Чтение онлайн

– Отпусти его! – Лисса шагает в комнату. – Он тебе не игрушка!

– Он бездарный, что хочу, то и делаю!

Мад невнятно мычит, а Лисса, до этого не смевшая так долго перечить кузине, чеканит:

– Отпусти. Его. Немедленно!

– Выйди вон, бездарная! – Дарнаса, как обычно, не церемонится.

Воздух тяжелеет от напряжения, сгущается.

Внутри Лиссы будто что-то вспыхивает, словно огонь проносится по венам, вырывая из груди яростный крик:

– Хватит! Хватит называть меня так!

– Ты, – шипит Дарнаса, слезая со спутанного лианами Мада. – Бездарное позорище, не смей мне перечить! Ты не имеешь права даже смотреть на меня, ты…

Ярость Лиссы буквально вырывается из неё, порыв ветра сносит Дарнасу, вмазывает в стену. Хрипя в тщетных попытках судорожных вдохнуть, Дарнаса сползает на пол.

Дрожа всем телом, Лисса делает несколько шагов. Ослабшие лианы по-прежнему держат Мада, но он выпускает когти и обрезает сначала сковывающую одну руку лиану, затем – опутавшую шею. Следом когти вспарывают лиану, захлестнувшую рот. Пахучий сок растения стекает по пальцам Мада, плечу, размазывается по простыням, разливается вокруг.

Дарнаса сидит на полу с вытаращенными глазами, но у Лиссы глаза округлены не меньше: она не может поверить в случившееся, в то, что поддала Дарнасе. Знать, что у тебя есть магия, и реально её использовать – две разные вещи, два разных состояния.

Вырвавшись из плена лиан, Мад натягивает просторную рубашку, хватает штаны и, надевая их, прыгая на одной ноге, приближается к оторопевшей Лиссе, грозно сообщает:

– Я сыт по горло этим убогим миром и твоей чокнутой семейкой. От их высокомерия уже тошнит! Как ты можешь среди них жить? – пошатнувшись, Мад останавливается и натягивает вторую штанину. Застегнув ширинку, выпрямляется и наконец подходит вплотную к Лиссе. – Может, тебе нормально изображать из себя убогую и терпеть тычки и понукания, но я этого делать не собираюсь!

– Ты… – Дарнаса приподнимается, держится за стену. – Ты…

– Сама ты убогая, – сообщает ей Мад и направляется к двери. – Я лучше в горы уйду, чем терпеть всех этих высокомерных выскочек.

– Это ты сделала? – наконец выдавливает Дарнаса, ошеломлённо разглядывая Лиссу, в случившееся веря и не веря одновременно.

– Да, я не убогая, – Лисса опускает взгляд на свои руки.

– Идём, – Мад сжимает её ладонь и тянет на выход. – Нам нечего здесь делать.

И эти слова невероятно созвучны тому, что ощущает Лисса. Желание остаться с семьёй схлёстывается со страхом. И дело не только в том, что носителей иной магии могут безжалостно пустить на опыты или сдать эёранцам на допрос, просто Лисса вдруг понимает всю глубину обиды на семью, и что эта обида не исчезнет, если вдруг они признают её одарённой и равной себе.

Конечно, не все в семье так жестоки, некоторые её даже любят, но в целом… в целом всё выглядит печально.

Поэтому Лисса идёт за Мадом. Не потому, что уже решилась сбежать и всё подготовила, а потому что согласна с его словами: они выразили то, что она не решалась сказать уже очень давно.

Держась за руки, они минуют пронизанный вибрацией далёкой музыки коридор, широкую лестницу, выбегают на задний участок огромного сада. Бегут по дорожке от величественного дома, полного гостей, родных Лиссы, высшего света Таноша.

Бегут сквозь озарённую светильниками ночь к задним воротам для слуг и доставки продуктов. И с каждым шагом Лиссе становится легче, она крепче сжимает руку Мада, ощущая необычную общность с ним, совершенно невероятное единство.

В ворота они чуть не врезаются. Поглядывая друг на друга, вместе сдвигают массивный засов. Мад мог бы справиться сам, но он не мешает Лиссе помогать, потому что ему приятно делать это вместе с ней, нравится её улыбка и даже россыпь рыжих точечек на носу и щеках.

Они вырываются на подъездную дорогу. Здесь не так светло, как в саду, больше не видно веснушек на лице Лиссы и решительного блеска её глаз, зато видно усыпанное яркими звёздами небо и глухую черноту окружающих полей.

– И в каком направлении горы? – решительно спрашивает Мад, оглядывается по сторонам.

– У меня есть идея лучше, – улыбается Лисса, Мад разворачивается к ней, и луч света из ворот падает на неё, отражается в белых зубах, вспыхивает искрами в глазах. – Как ты относишься к путешествию в другой мир?

Но Мад, восхищаясь задорной красотой её вдруг оживших в порыве освобождения черт, заворожённый этой яркостью и радостью Лиссы, даже не слышит вопроса.

Лео совсем не хочет сдаваться, сидит напротив меня прекрасный и хмурый, размешивает сахар в кофе. Глаза у Лео просто изумительные, лиловые отсветы радужек выглядят просто волшебно. А язык Саламандры медленно поднимается за спиной Лео, явно нацеливаясь на рога. Даже удивительно, как Саламандре удаётся держать его торчком: это же какое мышечное усилие для этого требуется?! Это же просто невозможно в нормальном мире, а в магическом – у неё получается!

А какое усилие требуется мне, чтобы не засмеяться, не выдать эту шпану раньше времени.

– Почему ты так хочешь обратно на шоу? – Лео, стряхнув ложечку, кладёт её на блюдечко и пододвигает чашку кофе мне. – Мне казалось, тебе не нравится это мероприятие. Ты вроде считала участие в нём для себя оскорбительным.

– Когда меня на нём выбирали, словно племенную кобылу, да, это было унизительно, а участвовать просто потому, что на шоу меня точно не будут искать – совсем другое дело. К тому же… скажу честно: я привыкла много общаться. Раньше я не осознавала этого, потому что общение с многими людьми было неотъемлемой частью моей жизни, но посидев в одиночестве, я поняла, насколько это мне несвойственно.

– Ты общаешься с учёными.

– О, – я отпила восхитительного кофе и закатила глаза. – Они же сумасшедшие. Их всего пять. И это не общение. И за эти несколько дней я смертельно от них устала.

– А меня мало?

– Ну начнём с того, что тебя со мной не будет. Ты из заботы обо мне не станешь пользоваться тоннелями и как-то иначе пробираться в моё убежище. В НИИ, после того как нас там засекли, тоже больше не попасть. Менять внешность, как суккуб, я не могу, и даже настоящие рога, – я постукиваю пальцем по своей витой костяной красоте, – выбеленные волосы и контактные линзы не спасут меня от узнавания после того, как я засветила лицо перед миллионами телезрителей. Кто-нибудь меня обязательно узнает, и хорошо, если это будут обычные жители, которые просто сольют информацию журналистам, но что, если это будут сразу преступники?

Лео пронзительно смотрит на меня. Не нравится ему моя идея вернуться на шоу, а я ведь совершенно искренне ему объясняю. Это даже не жажда независимости и держать дистанцию, мне правда нужно общество, разговоры, просто присутствие людей рядом… Присматривать за кем-нибудь. Не думала, что мне это так нравится, но я действительно нуждаюсь в командной работе, хочу взять кого-нибудь под крыло. Катари, конечно, теперь сама кого хочешь под крыло возьмёт, но есть другие девушки, надо же за Принцессой присмотреть, пока она чего-нибудь не сотворила.