим людям о том, что не стоит долго рассусоливать и пора уже как можно скорее идти с совместным прошением к министру, дабы оградил, в эти дни окаянные тревог и мятежей, от безумных людей провинциальных наследников и… И сам продолжал исполнять обязанности главного имперского министра, даже несмотря на избрание нового императора, до самой своей смерти.

Первые дни, подобные разговоры о «безвременно правящем министре» — скоро прерывались собеседниками и люди в испуге уходили прочь от агентов Дезидерия.

Но с каждым новым днём горожане всё смелее и активнее обсуждали эту тему у себя до домам и на работах, и на третьи сутки раздач и представлений, официально устроенных «для поддержания славы и духа будущего похода на мятежников» в людях — уже почти все, находящиеся в толпе, на площадях столицы, хором скандировали имя «престолодержателя» и потихоньку начинали готовить делегации к городским старшинам из самых уважаемых граждан, что бы они, в ближайший праздник Солнца, что должен был случиться уже ровно через два дня — возглавили народное шествие с прошением и челобитной к Дезидерию, и официально: от всех городских гильдий, имперских рыцарей проживающих в столице, полисных магистратов — торжественно и с максимальным почтением преподнесли ему данное прошение, на коленях, показывая степень уважения перед ним и желание людей что бы он оставался на своём посту максимально долго.

Слуги наследников — вскоре сообщили о подобных настроениях в городе своим хозяевам и те решили провести как можно скорее совещания, и узнать у своих первых министров: нельзя ли что предпринять, против данного выступления черни и примкнувших к ним, низших дворян столицы.

Великий инквизитор Корсо, на вопль отчаяния от своего ученика и одного из нынешних наследников, Амвросия, лишь покачал головой: «Поздно. Мои инквизиторы всегда готовы действовать, но сейчас, почти все из столичной черни и мелкой знати — на стороне Дезидерия… А благодаря нашему упущению — он всё ещё «престолодержатель» и обзавёлся охраной, отличной от имперской гвардии, которая вряд ли бы ослушалась нашего приказа, в случае желания всех четырёх наследников об его аресте. Аресты же лишь силами самой инквизиции, в столице — возможны, но без упорного боя уже не обойтись, а кто победит, в ненавидящей нас распутном греховном городище — сейчас совершено неясно… Не стоит его трогать. Нужно ждать и верить… У нас в подвалах есть несколько ополоумевших жрецов, которых вполне реально вернуть в мир с оружием в руках и указав на цель — просто отдать приказ. Возможно они будут удачливее того странного друида, с медальоном Солнца на шее, который послужил причиной создания гвардии телохранителей министра, проклятых «минардов»!

Алавия также попросил подождать и не делать каких либо резких движений своего правителя Джанелло: говоря что время ещё не пришло, тем более сейчас, когда их собственное королевство временно потеряно, вместе с доходами оттуда — не стоит так откровенно и безрассудно бросаться в атаку на усилившегося безмерно главного имперского министра! Пускай остальные наследники искусают зарвавшегося Дезидерия, а уж потом…

Тудджерри советовал вице-королю Уммланда, Лиутпранду, при котором был первым министром — не идти первым и напролом, а занять роль «примирителя», благо уммландцы не успели настолько надоесть столичным горожанам, как остальные, недавно прибывшие толпами, провинциалы из королевств внуков наследников покойного императора, и есть шанс получить благоволение жителей столицы себе.

Когда Дезидерий уйдёт в поход на мятежные королевства — можно устроить собственные раздачи продуктов и подарков, даже земель и замков, у них в Уммланде — нуждающимся в них рыцарям и баронам, и провести пару массовых шествий с молениями, по всем храмам города: «Опыт организации подобных мероприятий у меня есть… Кгхм… «— проговорил немного смущаясь банкир и отвернулся, когда Лиутпранд с улыбкой стал грозить ему пальцем и что то говорить о его бывшей «не настоящей супруге», отправленной на костёр за подобные же «массовые гуляния с народом».

Гарданцы же заперлись в своём в замке, «Берлоге» и вызвав десяток преданных друидов, из числа бывших лекарей императора, которые смогли спрятаться и не попасться инквизиторам в лапы сразу же после смерти монарха — стали договариваться о том, как и через кого, можно будет передать в императорский дворец яд и по возможности скорее отправить к праотцам, так внезапно для всех усилившегося, главного имперского министра, Дезидерия.

