Чтение онлайн

— Разумеется, — снова склонил голову король. — Если наш род прервется, право на воды Акаланте будут оспаривать Суалана и Карианд, у остальных просто не хватит сил. Суалана вечно голодна, а Карианд медленно гибнет: их единственная надежда — новые владения, куда можно переселиться. Но это означает истребить большинство исконных жителей Акаланте. Без Сердца Моря и правителя, способного им управлять, город станет легкой добычей, но кто бы его ни завоевал, ему будет трудно удержать добытое. Когда Изначальное Сердце было разбито на осколки, Мать Море не зря повелела, чтобы будущие короли иреназе унесли каждый свою долю в разные области моря. Части Сердца хранят лишь тот город, в котором их чтят изначально. Присоединить новые владения… это требует огромных сил правителя и может слишком истратить силу Сердца.

— То есть Суалана не хотела вас завоевать? — уточнила Джиад, в самом деле начиная что-то понимать.

— Нет, конечно. Они лишь хотели права охотиться в богатых областях дна, принадлежащих нам. Возможно, я даже позволил бы это. Не даром, конечно, а с выгодой для обеих сторон. Однако Суалана никогда не хотела платить за то, что рассчитывала получить силой.

Король вздохнул.

— Это стоило нам потерь… Но о политике вам лучше расспросить Ираталя или кого-то из моих советников. Да хотя бы Алестара — он знает достаточно. Что-нибудь еще?

— Прямых наследников, кроме Алестара, нет. Соседним государствам завоевать вас выгодно, но слишком опасно для равновесия. Хотя они могут так и не думать, или выгода способна перевесить риск, — задумчиво подытожила Джиад. — И еще я не могу понять, почему принца пытались то убить, то довести до безумия — это все-таки разные способы избавиться… И еще ваш Совет… Но об этом и вправду лучше спросить каи-на Ираталя… Последнее, ваше величество. Насколько тяжело вы больны? Простите, что спрашиваю об этом при вашем сыне, но вы и сами видите: он искренне озабочен этим. И… имеет право знать.

— Мой сын слишком рано станет королем, — промолвил Кариалл, с горькой нежностью глядя на поднявшего голову Алестара. — Видит Мать Море, ему бы принять эту ношу позже… Целители предсказывают мне еще год-два… Но это в самом благополучном случае. Война с Суаланой обошлась мне дорого. Да и вулканы, что просыпаются из-за Карианда… Об этом тоже расскажет Алестар. Но я определенно не собираюсь покидать этот мир в ближайшее время — слишком большая роскошь…

Король почти весело усмехнулся.

— А Сердце Моря не способно вам помочь?

— Увы, нет. В любом случае, я не стал бы тратить силу, которой может не хватить моему сыну для действительно важных дел. Сердце за все берет плату, и оно далеко не бездонно. Спасая Эруви, Алестар был очень… неосторожен.

— Отец! Но я же не мог…

— Я тоже не мог оставить без помощи наших раненых, — жестко сказал король. — И посмотри, к чему это привело. Я умираю от истощения, Алестар. Моя жизнь, может, и достойная цена за несколько десятков моих подданных, но ты не готов принять корону и Сердце. В спокойное время — может быть…

— Никто и никогда не готов потерять родителей, — тихо сказала Джиад. — Но рано или поздно сыновья принимают бремя отцов. Да, принц был неосторожен. Он мог погибнуть, как и тогда, отправив меня на землю. Но разве вы предпочли бы видеть своим сыном и наследником труса?

— Я… — король осекся, внимательно глянув на Алестара, кажется, даже затаившего дыхание. — Я предпочел бы видеть мудрого и осторожного правителя. И знающего, что иногда приходится жертвовать чем-то…

— Или кем-то, — мягко подсказала Джиад. — О да, бремя королей, я помню. Что ж, мне приходилось и видеть такого принца, и даже служить ему. Торвальд, ныне его величество Аусдранга, умеет жертвовать. Я бы даже сказала, это его большой талант — жертвовать кем-то с огромной выгодой. Очень полезный для правителя. Торвальд, конечно, не обменял бы свою жизнь ни на чью. Прекрасный пример для подражания…

— Вы не понимаете, — раздраженно отозвался король. — Вы просто не понимаете, насколько ценен Алестар для Акаланте!

