Чтение онлайн

В зори тёплые и ранние

Нам не пели соловьи.

В продотряде на Кубани нам

Довелось вести бои.

Столько было вёрст исхожено!

Нынче бой,

И завтра бой!

Комсомольцы в куртках кожаных

Шли дорогою прямой.

Были веку мы ровесники,

Что нам зной и холода!

На субботники,

Воскресники

Шли мы первыми всегда.

Не страшили ливни хлёсткие,

Много взяли мы вершин!..

Помню свадьбы комсомольские,

Дни весёлых октябрин.

Под Октябрьским чистым знаменем

Мы не знали неудач,

Не просили мы в приданое

Гарнитуров или дач.

С тех далёких дней мне помнится,

Как ненастным вечерком

Ты пришла к мальчишке-чоновцу

В первый раз

В мой бедный дом.

В скромных туфлях,

в платье ситцевом,

Как нарядна ты была!

А глазами, что зарницами,

Будто сердце обожгла.

Сколько, помню, было чуткости

У подруг и у друзей!

Вот что я запомнил с юности,

С комсомольских прежних дней.

...Нашим юношам, шагающим

В жизнь,

Навстречу всем ветрам,

Память сердца, как товарищам,

По наследству передам.

Разговор с дочерью Наташей

По асфальту струйкой тонкой

Льётся первая позёмка...

Вместе с дочерью Наташей

Обхожу я свой район:

Мы идём, а над Москвою,

Над Советской всей страною

Все слышнее перекличка

Наших праздничных знамён.

За оградою чугунной

Дом,

где жили мы коммуной,

Где коммуною встречали

Столько раз начало дня...

Зданья клуба и райкома —

Всё тут издавна знакомо,

Здесь жила моя большая

Комсомольская родня.

Помню, как в своём квартале

Мы о будущем мечтали.

Сколько было в нашем доме

Жарких споров по ночам!

Помню: как-то для района

На плакаты и знамёна

Получил я два рулона —

Триста метров кумача.

Был кумач до кромки алый,

Первосортный, нелинялый,

При раскройке на полотна

Полыхал он, как пожар!

Как на грех, в зеркальном зале

В это время собирали

Всех работниц-комсомолок

На трёхдневный семинар.

Шли штамповщицы с Гужона*,

Активистки из района

В куртках кожаных, широких —

Знать, с отцовского плеча.

Шли ткачихи в телогрейках,

В белых тапках белошвейки...

Все глядели и дивились

На полотна кумача.

— Ой, кумач! Какой он яркий!

— Замечательный! Немаркий!

В нём, подруги, поглядите,

Словно, теплится заря!

— Для знамён, конечно, марок!

Дали б нам кумач в подарок

Ради третьей годовщины

Мирового Октября!

И в какое-то мгновенье

Принял я один решенье —

Стал материю я мерить

Осторожно на вершки.

В перерыве я по-свойски,

Горячо, по-комсомольски

Преподнёс всем делегаткам

Кумачовые платки.

Всем в глаза глядел я смело,

Дескать, сердце так велело!

В праздник

* Прежнее название завода «Серп и молот».

бедным получилось

Оформление колонн...

Но вошли тут комсомолки,

И на всех платки-обновки,

Над рядами запылало

Триста праздничных знамён.

Будто время встало с ними

В строй надёжный,

с молодыми...

И теперь былые годы

Мне особенно близки...

Я тоскую втихомолку,

Что забыли комсомолки,

Что не носят коммунистки

Нынче красные платки.

Мы идём всё дальше,

дальше...

Говорю в пути Наташе

Рассудительно

и строго,

Как положено отцу:

— Не гоняйся за новинкой,

Супермодной паутинкой;

От меня прими косынку,

Кумачовую косынку,

Гордость первых комсомолок,

И она тебе к лицу!

С нею, словно в озаренье,

Ты услышишь бурь рожденье

И почувствуешь душою

Наших спутников полёт;

И увидишь, как морями

И чужими островами

По далёким континентам

Революция идёт!

Быль о первом красном галстуке

Поэту Александру Филатову, одному из первых

пионеров московской организации.

На кремнистом берегу Урала

Комиссарка утром умирала —

Девушка в косынке кумачовой,

Со звездой простой, пятилучовой.

Говорила девушка солдату

Ласково, признательно, как брату:

— Чувствую, что я

Теряю память,

Видно, мне

Теперь не комиссарить!

Не ходить в атаку

Вместе с ротой

На врага сквозь

Ливень пулемётный.

Я с Трёхгорки...

Родом я москвичка,

У меня осталась

Там сестричка.

Разыщи, будь...

Другом... сиротинку,

Передай ей

Красную косынку.

Это знамени

Священного частица,

И она ей

В жизни пригодится...—

Озарённые закатом и пожаром,

Воины простились с комиссаром.

И пошли вперёд полубосые

Воины — защитники России.

...Шёл солдат.

Он помнил о косынке

Даже в рукопашной, в поединке.

Поднял он, как знамя, у Чонгара

На штыке косынку комиссара.

С ней в дозоры он ходил ночами,

За неё он бился с басмачами.

Под Термезом с ней хранил границу,

С ней на курсы прибыл он учиться.

Над Москвою в золоте надкрылий

Царские орлы ещё парили.

У котлов асфальтных, топок чёрных

Согревались стайки беспризорных.

Были трудными пути солдата —

В интернат и вновь до интерната.