Чтение онлайн

— Посмотреть?! Это могут делать только посвященные, рождённые огнём гномы. Заветы предков священны и не для чужих глаз! — её аж затрясло.

— Гм… а есть ли другие варианты пробуждения Змея? — нарочито задумчиво спросила я.

— То есть, это всё слухи про кристалл, да? Вы его не нашли, — опустив голову, сказала гномиха Талли. — Эх, а разговоров-то было.

Она явно была расстроена, но тут же приняла серьёзный вид.

— Есть. Мне нужно посоветоваться с братом. Вы пока готовьтесь морально к встрече с Мировым Змеем. Я скоро вернусь к вам, — сказала она и ушла, оставив нас в недоумении.

— Что думаешь? — спросила Октября, что провожал подозрительным взглядом гномиху.

— Ты всё сделала правильно, что не сказала ей. Нужно быть на чеку, хватит нам истории с Эйфирией. Нужно всем сообщить свои подозрения, вдруг это ловушка, — достаточно серьезно ответил Октябрь, и взяв меня за руку, повёл к веселящимся братьям.

Те сразу смекнули, что к чему, и мгновенно посерьёзнели. Исгерфер заметил это, и без лишних колебаний задал вопрос, мол, в чем дело? На его лице читалось искренне непонимание ситуации, когда братья высказали свои сомнения, требуя доказать непричастность к связям с Орголиусом, как это было в случае с Эйфирией.

Было видно, что Исгерфер внутренне ломается. Между желанием выгнать нас из гордости и попытаться объясниться, ведь ситуация не рядовая. Музыка стихла, веселье улетело, и в зал вернулась Талли со спутником. Видимо со своим братом. Исгерфер сверлил её внимательным взглядом ярких карих глаз.

— Айталлири! Живо объясни всем нам, присутствующим в этом зале, цель своих вопросов о Кристаллах Вселенной! Ты породила смуту своими действиями, недоверие гостей к нам и клеймо обманщиков и предателей! — его голос громом разлетелся по залу, что стало не по себе. Его глаза вспыхнули яростным огнём, а руки сжались в кулаки.

— Я… — жрица растерянно расставила руки в стороны, будто показывая, что у неё ничего нет. В глазах читалось искреннее непонимание ситуации. — Почему вы так говорите, повелитель? Я пытаюсь помочь светочу и ни в коем случае не собиралась накликать на наш род позор.

И она перевела взгляд на меня, ища ответа. А мне стало не по себе. Может быть, мы ошиблись? Но, Октябрь сжал мою руку в своей ладони, без слов покачав головой, ожидая ответа от жрицы. Все присутствующие внимательно смотрели на неё.

— Разрешите мне показать, и всё встанет на свои места, — гордо подняв подбородок, сказала она, и Исгерфер молча кивнул в знак разрешения.

Он позвал нас и несколько гномов, а остальные остались в зале. Мы шли за жрицей и её братом, которых сопровождали мощные гномы с хмурыми лицами. Как я поняла, это стражи. Мы спускались сначала по широким коридорам, а затем вошли в необычайное место, которое отделяла от остального пространства высокая дверь из огненного стекла. Она струилась как водопад, переливаясь миллионами огней. Айталлири произнесла странные слова, и огненный поток прекратился, двери застыли, а затем раздался ряд щелчков, словно отпирается замки и засовы.

Весь процесс сопровождался гробовым молчанием. Все внимательно следили за действиями жрицы и её брата. А те в свою очередь, не совершали лишних движений. Как мне показалось, старались без повода даже не моргать.

Двери плавно распахнулись, и мы вошли вслед за Айталлири и её братом внутрь. Перед нами раскинулся огромный зал, наполненный тысячами сложных изображений на стенах, потолке и полу. Всё они были выполнены в разных стилях. Одни рисованные красками, другие выполнены в виде мозаики, третьи были барельефами.

