Чтение онлайн

Ему трудно удержать безразличное выражение лица.

– О да, этот конкурс «Преобнажение» просто огонь! – захлёбывается восторгом Берронзий.

Подиум, протянувшийся на дорожке от крыльца благородного факультета, просто сверкает. С обеих сторон сидят демоны, в конце подиума – стол жюри с четырьмя женихами. А на подиуме – полуобнажённая фигура.

– Мы знали, что вам понравится «Преобнажение». Поаплодируем прекрасной одиннадцатой невесте Катари, приветствуем нашу строптивую пятнадцатую невесту Анастасию!

Увлечённый делами, Леонхашарт не обращал внимания на содержание шоу «Найди себе пару», но теперь понимает, насколько это было неправильно – не следить, не выяснить, что ждёт Настю там без него.

Ярость разливается в его крови, норовит захлестнуть, но… Поздно. Он понимает, что опоздал и уже не успеет спрятать Настю, остановить, потому что вся его магия не способна обернуть время вспять, не сможет даже прервать сигнал телебашни, потому что она слишком далеко.

Титаническим усилием Леонхашарт не позволяет гневу выплеснуться магическими протуберанцами, потревожить накопители магии под потолком, ведь несмотря на уют камеры и статус архисоветника, он по-прежнему в списке подлежащих уничтожению при намёке на выплеск.

Поэтому Леонхашарту приходится держать в узде всю свою ярость и смотреть на экран, понимая, что миллионы демонов увидят преобнажение его пары!

«Преобнажение! – мысленно кипит он. – И ведь придумали же, и назвали же. Рога поотрываю! Выйду отсюда – и поотрываю!»

*** 

По поводу экономии я преувеличила. Или просто экономили только на нас, потому что подиум, который я вижу из-за занавесивших дверной проём центрального входа портьер, – это что-то с чем-то, особенно в контрасте с ночным небом.

На дорожку словно рассыпали бриллианты. Разноцветные отсветы разливаются над подиумом сотнями маленьких радуг, софиты вдоль дорожки обрамляют это сияние золотистыми лучами света, постепенно угасающими в темноте.

Шум, гам – это благородные демоны, преподаватели и ещё какие-то другие неместные демоны занимают пластиковые кресла вдоль подиума, а на противоположном его конце усаживаются за стол четыре жениха.

Сердце ёкает, но я сразу понимаю, что садящийся первым Леонхашарт – инкуб, принявший его облик. Его подменили. Скрыли ото всех правду. И хотя это тревожный знак, я почему-то на сто процентов уверена, что с Лео сейчас всё в порядке. Сердцем уверена, а вот разум пытается эту истину оспорить.

– Надеешься кого-нибудь соблазнить? – насмешливый голос за моей спиной принадлежит Принцессе.

Конечно, она не может обойтись без вроде как колких замечаний.

– Не надеюсь, уже соблазнила, – отпустив бархат портьеры, разворачиваюсь. – А ты надеешься?

– Лорд Шаакаран ко мне благосклонен. – Принцесса, тоже одетая в халат, в меня вглядывается.

– Ищешь изъяны? – интересуюсь я под её неприятно пристальным взором.

– Нет, – задумчиво тянет она и смотрит на меня с подозрением.

Похоже, заметила разницу между мной и суккубом. Изображавшая меня была сексуальнее и при этом, наверное, менее дерзкая, всё же суккубы сильно угнетены в Нараке. Люди хоть и стоят на ступень ниже любого демона, но невесты – потенциальные жёны высокостатусных самцов, наверняка суккубы пытаются на всякий случай не конфликтовать.

– Что ж, – я изображаю любезную улыбку. – Не буду мешать готовиться к выступлению.

Но и так Принцесса смотрит на меня очень странно. Что суккуб сделал с моей репутацией?!

Развернувшись, несколько мгновений наблюдаю за тем, как Катари в одном купальнике ходит по холлу. Велья чуть поодаль тоже репетирует ровную эффектную походку. Суккуб-Манакриза о чём-то болтает с рогатыми гримёршами. За всем этим с лестницы наблюдает гаденький костюмер.

А я отправляюсь наверх за Джель.

Не скажу, что она мне нравится, но я ей сочувствую: попасть в чужой мир с непонятными технологиями, населённый существами, которых считаешь чудовищами, живущий по неприемлемым для тебя законам… Не каждый сможет быстро перестроиться. В такой ситуации нужна поддержка, спокойная обстановка.

И если Джель до слёз хочет остаться на факультете благородных демонов, значит, здесь ей спокойнее. Из-за того ли, что привыкла к нам, из-за более ли дружелюбного отношения благородных демонов или из-за уроков на четвёртом факультете, постоянно напоминающих, что «мясо» выпускают против Безымянного ужаса – неважно. Важно то, что пока ей надо остаться здесь. К тому же не думаю, что Архисовет или Возмездие станут её использовать: слишком она пуглива и не заинтересовала никого из демонов.

Поэтому мне хочется, чтобы она осталась здесь.

А ещё не хочется в полуголом виде ходить перед камерами. Я не стесняюсь, не стыжусь тела, просто если сделаю такое, то по своей воле.

Нанимателям из Архисовета я свой поступок смогу объяснить: пятнадцатая невеста неоднократно показывала солидарность и желание помогать другим, мне показалось естественным поддержать одну из девушек для поддержания образа.

После игры на выбывание этого не оспорить.

Промчавшись мимо комнат демонов, забегаю в нашу гостиную и бросаюсь к рыдающей в уголке Джель.

– Идём, я знаю, как всё устроить.

Она шмыгает носом и смотрит на меня с надеждой.

В принципе она могла бы сделать всё сама, если бы ей хватило смелости. А я в командах часто была источником смелости для тех, у кого её острая недостаточность.

Кристалл, запечатавший Гатанаса Аведдина, тускло поблескивает неровными гранями. Вроде близко лежит Гатанас, а не достанешь.

И это раздражает многих.

Круглосуточно камеры снимают кристалл со всех сторон, возле палаты дежурит охрана, а отчёты о неизменном состоянии посылаются в Архисовет каждый час.

Громадный орк, зевая, оглядывает кристалл, ставит в карточке пометку, что пациент без изменений, и выходит из палаты.

На секунду чуть тускнеет свет и разгорается так же ярко – это подключились к системе безопасности клиники, запускают закольцованные видео с изображением целого кристалла и неподвижного Гатанаса Аведдина в нём.