Чтение онлайн

— Ты чего несешь, сопляк? — сжал пудовые кулаки Федор Иванович.

— Ну... не хочется вам помнить, кто вас в начальники горотдела подпихнул, — холодея от ужаса, нес полную околесицу Сашка, — вот и сменилась милость... на гнев.

Начальник горотдела двинулся на него, как айсберг на дохлую шлюпку. Сашка поймал себя на том, что рефлекторно вжимает голову в плечи, и понял, что сейчас-то и произойдет самое страшное.

Но Бог его зачем-то сохранил. Федор Иванович подошел, с трудом перевел дух и, явно удерживая себя от немедленной расправы над этим щенком, медленно повернулся к капитану:

— Что на него есть конкретно? Кроме анаши...

— Работаем, Федор Иванович, — снова приподнялся из-за стола ошарашенный капитан.

— Я спросил, что на него есть конкретно! — с упором на «конкретно», яростно повторил начальник горотдела.

— Ну... это... — пытался угадать волю начальства Шитов.

— Что конкретно, я спросил! — заорал подполковник.

Глаза капитана забегали: он просто не успевал сообразить...

— Да то же, что и на дядю Женю, — удивляясь тому, что еще жив, тихо сказал Сашка. — Острое желание посадить.

Подполковник резко развернулся, и Сашка понял, что ему конец.

— За мной! — мотнул головой в сторону двери начальник горотдела.

Сашка, словно загипнотизированный, поднялся со стула и почувствовал, что ноги его не держат. Кинул взгляд на пунцового от невысказанных эмоций капитана, затем на уходящего в сторону двери подполковника и медленно тронулся вслед.

Шитов догнал Сашку только у лестницы. Остановил, быстро расстегнул наручники и бросил их дежурному:

— Саттарову отдашь. Это его браслеты.

Затем, видя, что начальник горотдела уже почти поднялся на второй этаж, крепко ухватил «наркодилера» за плечо и, толкая его перед собой, старательно доставил в приемную.

— Вперед. И поменьше выпендривайся.

«Сто пудов — он полномочия превысил. Вот и сдрейфил...» — подумал Сашка, кивнул немолодой секретарше и шагнул через порог огромного пустого кабинета.

— Садись! — дыша гневом, приказал начальник горотдела.

Сашка огляделся и присел на один из длинного ряда стульев у стены. Странное дело, но последние слова Шитова изрядно его успокоили.

Федор Иванович сунул руки в карманы и, тяжело дыша, заходил из угла в угол. Сашка ждал.

— Ты чего язык распускаешь, щенок? — резко остановился он напротив. — Что ты вообще об этом знаешь?!

— Я...

— Молчать!

Сашка с деланным равнодушием пожал плечами и начал демонстративно растирать затекшие запястья.

Бугров кинул в него испепеляющий взгляд, яростно крякнул и снова заходил по кабинету.

— Водку, видишь ли, мы пили... — ненавидяще буркнул он. — Сопляк! Мне еще не хватало, чтоб всякие щенки учили!

В дверь постучали, и в кабинет заглянул рыжий коренастый крепыш в голубом камуфляже:

— Разрешите?

— Что там еще?! — разъярился Бугров. Крепыш простецки развел руками:

— Все в сборе. Как вы и сказали.

Подполковник яростно пыхнул и глянул на Сашку. Он явно разрывался между необходимостью заниматься служебными делами и желанием высказать этому щенку все, что он о нем думает. Но время шло, и служебный долг помаленьку одерживал верх.

— Ладно, я сейчас, — раздраженно отмахнулся он. — Хотя... без толку это! Всё равно там никого не будет...

Сашка ждал.

— Иди за мной, — жестко приказал ему Бугров и направился к двери. — Щас и проверим, как вы, Никитины, за слова отвечаете!

Сашка хлопнул глазами: это прозвучало как угроза, и похоже было, что ему с минуты на минуту предъявят за каждое неосторожно сказанное слово.

Федор Иванович провел его на задний двор горотдела и ткнул пальцем в новенький уазик:

— В машину!

Сашка молча пошел вниз по ступенькам.

— Виктор! Караоглу! — рявкнул начальник милиции, и из машины выскочил перепуганный водитель. — Присмотри за ним!

Сашка подошел к уазику и с трудом засунул непослушное тело внутрь.

— Чего это с Бугром? — настороженно поинтересовался шофер, закурил сам и предложил угощаться Сашке.

Он явно не мог предположить, что начальник горотдела посадит к себе в машину «верблюда», обвиненного по статье двести двадцать восемь, часть вторая.

— Да вот, — нервно усмехнулся Сашка, — вчера дядьку замели, а сегодня меня.

— Дядьку? — не понял, но уже насторожился шофер.

— Ну да, Евгения Севастьяновича, — неохотно пояснил Сашка. — Никитина. Знаете такого?

— Чего? — моргнул Караоглу да так и замер с пачкой в руках. — Ты чего несешь? Кто это Евгения Севастьяновича замел? Я его лично два часа назад домой отвез!

Сашка похолодел.

— Как это — лично? — с трудом выдавил он.

— Вот так, — пожал плечами шофер. — Эту ночь они, правда, в кабинете у Бугра просидели, но утром, как сказали, что мэра не будет, я его и отвез...

На крыльцо, окруженный группой офицеров, стремительно вышел Федор Иванович. Он отдал подчиненным какое-то распоряжение и подошел к машине.

— Давай сразу в балок, а там и остальных подождем, — скомандовал он.

Водитель повернул ключ зажигания, и Сашка придвинулся вперед, так чтобы Бугров его слышал.

— Извините меня, Федор Иванович... — с трудом проговорил он. — Я думал, что вы дядю Женю... того... посадили ни за что. Ну, и меня... Вот и понесло.

— Индюк тоже думал, — холодно отрезал милиционер. — А с вами, господа Никитины, я еще не разобрался. Рано радуешься.

Сашка растерялся. С одной стороны, дядя Женя дома, живой и здоровый, да и сам он не в камере сидит, но с другой... Что-то здесь было не так!

— Если бы не его слово, хрен бы он у меня сегодня вышел, — покачал головой Бугров.

— Разве вы не видите, что это нормальный мужик? — тихо спросил Сашка.

— Щас проверим, какой он нормальный, — с угрозой произнес подполковник и вдруг резко повернулся к Сашке: — Да в том-то и беда, что нормальный был мужик! Специалист первоклассный! Люди уважали! Мог бы еще работать и работать — здоровье позволяет! Нет, ему всё мало! Бросил всё! Занялся какой-то галиматьей! И себе голову морочит, и людям! Да еще и с криминалом связался!