Через двое суток, в праздник Седьмого Победоносного Светила — особо почитаемый сержантами рыцарских орденов и оруженосцами день, так как согласно легендам, именно в эти праздничные сутки они получают невиданный прилив мужества и силы, из за каких то там «всплесков» на Солнце и в припадках святого боевого духа могут совершать невиданные подвиги: в одиночку рубясь с десятком латных рыцарей противника или что подобное — и началось массовое шествие горожан к императорскому дворцу и примкнувших к ним бойцов, из лагеря при столице будущего похода против мятежников.

Многие из имперских рыцарей, выбившиеся в них из отличившихся оруженосцев или, что бывало гораздо реже, сержантов — именно данным «днём солнцекипения» объясняли свои беспримерные подвиги на полях сражений, что и привели их к рыцарскому званию… Пока недоброжелатели за их спинами поговаривали о «шутах при герцогах», что своими проказливыми деяниями отличились скорее в шатрах, на пирушках, чем в схватках — против врагов.

Несколько десятков тысяч людей, в лучших своих нарядах — с самого утра разошлись по основным храмам столицы, а потом, скрытно ведомые «как бы случайно», агентами главного имперского министра: которые то устраивали «пробку» на одной из улочек — переводя людскую массу на иное направление движения, то громогласно требовали идти «к такой то», ими обозначенной площади, и объединиться со стоящими там мастерами из гильдий — агенты Дезидерия заставили толпы людей начать потихоньку всем вместе выдвигаться на улицы и площади возле императорского дворца.

Агенты ни на минуту не прекращали контроля за всё подходившими людьми и всячески проталкивали наиболее активных говорунов к небольшим площадкам или возвышениям, что бы они занимали людей своей болтовнёй, перед тем как начнётся основное действо сегодняшнего дня.

Вскоре многолюдная, шумная, колышущаяся толпа заполонила до упора, словно сельди в бочке, три огромные площади прямо перед дворцом покойного монарха и несмотря на все попытки стражи вмешаться и как то отвести прущих всё сильнее людей в иные места, потихоньку приближалась, к означенной горлопанами Дезидерия, цели.

— Привет!!! — заорал в радостном возбуждении Атаульф, хватая за рукав Жака, что прибыл в делегации вместе со своими земляками. — Ты тоже сейчас будешь просить министра о милости и защите, вместе с нами?

— Здорово братец Атаульф! — чуть не прослезился «Жак-простак», видя друга так близко от себя. — Конечно! Все наши — считают господина Дезидерия очень достойным человеком и хотят просить его о защите, от нападок со стороны безумных слуг «четверых» и… Там ещё что хотят, тоже…

— Да знаю я, чего все хотят! — хохотнул Атаульф скромности друга. — Что бы министр Дезидерий, как самый достойный этого поста — занимал должность главного имперского министра пожизненно, и что бы избранный вскоре император — не привёл своего, провинциального первого министра, на этот пост, и не стал нас душить налогами и странными законами, как привык у себя в провинциальном вице-королевстве!

Пока юноши медленно двигались в толпе, приближаясь, по шажку, к императорскому дворцу — они слышали всё новые разговоры о нынешнем главном имперском министре и в каждом из них добавлялась какая то новая положительная его черта: до последнего не набирал себе стражу — видимо врагов особо не имел, а значит был достойным, хорошим человеком, пока на замарался с проклятыми наследниками! Понимает дела империи — был главным министром при усопшем императоре, не то что «корольки провинциалы»! Не даёт наследникам и их людям обижать почём зря, простецов и малую знать, как и сам первый император основатель державы: тот тоже «поприжал хвосты» вельможным высшим аристократам из грандов!

Наконец толпа вплотную прижалась к воротам запирающим площадь у дворца и после криков имперской гвардейской стражи и минардов, которые дружно объявили что начнут стрелять в собравшихся людей из бомбард, если те не остановятся — над собравшимися людьми пронёсся шёпот: «Делегаты выходят с прошением к министру, их запустят, а мы тут будем ждать — чего решат…»

Из толпы вынырнули два десятка богато одетых мужчин в мехах, несмотря на летнюю жару и длинных золотых цепях, обозначающих глав гильдий столицы или имперских рыцарей, что занимали посты в магистратах города и после короткой проверки минардами, которые попросили всех оставить любое оружие на входе, даже церемониальное — были запущены вначале в помещения для слуг, а через десять минут, когда за ними зашёл секретарь главного имперского министра Анулон — они были препровождены им в кабинеты, где делегатов должен был принять господин Дезидерий: «который немного захворал, после покушения…»