— Кажется, уже понимаю, — спокойно сказала Джиад. — Мне все только и твердят об этом. Но ваши подданные не стадо салту, которое можно загнать, куда вздумается. Хотя, сдается мне, кто-то и пытается это сейчас проделать. Народ любит вас, ваше величество. И наверняка многие знают, какую цену вы заплатили за победу в войне. Эти раненые… Они были из семей каи-на?

— Нет, конечно, — буркнул Кариалл. — Словно я выбирал бы… Они все — мои дети…

— И они благодарны за это, — еще более мягко подытожила Джиад. — Я слышала, как теплеют голоса, и видела, как светятся глаза, когда подданные говорят о вас. Любовь к вашему сыну пока что больше ваша заслуга. Принца любят, но как милое и красивое дитя. Хлопотное, но и это ему пока прощают. Только вы сами сказали, что ваш срок на исходе. Значит, Алестару пора заслужить собственные любовь и уважение подданных. Если станет известно, что он оставил умирать девушку, которая прикрыла его от убийцы, что скажет народ иреназе?

— Джи… Я же не из-за этого… — растерянно и почти с ужасом вставил Алестар.

— Я вас достаточно знаю, ваше высочество, чтобы Малкависом поклясться, — усмехнулась Джиад, — о народной любви вы в тот момент вообще не думали. И хорошо, что не думали, пожалуй… Второго Торвальда ваш народ не заслужил. Вы и сами сказали, — снова обратилась она к королю, — Акаланте предстоят тяжелые времена. Подданным нужен мудрый правитель, но рядом с принцем будут советники и жрецы. Они постараются сдержать в узде его нрав и остерегут от ошибок. Однако любовь и доверие он может заслужить только сам. Я не говорю, — поспешно добавила она, — что следует кидаться в любую опасность! Просто не судите его слишком строго за спасение госпожи Эрувейн. Поверьте, это стоило риска…

— Я подумаю над вашими словами, — медленно уронил король.

Действие снадобья, похоже, заканчивалось, и он снова стал говорить тише, лицо побледнело, а глаза утратили яркий блеск.

— Простите, ваше величество, я оставлю вас, — поклонилась Джиад, с некоторым трудом поднимаясь из кресла, в которое все-таки сползла во время разговора. — Мне тоже нужно подумать.

Она поплыла к двери кабинета, но у самого порога, уже почти выплыв в коридор, не выдержала и обернулась. Алестар полулежал у кресла короля, уткнувшись лбом в отцовский хвост там, где у человека были бы колени, а Кариалл медленно гладил его волосы, низко склонившись и говоря что-то. Джиад поспешно закрыла дверь и несколько раз глубоко вдохнула очень плотную, как всегда при усталости, воду. Ей казалось, что она только что выдержала тяжелый поединок, причем не учебный, а настоящий, с боевым оружием и опасным соперником. Жрецы, король, сам принц… В глазах темнело от напряжения, которым в покоях короля была полна даже вода. Нет, надо вернуться к себе и хорошенько подумать обо всем этом. Погулять с Жи, съесть чего-нибудь…

Она оглянулась на дверь, за которой остался принц, раздумывая, стоит ли ждать его здесь? По всему выходило, что это глупо. Если отец и сын помирились, разговор может быть долгим, а у нее еще много дел…

Приняв решение, Джиад доплыла до поворота, за которым ожидали неизменные близнецы, и сообщила, что принц остался у его величества, а ей бы отдохнуть… Кивнув, Дару отрядил с ней Кари, а сам остался терпеливо дожидаться.

— Скажите, Кари, — поинтересовалась Джиад, пока они плыли к ее спальне. — Что говорят в городе? Принца сильно осуждают?