Избрание
Шрифт:
Особо надежды на то что удастся полюбовно договориться у министра не было, но Дезидерий верил, что следовало хоть немного расшатать единение внуков покойного императора вокруг ненависти к его персоне — и они уже вскоре сцепятся друг с другом, прежде чем начнут далее интриговать, в столице империи, против него.
За последнее время главный имперский министр прилично усилился, получив отряды личных телохранителей из ветеранов и назначив самого себя — бессрочным главным имперским министром.
Однако именно эти «усиления» сразу же привели его к череде крупнейших конфликтов с наследниками покойного монарха: неудачной попытки штурма наёмниками уммландцами дворца императора или странного сбора друидов, и нападение на них «инквизиторской облавы», Великого инквизитора Корсо.
Следовало, как можно быстрее, перестать быть причиной единения всех четверых наследников в ненависти к нему, «престолодержателю» — и по возможности вновь перевести внимание и активность вице-королей на противостояние друг другу. Гарантировав каждому, столь ими долгожданное: «Уже скоро Избрание, лишь только…»
Ромлеянский вице-король Джанелло, что так бездарно лишился своего королевства — в нынешних условиях был практически безвреден, однако и ставить на него, при возможно состоявшемся Избрании, как на правителя державы — уже не было никакого смысла. Не мог навредить, но и чем помочь — также был не в состоянии.
Кельрик Амвросий оставался грозной силой: благодаря Великому инквизитору трибунала империи в его свите и приличной армии фанатичных рыцарей и ветеранов, закалённых, в почти непрекращающихся войнах и стычках с луннопоклонниками и прочими еретиками, что вела Кельрика уже добрые двадцать лет, на крайнем Юге империи.
Гарданец Борелл идеально подходил на роль «послушного дурака и пьяницы императора», но Дезидерий не смог пока придумать как быстро и незаметно избавиться от его первого министра, Поллиона, а без ликвидации данного скрытого друида — не имело никакого смысла возводить самого Борелла на престол: Поллион контролировал всех и всё при дворе гарданского принца и без его устранения, тратить силы на продвижение на трон Борелла, не стоило и пытаться делать.
Самым опасным, из всей четвёрки наследников, казался министру Дезидерию уммландский вице король Лиутпранд: сам себе на уме, имеет отличную вышколенную профессиональную свиту, во главе которой стоит первый из банкиров империи — Тудджерри.
Королевство его плотно населено и может выставить во множестве латников, благодаря собственным шахтам и отличнейшей местной металлургии. Банкир Тудджерри способен как нанимать и переманивать агентов, тысячами, так и покупать оптом большие накёмные отряды а то и армии или проводить раздачи пищи сразу сотням тысяч простецов на площадях…
Из всех наследников, именно представители Кельрики и Уммланда более всего беспокоили Дезидерия: на явный конфликт с ними он пока не решался и предпочёл «не заметить» атаки проведённой наёмниками Тудджерри на императорский дворец, сразу после объявленного в столице указа Дезидерия, о собственном бессрочном назначении главным имперским министром.
Отъезд Избирателей из столицы совершенно успокоил Дезидерия и убедил что скорого Избрания императора, даже если наследники начнут охоту за выборщиками — никак не случится, а соответственно он, министр Дезидерий, может спокойно заниматься подавлением мятежей в провинциях и назначением своих людей на высокие должности, в захваченных во время похода, королевствах: заодно раздавая земли и замки в тех усмирённых землях — преданным лично ему рыцарям и баронам, и выдавая обильные денежные премии сержантам и прочим воинам простолюдинам в ему подчинённой армии, что сейчас располагалась лагерем у стен столицы империи.
Устраиваемая «Примирительная охота» — должна была продемонстрировать спокойствие и уверенность в своих силах отъезжающего в поход министра и позволяла вновь собрать всех наследников для совета с ним, чего они всячески, последние три дня после бегства Избирателей, избегали.
Были выбраны хорошо охраняемые лесные угодья, как можно ближе к столице. Устроены шатры, для всех пятерых из лидеров групп: четырёх наследников и министра — ныне как равного им. Заранее выставлена имперская гвардейская стража и частично минарды, для предупреждения возможных покушений от друидов, которых в лесах, на охоте, особенно опасался главный имперский министр.
Было решено, что после шестичасовой охоты — следовало встретиться всем вместе в шатре самого министра Дезидерия и на им же возглавляемом, выездном, «Малом имперском совете» — прояснить некоторые спорные моменты: что бы Избирателей наследники сами не разыскивали и не запугивали, не вели свои провинциальные армии под стены столицы, не пытались узурпировать власть и тому подобные мелочи, которые, несмотря на кажущуюся лёгкость нарушения данных по ним обещаний, могут серьёзно осложнить жизнь тому кто бы это сделал первым.
Сперва все наследники, вежливо но твёрдо, отказались: прямо говоря что опасаются покидать свои особняки и после всех случившихся недавних событий, со штурмами их собственных и дедовского дворцов — совершенно не понимают кто и как отвечает за безопасность в столице империи.
После суточного обмена доверенными людьми и всё новых компромиссных вариантов, наследники всё же согласились прибыть, но наотрез отказались охотиться. Даже гарданец Борелл, обожающий облавы на зверей, заявил что не будет скакать по лесу с оружием — что бы «случайно», прямо перед Избранием, не напороться на сук копытом лошади и не свернуть себе шею, прямо перед таким важным для него днём…
Весёлой охоты и плавной светской беседы высокой знати, после неё — не получалось. И Дезидерий просто предложил встретиться вне стен столицы и обсудить его скорый поход на мятежные королевства и Избрание императора.
Немного нервничающие наследники прибыли на указанное им провожатыми министра место — почти со всеми своими охранниками и слугами, и с такой осторожностью сходили со своих коней — словно опасались что их начнут настигать арбалетные болты невидимых убийц, немедля как только они слезут с лошадей и ступят на землю.
По просьбам провинциальных первых министров, повторялась ситуация как на самом первом совместном ужине, по приезде наследников в столицу: каждый из вице-королей привёз свои напитки и продукты вместе с предметами для стола и самими столами, и попросил убрать выставленные людьми министра Дезидерия шатры, что бы его личные проверенные слуги установили новые — ими привезённые в огромных длинных повозках.
Приглашённые Дезидерием на охоту столичные аристократы, которые должны были показать уважение со стороны имперской знати к главному имперскому министру и быть свидетелями его искренней заботы и благожелательности в отношении наследников — теперь с изумлением видели что вместо лихой скачки за кабанами и метанием в них дротиков прямо на скаку, с коней, вместо всего этого лихого и безудержного веселья знати, наследники и их люди долго возятся и устало пыхтят, сваливая уже ранее установленные богатые шатры и убирая все вещи из них, а потом, не менее долго и занудно — ставят свои собственные и расставляют по новой столы, еду и питьё на них, боясь откушать хоть кусочек с чужого стола и явно не собираясь принимать участия в общем, с остальными находившимися здесь же аристократами, послеохотничьем застолье.