Избранница древнего
Шрифт:
Меня поставили перед ним, снова отстегнули наручники, но лишь затем, чтобы опять скрепить их за спиной. Затем стража вышла, и я первый раз за вечер смогла перевести дух. Комендант не обращал на меня внимания. Я подождала какое-то время, полностью успокаиваясь, а затем прокашлялась.
– Моё почтение, – сказала я. – Впервые вижу тюрьму, где охрана следит за порядком.
Комендант поднял на меня тусклые глаза и какое-то время смотрел, пытаясь, видимо, понять, что я делаю перед ним.
– Эльфийка, – сказал он.
– Так вышло, – пожала я плечами.
Комендант откинулся на спинку кресла.
– Да, эльфийка… Мне говорили о тебе.
Сердце ёкнуло. Он знает, кто я? Не уверена, что это хорошо.
– Надеюсь, что только хорошее, – ответила я вежливо.
Ещё секунду комендант смотрел непонимающе, а затем усмехнулся.
– Вроде того. Кое-кому ты… понравилась.
Сердце ёкнуло ещё раз.
– Надеюсь, не в качестве обеда?
Комендант неожиданно хохотнул.
– Почти, – сказал он, становясь серьёзным.
Настала моя очередь смотреть непонимающе.
– И этот кое-кто, – сказал он неторопливо, – считает, что от тебя может быть больше пользы не как от шахтёра.
– К сожалению, так здесь считают многие.
– Это точно, – ещё одна усмешка. – Поэтому я думаю, моё предложение может тебя заинтересовать.
Я почувствовала, что разговор предстоит серьёзный.
– Могу я сесть? – спросила осторожно, покосившись на стул.
– Да… Почему нет… – он кивнул в том же направлении.
Отодвигать стул со связанными руками – как и сидеть на нём – оказалось не слишком удобно. Комендант равнодушно следил за моими мучениями, и лишь когда я уселась, продолжил.
– Знаешь, за что тебя схватили? – спросил он.
Я насторожилась.
– По-моему, им мои уши не понравились.
Комендант с усмешкой покачал головой. Достал из кипы бумаг сделанный грифелем портрет эльфийки со зверской ухмылкой на лице. Приглядевшись, я обнаружила некоторое сходство с собой. Новость мне не понравилась. Она заметно усложняла моё бегство, потому что означала, что и на воле меня могут снова схватить.
– Ты убила Робера де Трасси. Сира дома Трасси, – комендант опустил взгляд на портрет, задумчиво покусал губу, а затем снова посмотрел на меня. – По твоей вине погибло около сотни ни в чём неповинных носферату.
Я скривила губы. Последние два слова едва не вызвали истерический хохот.
– По-хорошему, – сказал комендант задумчиво, – тебя нужно казнить. И тебе очень повезло, что ты попала к нам.
– Как насчёт суда? – спросила я на всякий случай.
– Ты уверена, что хочешь суда?
Я задумалась. В самом деле, если я каким-то образом убила этого Робера, то меня, скорее всего, ждёт виселица. А из петли не сбежишь. Другое дело, если я его не убивала. Беда в том, что я понятия не имела, была ли виновна. Я не убийца, но если меня цепляют, долго не церемонюсь. И если этот Робер встретился мне на большой дороге и вёл себя не слишком вежливо…
– Как он выглядел? – спросила я.
– Чёрные волосы… серые глаза. Невысок и сухощав.
Отличное описание. Осталось вспомнить, сколько брюнетов я убивала в последний… хм…
– Когда это было?
– Месяц назад.
… около месяца назад. Я откинулась на спинку стула, стараясь не слишком давить на руки.
– А если не суд? – спросила я. – Завтра ваши ребята не поспеют вовремя. Да и нехорошее это дело – полагаться на них. Что за резон вам меня охранять?
И снова усмешка.
– Я рад, что ты готова к здравому обсуждению.
Я пожала плечами, продолжая внимательно смотреть на коменданта.
