В час, когда в чертогах гроз и звёздТор и Один сновиденьям внемлют,Хеймдалль стережёт воздушный мост,С Неба переброшенный на Землю.Радужный! Сияющий огнёмДальних звёзд! Единственный на свете!Солнечный! Священный (ибо в нёмНе было привычных нам соцветий).Белизна в нём смешивалась с тьмой,Серебро – с лиловой нежной тенью.Пурпурный, лазурный, золотой,Он, казалось, был из сновиденья!Тор и Один умерли. ИнойМир родился в споре волн и ветра.Люди превратили неземнойМост – в полоску солнечного спектра…Но и ныне – где-то в мире звёзд,В мире снов, которым люди внемлют,Хеймдалль стережёт воздушный мост,С Неба переброшенный на землю.
I. Чёрный
(«Чёрный цвет – кошмар дурного сна…»)
Чёрный цвет – кошмар дурного сна,Чёрный цвет – одежда колдуна,Чёрный цвет – подолы длинных ряс,Чёрный цвет – монах, молись за нас!Чёрный цвет – ослепшие глаза,Чёрный цвет – в полночный час гроза,Чёрный цвет – на Солнце тень Зимы,Чёрный цвет – одежда Князя Тьмы.Чёрный цвет – как голову с плеча,Чёрный цвет – одежда палача,Чёрный цвет – стены тюремной твердь,Чёрный цвет – могила, траур, смерть…
11.10.1976
II. Красный
(«Это – в кромешной ночи – огонь…»)
Это – в кромешной ночи – огонь,Это – с иконы старинной – конь,В пальцах тореро – багряный плат,Это над Мёртвым морем – закат.Выстрел! Дух, покидающий плоть!Это – распятый людьми Господь!Яростный демон ратных побед —Красный, кричащий, кровавый цвет!
10.10.1976
III. Золотой
(«Летним утром пели птицы…»)
Тень несозданных созданий
В. Брюсов
Летним утром пели птицыНа невидимой стенеСветлый гимн немой царице —Несказанной Тишине.И в ответ над миром спящимИ над гладью синих водЦветом золота слепящимВозгорался небосвод.И, раскрывшись розой чайной,Лестью птиц опьянена,Золотой струной случайнойЗазвенела Тишина.
1975–1976
IV. Серебряный
(«Под сводами тонких серебряных стенок…»)
Н. Гумилёву
Под сводами тонких серебряных стенокЖила чудака-музыканта игра.Был в дивной мелодии грустный оттенокВолшебного цвета мечты – серебра.Влюблённый, сжимая в ладонях виолу,Маэстро входил в очарованный круг,И Дух Чудотворный – серебряный голубь —Касался крылами взлетающих рук.Мечты Гумилёва, виденья ВивальдиСливались в единый серебряный свет.Конец? Ах, не надо, маэстро! Оставьте!Играйте! Играйте, хоть тысячу лет!…Хозяин кому-то продал за бесценокШкатулку, а с ней – неземное Вчера.Был в дивной мелодии грустный оттенокВолшебного цвета мечты – серебра…
1976
V. Голубой
(«О, девственность голубизны!..»)
О, девственность голубизны!Цвет моря, неба и свободы,Лазурные морские водыИ небо ясное весны.И голубым озареныМерцаньем звёзд ночные своды.О, цвет, что гонит прочь невзгоды!О, девственность голубизны!
10.10.1976
VI. Лиловый
(«О, лиловый цвет…»)
О, лиловый цвет,Перейди порог,Цвет прошедших лет,Пройденных дорог.Цвет любви моейИ моих невзгод,Цвет умерших днейИ летейских вод.Грустный цвет примет,Странный цвет тревог,О, лиловый цвет,Перейди порог.Предзакатный свет —Это цвет разлук.О, лиловый цвет,Мой последний друг.
10.10.1976
VII. Белый
(«Белокаменные церкви под покровом белоснежным…»)
Белизна – угроза Черноте
Марина Цветаева
Белокаменные церкви под покровом белоснежнымИ дворянка-белоручка в бальном платье пред окном.Что там? То ли облака плывут в покое безмятежном,То ли просто хлопья снега в русском небе голубом.Белизна чертогов рая — там, под куполом собора,Где святая Божья Матерь с бледным ласковым лицом.Восковые свечи тают, их огонь померкнет скоро.Так угаснет пламя жизни, в нас зажжённое Творцом.Но восток уже светлеет. Исчезают духи злые,Всю ночную нечисть гонит белизною дня рассвет.Белый цвет – угроза мраку, это цвет моей России.В нём – Любовь, Надежда, Вера и невинности обет.
1976
Посвящения друзьям
(1976–1978)
Сонет
(«Задуматься, забыться и уснуть…»)
А. Карловскому
Задуматься, забыться и уснуть…Тревожный жребий горького недуга.О, сколь печально видеть гибель другаИ быть бессильным руку протянуть.«В спокойном сне прошедшее забудь», —Так путника зовёт слепая вьюга,И на дорогах замкнутого кругаВ далёкие пределы долог путь.И долог сон. Но если много летПродлится он, однажды яркий светУвидишь ты. То будет пробужденье.Ты сможешь быть счастливым и любить,А я… я напишу стихотворенье:«Прощайте все, прошу меня забыть».
Апрель 1977
Максиму Блоху
(«Мой друг – великий мастер-ювелир…»)
Мой друг – великий мастер-ювелир(Стекла в сапфир чудесно превращенье!),И светлых снов ему подвластен мир,И тайна слов волшебных совмещенья.Печален дух, чей жребий – вечно житьВ заоблачности собственных сомнений.Мой друг – поэт, мечтающий сложитьПрекраснейшее из стихотворений.