Король огненных гномов был мрачен, и с каменным лицом, отдавал приказы стражам на своём грубом языке.

Айталлири с минуту стояла и молча что-то высматривала, окружённая стражей. Как вдруг, её глаза просияли, и она сообщила, что нашла то, что хочет нам показать.

— Смотрите сами. Это здесь, — безэмоционально произнесла она.

Мы ждали реакции Исгерфера, который словно застыл. Но это лишь так показалось. Он подошёл к жрице, и окинул хмурым взглядом пол и стены с её позиции, а затем его взгляд задержался на потолке. Глаза его потеплели практически мгновенно, и он уже с добрым видом позвал нас, махнув рукой.

— Видите? Вот Мировой Змей, вот кристалл, а вот эти волны, это мелодия. Смотрите дальше, тут изображены мы, охраняющие вход в гору, — поведала Айталлири.

— А что это? — спросила я, увидев изображение змея, из пасти которого торчат не то ноги, не то руки, и глаза у змея какие-то бешеные. И вокруг молнии нарисованы или трещины, не пойму.

— Это предупреждение для тех, кто решит разбудить Мирового Змея не должным образом. Ну что, убедились? Видите кристалл? Послания предков не лгут, как и я! — гордо выпятив грудь, сказала Айталлири. — Я лишь пыталась понять, как нам действовать. Если у них есть кристалл, то вероятность того, что Змей не отправит нас на задворки Астрала, гораздо выше. Потому что несколько предков пытались уже пробудить его для борьбы с Орголиусом, и как видите, всё, что от них осталось, так это предупреждение, как делать не надо! — она строго упёрла руки в бока, сдвинув брови.

— Ты права, Айталлири. Приношу свои извинения, — сказал Исгерфер, но тут же строго добавил, — но впредь, никакой самодеятельности. Ты же знаешь, какие сложные настали времена! Никому нет веры.

— Кристалл есть, — ответила я.

— Можно взглянуть на него? — спросила жрица.

— Нет, — почти хором ответили братья-месяцы, и встретились с недоумевающими взглядами гномов.

— Он во мне. Мы одно целое, — ответила я.

По залу пролетел восхищённый вздох гномов.

— Вот как… ну, даже не знаю, получится ли всё так, как в тут указано. Возможно, стоит пробовать другой вариант, чтобы не рисковать. Ведь если что-то пойдет не так, то вас зашвырнёт на задворки Астрала. А там, знаете ли, вам мало кто поможет, — задумчиво сказала жрица.

— Готовьте инструменты и жертвенник к работе, — приказал Исгерфер.

— Жертвенник? Я не ослышалась? — шокировано спросила я.

— Именно, — ответил Исгерфер.

— Нет-нет-нет, никаких жертвенников! Так не пойдёт, — запротестовала я, и всё уставились на меня. — Не нужно никого убивать! Это же… это! Так нельзя!

— Мы никого не будем убивать, — спокойно ответил Исгерфер.

— В жертву будут принесены древние души, заточенные в алмазах. Точнее, это даже не жертва, а дар. Это их единственный шанс перейти в другое измерение, обрести покой. Когда мир накрылся тьмой, все пути перехода стали небезопасными. Их бы сожрали в коридоре миров без суда и следствия. А тут и им радость, и нам помощь. Только прибегать к такому действию нужно в случае крайней необходимости, — сказала жрица.

— Вы уже так делали? Я имею в виду именно тебя, Айталлири, — спросила я, заметив, что гномиха побледнела.

— Не было необходимости. Но сейчас, самое время вспомнить заветы предков, — сухо ответила она.

— То есть риск, что Змей проснется не в духе, достаточно велик? — засомневалась я.

— Он и есть Мировой Дух, — недоумевая, ответила жрица. — По крайней мере, той части, что ему отделила Всевидящая матерь. Или ты имела в виду что-то другое? — с интересом спросила она, видя, как вытянулось моё лицо.