Избранница Тёмного Лорда
Шрифт:
— И у вас есть всё, что вам нужно?
— Море, звёзды и ваше сердце, — просто сказала она. — Чего ещё я могу хотеть?
Профессор провёл рукой по её щеке.
— Маленький дом на берегу моря, куда мы могли бы приезжать, например?
— Бунгало, — мечтательно сказала Кира. — С прозрачными стенами, раздвижными дверями, выходящими прямо к морю, и никого вокруг. Только вы, я, свежее манго и белоснежные простыни.
— Перепачканные свежим манго, очевидно.
Кира фыркнула.
— Иногда вы относитесь ко мне как к ребёнку.
— Никогда. — Он взял её лицо в ладони, и Кира вдруг ощутила, что снова парит в воздухе самостоятельно — и в этот раз ей даже это удаётся. — Вы красивая, соблазнительная, сексуальная женщина. Моя женщина. Которая достойна…
— Носить ваш ошейник и, может быть, даже наручники?
Профессор тихо засмеялся.
— Бинго. Один-один, мисс Риаз: вы становитесь всё язвительнее. Уверен, я достойно отомщу вам этой ночью.
А потом он поцеловал её. В воздухе, вися над морем. Его губы накрыли её, и горячий, жадный поцелуй заставил её обнять его, а его — притянуть её обнажённое тело ближе. Она ощутила бедром его возбуждение, прижалась к нему и, открываясь страсти, ощутила, как её тело наливается тяжестью.
— Отдайтесь мне, — прошептал он. — Отпустите себя. Доверьтесь моим рукам.
И она доверилась ему, отпуская себя на волю.
Они пролетели над самой кромкой волн, брызги пены обожгли её обнажённую кожу. Профессор с Кирой опустились на песок. Тот был влажным и холодным, но согревающие чары тут же обняли Киру, и она почувствовала, как разгорается на груди амулет.
— Мне так хорошо, — проговорила она.
Тёплая ладонь легла на низ живота.
— Неудивительно.
Кира невольно раскрыла колени перед ним, сидя на песке. Коснулась ладонями его плеч.
— Я так боялась, что вы умрёте, — произнесла она. — Сколько вам давал ваш отец? Едва ли больше.
Он накрыл пальцем её губы.
— Тише. Не стоит возвращаться в прошлое, мисс Риаз, оно мертво. Впереди сияющее будущее и почти наверняка — ужин. Впрочем, зачем мне дожидаться десерта? — Его ладонь властно легла ей на ключицы и нажала, заставляя Киру лечь на спину. — После сеанса левитации вы просто обязаны излучать магию.
На губах Тёмного Лорда появилась хищная улыбка.
— А значит, будете особенно вкусной.
Сердце Киры затрепетало. Он собирался…
Он не дал ей закончить эту мысль. Просто накрыл её глаза рукой и поцеловал в губы.
В темноте все ощущения мгновенно стали в три раза острее. Его губы, спускающиеся всё ниже, горячие, желающие её. Её острые розовые соски, твёрдые от желания, её грудь, вздымающаяся и опускающаяся, её хриплое дыхание, напрягшийся низ его живота.
И, наконец, его рот — уже там, на ней, в ней, в самой её сокровенной глубине. Там, где она ждала его больше всего.
Сладкая судорога пронзила её тело, и Кира со стоном прикрыла глаза — теперь уже сама, без его ладони, погружающей её во тьму. Перед её мысленным взором проносились горячие сцены, наполненные жарким шёпотом, страстью и властной нежностью. Сцены, которые Кира из настоящего не видела никогда. Её сердце замерло, когда она увидела себя в открытом купальнике рядом с ним на белоснежной яхте, сдающейся под его ласками; в тесной примерочной кабинке, стоя на цыпочках на горе кружевного белья и изо всех сил стараясь не кричать; прижатая ночью лицом к кирпичной стене, усеянной граффити, с задранной юбкой, и его хриплое дыхание на дрожащей мочке уха. Она была его, она принадлежала своему Тёмному Лорду в десятках ролей и лиц, и он наслаждался каждым их разом вместе, словно тот мог стать последним.
Как сейчас.
Его губы скользили по внутренней стороне её бедра, оставляя за собой цепочку поцелуев, и Кира вдруг вспомнила себя хохочущей, закопанной в сухой рассыпчатый песок под жарким солнцем. А потом вспомнила тенистое бунгало, до которого они так и не добежали, свалившись в шезлонг и любя друг друга прямо там.
Но все воспоминания из будущего растворились в голове, когда его рот снова вернулся на заветное место между ног, и она, беспомощная, могла только комкать песок в пальцах и стонать всё громче, пока властный грохот невидимого прибоя делался всё сильнее, заглушая древний ритм моря, и наконец луч луны накрыл её властной невидимой лаской, и Кира открылась морю окончательно, с громким стоном отдаваясь на волю силы, что возносила её к самому пику экстаза.
— Мисс Риаз, — прошептал он, возвращаясь к её губам. — Как вы думаете, куда улетели наши фонарики?
— Далеко-далеко, — прошептала Кира в ответ. — В сказочную страну, где очень добрый и очень терпеливый маг учит своего маленького сына летать.
В улыбке, которая открылась ей, не было ни капли горечи.
— Разумеется.
Он снова поцеловал её, и Кира почувствовала, как картина перед её глазами растворяется.
Она провалилась в настоящий сон.
Глава 10
Киру часто будили прикосновения, но она ни разу ещё не просыпалась от чувственного и даже дерзкого массажа, направленного на её ягодицы.
Она ахнула. Её сорочка была задрана до талии, сама она лежала на животе с бесстыдно разведёнными в стороны ногами, а мягкое масло с запахом миндаля прямо в эту секунду втиралось в…
— Что вы делаете? — скандализованным шёпотом поинтересовалась она.
— А это незаметно? — с иронией отозвался профессор. — Собираюсь взять вас перед завтраком, очевидно.
— Не спросив меня?
— А вы желаете выразить свой протест?
Кира не знала.
— Я.
— ТТТтттттт. — Его руки погладили её шею. — Нам обоим приснился прекрасный сон о том, как я победил злодея, а вы научились летать. Вам не кажется, мисс Риаз, что это стоит отпраздновать? В этом мире и в этом времени?
Кира чуть поколебалась. Но он был прав, верно? Конечно же, он был прав. Вот только он был так восхитительно, так непоколебимо уверен в том, что ей тоже этого захочется, вместо того чтобы подождать и спросить…
Впрочем, его способ нравился ей значительно больше.
А ещё она вдруг прислушалась к себе и.
Ощутила странное, незнакомое, почти ликующее ощущение.
Силу.
Магию рубинового амулета, которая наполняла её во сне. Совсем рядом.
А самое главное — на дне её души снова бурлил родник. Далеко не бездонный колодец, которым Кира была раньше, но она снова могла быть магом. Сейчас она легко бы сдала все практические занятия для второго курса.
— Вы чувствуете? — в восторге произнесла Кира. — Вы.