Чтение онлайн

«Для интенсивной терапии аппаратуры явно недостаточно, значит, со мной ничего серьезного не произошло», — подумал Сантори.

Бутылка талой альпийской воды «Сан-Бенедетто», белые розы в вазе на прикроватной тумбочке и мягкая шелковая пижама с приятным запахом свежести подсказали кардиналу, что заведение, в котором он оказался, никак не могло быть тюремной больницей.

Облизав сухие губы, он отчетливо ощутил вкус мяты во рту. В памяти всплывали сцены его задержания в аэропорту: лица священников с Мальты, одному из которых он передал шкатулку и свою визитку; дерзкого сопляка, перерывшего все вещи в сумке; начальника таможенной смены Стефано, пообещавшего его вывезти в безопасное место; и еще этот удивительный цветной сон, в котором он парил подобно птице над Райским Садом.

Стрелки круглых настенных часов перевалили за десять утра. Приподнявшись на кровати, Сантори прокашлялся и потянулся за бутылкой воды. Уже немолодая сиделка тут же вскочила со стула, выронив книгу из рук, как будто кто-то обдал ее кружкой кипятка. Тонким высоким голоском она завопила:

— Ваше Преосвященство, вам врач категорически запретил вставать до его прихода.

Подбежав к кровати, она налила воду в одноразовый стаканчик и застыла с открытой бутылкой в руках, уверенная в том, что пациент захочет еще воды.

«Ваше Преосвященство — это намного лучше, чем Дитрих Фабер», — подумал Сантори, с жадностью опорожнив еще один стаканчик с водой.

— Мне приснился сон, сестра. Когда-то наш мир был таким же завершенным и прекрасным, как Райский Сад. Но потом земля вдруг наклонилась, и мы все упали, а когда поднялись на ноги, уже не могли стоять прямо.

— Слава Богу, что вы будете стоять твердо, да еще и на своих ногах, а не на протезах, — сказал вошедший в палату дежурный врач.

Уловив удивленный взгляд кардинала, врач представился:

— Лука Гаспирини, главный врач больницы. Перед тем как вас выписать, я обязан поинтересоваться, как вы себя чувствуете?

— Благодарю вас. Силы ко мне вернулись.

— Судя по тому, в каком состоянии сейчас находятся водитель, санитар и врач «скорой помощи», все могло сложиться для вас совсем иначе. Так что вы родились в рубашке.

— Меня привезли сюда в карете «скорой помощи»?

— У вас случился сердечный приступ в аэропорту, и «скорая» повезла вас в городской кардиоцентр, но по дороге произошла ужасная авария всего в нескольких кварталах от нашей больницы. Поскольку жизнь пострадавших висела на волоске, вы и попали к нам.

— Да, я слышал об этом. Вы, врачи, называете это золотым временем.

— Совершенно правильно. Задержись мы хоть на минуту с оказанием помощи, и кто знает, как все могло быть.

— Где я нахожусь, и где мои телефоны?

— Вы находитесь в больнице резиденции «Ордена мальтийских рыцарей», палаццо Мальта.

«Снова госпитальеры. Значит, это не они меня предали. Иначе для чего им было меня спасать?»

Вспомнив о шкатулке и священнике, который должен был ему позвонить, кардинал разволновался.

— Телефоны я поставила на зарядку, но по указанию главного врача накрыла подушкой. Впрочем, они у вас и так негромко звонят, и всего один раз, — опережая вопрос, ответила сиделка.

— На первом этаже в холле вас уже час как ожидает падре Торкватто. Он хочет вам лично передать какие-то важные документы. Сказал, что вы договорились с ним сегодня ночью в аэропорту.

— Если я был без сознания, то как же он меня нашел?

— Я полагаю, он сам вам все объяснит, — загадочно улыбнулся Лука Гаспирини.

— Благодарю вас, док, если вы не возражаете, я начну собираться.

— Вас в холле еще два сеньора ожидают.

— И кто же они?

— Они сказали, что должны были встретить вас ночью в аэропорту, но так и не дождались.

Остановившись у двери, главный врач добавил:

— К сожалению, ваш костюм пришел в негодность, поэтому те два сеньора взяли на себя смелость приобрести вам новый.

Сантори принял душ. Заметив на руке еще один след от укола, кроме того, что остался от катетера, кардинал сразу понял причину своего шестичасового провала памяти. Он пытался пробить эту глухую стену забытья, но как ни напрягался, у него ничего не получалось.

Новый костюм на удивление хорошо сидел, как будто его сшили после нескольких предварительных примерок. Во внутреннем кармане кардинал нашел водительские права, паспорт со своим настоящим именем, кредитки и конверт с небольшой суммой наличных.

«В нем три-четыре тысячи евро, не больше. Впрочем, и эти деньги не на что тратить. Они запихнули их в карман скорее для приличия, чем по необходимости».

В подкладке пиджака Сантори нащупал чип, такой же, как и в том костюме, который был подобран стилистом великого приора «Ордена мальтийских рыцарей». Придуманная ими личность швейцарского физика канула в небытие, что не могло не обрадовать кардинала. Ему с самого начала не понравилась эта затея, построенная на зыбучих песках.

«И когда только они все успевают? Всего за двенадцать часов два раза умудриться поменять документы. У этих протестантов-госпитальеров действительно длинные руки», — подумал Сантори, глядя в окно с чисто вымытыми стеклами.

Утренняя дымка уже рассеялась к одиннадцати часам. Взору кардинала открылось холодное небо, окрашенное в бледно-голубые тона. Белые перистые облака застыли неподвижной картинкой, словно были вышиты из тонких шелковых нитей на его фоне. Кардинал открыл окно и глубоко вдохнул свежесть осеннего воздуха, насыщенного кислородом и запахом опавших листьев.

Дикие зеленые попугаи, похожие на неразлучников, вот уже на протяжении лет пятнадцати прилетали поздней осенью из Северной Африки в пригородные районы Рима, где росло много лакомых ягод и фруктов. Они облепили яркими зелеными красно-клювыми пятнами все деревья в саду резиденции, жадно поглощая оставшуюся на ветках вишню, сморщенную от ночных холодов.

Позвонив аббату, Сантори прикрыл глаза. Запах дыма горящих листьев унес его в далекое детство, когда, возвращаясь из школы с соседскими мальчишками, они прыгали в высокие кучи рыжей осенней листвы, а затем поджигали их, дразня местных дворников. После шестого гудка в телефонной трубке раздался надломленный голос аббата Томильони.

— Ваше Преосвященство, слава Богу, что вы ответили. Мы так волновались. Утром мне позвонил секретарь приора и сказал, что с вами случился сердечный приступ в аэропорту.

— Сейчас со мной все в порядке. Господь охраняет нас и ведет к намеченной цели. Я готов сразиться с нашим извечным врагом.

— В ту ночь мы потеряли шестерых братьев и теперь, для того чтобы отслужить оставшиеся мессы, позвольте мне связаться со своими друзьями в Риме. Они с радостью примкнут к нам. Через пару часов мы сойдем на берег в порту Неаполя, и у меня будет вполне достаточно времени, чтобы все успеть организовать до вечера.