– Если не суд… – он тоже внимательно смотрел на меня, будто следил за реакцией, – то мы можем предоставить тебе защиту. Надёжную защиту. В обмен на некоторые услуги.
– Услуги задницей? – я устало прикрыла глаза. – Шлюхи из города ехать не хотят?
– Зачем так грубо? – его губы растянулись в улыбке. – Кое-кто… будет проводить с тобой ночи. Думаю, раз в неделю. Твоё дело выполнять всё, что он скажет. Он будет один, и никто не будет об этом знать. Так что это гораздо лучше, чем стать подстилкой для банды Вепря.
Меня передёрнуло от последней фразы. Я собиралась встать и ответить, но комендант заговорил первым.
– Спокойно, – сказал он неожиданно жёстко. – Выбор за тобой. Один – или все.
Хотелось плюнуть в довольную морду кровососа, но я сдержалась. Объяснять, что значит для меня, эльфийской принцессы, дочери короля Тирвейнена, отдаться другому мужчине, не имело смысла.
– Я испытаю удачу, – сказала я и всё-таки встала.
– Сегодня Вепря высекут, а затем оставят в ящике на день, – сказал он, будто бы невзначай. – Так что можешь подумать… до завтрашнего вечера.
***
И я думала. Думала всю ночь. Была ещё одна причина, по которой я не могла согласиться, и причину эту звали Шин. Меня они собирались охранять. Кстати, как представлял это комендант, хотела бы я знать? За мной что, повсюду будет ходить телохранитель? Но даже если и так, Вепрь и его друзья наверняка отыграются на мальчишке, и виновата в этом буду я.
К тому же… Межрассовый секс… Это против природы, нет? Не знаю. Мой дядя женился на лесной эльфийке… Если можно так сказать. Их союз не благословляли ни духи, ни демоны, но они были вместе более сотни лет. А ведь он был одним из благороднейших эльфов королевства… Пока оно не пало, я хочу сказать. Но Альдэ – хоть и лесной, но всё-таки эльф. Мне же предлагали переспать с вампиром. А для дочери дома Волка это чуточку перебор.
Я поёжилась, представив на своём теле холодные вампирские руки. Меня тут же затошнило, и я поспешила прогнать образ из головы. Может, просто каждому своё? Я знаю сказки о принцессах, которых похищали вампиры. Насильно брали в жёны, например. В этих сказках принцесса всегда влюблялась в своего супруга, будто можно полюбить того, кто разрушил твою жизнь. Было время – я так не смогла. Едва отец завёл речь о союзе с домом Куницы, я… Ну, я повела себя не очень красиво. Я ударила своего родителя по лицу. Шум поднялся, как море в шторм. Охрана и слуги повыпрыгивали из своих комнат, будто рыба из кипящего котелка. Меня скрутили и затолкали в спальню, напоследок жёстко заявив, что я буду приносить дому пользу, хочу я того или нет.
Ну, да… Дверь-то они заперли, а окно – забыли. Думала я недолго. Только припомнила все эти идиотские сказки. Взяла простыню, порвала на длинные полосы и, связав между собой, выкинула один конец за окно. Другой привязала к массивной ножке кровати и затянула потуже. Затем сняла со стены любимое оружие – старинный дедов меч, подаренный мне на совершеннолетие, лук со стрелами и пару ножей. Зашнуровала доспех, закрепила меч и лук на спине, а нож на поясе, и принялась спускаться вниз.
С тех пор прошло двадцать лет. Я не пожалела ни разу. Мир был огромен. Во много раз больше отцовского дворца. А ещё он был прекрасен. Даже теперь, когда почти весь материк попал под власть Империи, его по-прежнему населяли удивительные существа. Я видела древние леса, где до сих пор паслись последние единороги. Они говорили со мной, и Хозяйка Леса подарила мне волос из своей гривы на тетиву. Я видела оставленные драконами пещеры на северных берегах и держала в ладонях легендарный шар, через который драконы говорили друг с другом в далёкие времена. И ещё много земель я успела посетить. За эти двадцать лет я повзрослела больше, чем за предыдущие восемьдесят.