Избранное
Шрифт:
– Французам скажи, — вставил Люциус.
– Ну так они лягушачьи лапки сперва готовят! — возмутился Орион.
– А устриц?
– А устриц не готовят, — не дал тот загнать себя в ловушку. — К тому же они не шевелятся. Так вот, к чему я клоню... А! В упаковки с этими шоколадушками вкладывают карточки с портретами всяких там великих, ну да это вам известно. Однако великих хоть и много, но наверняка у каждого школьника уже по два-три комплекта таких карточек собралось, как ни меняйся.
Абраксас с интересом внимал очередному плану.
– А у магглов, — продолжал Орион, — имеется гениальное изобретение: полое шоколадное яйцо, внутри него — пластиковая капсула, а в капсуле — ма-а-аленькая прикольная фигурка. Их целыми сериями выпускают: крокодильчики, львята, бегемотики, прочая фауна и не только, машинки там, самолетики. Я проверял: за некоторые редкие фигурки коллекционеры платят бешеные деньги!
– Правда-правда, — подтвердила Дон. — Целые обменные пункты есть, там в определенные дни народ собирается, меняется этими игрушками либо покупает недостающие.
– Я всегда считал коллекционеров людьми странными, — пробормотал Люциус.
– Да-да, ты предпочитаешь коллекционировать деньги, — ядовито сказал Абраксас.
– И предметы искусства.
– В общем, мы решили перенести это на нашу почву, — завершил Орион. — Наладить выпуск этих шоколадных или карамельных штуковин — пара пустяков, там технология простейшая. Тем более, многие покупают их только ради игрушки, а не ради шоколада. Несколько серий игрушек мы уже придумали. Причем, — поднял он палец, — они тоже будут волшебными. Дон, дай блокнот...
– Держи.
Орион полистал блокнот, прокашлялся, встал в лекторскую позу и начал:
– Например, для мальчишек — серия «Гоночные метлы», открываешь капсулу, а внутри такая крохотная метелка, которая может летать вокруг твоего пальца. Или серия «Квиддич сквозь века» — знаменитые игроки, судьи и прочая братия. Тоже, скажем, могут взлететь или показать пойманный снитч. Для девочек — какие-нибудь феи, волшебницы и принцессы в нарядах разных веков и стран. Опять же «Волшебные существа и растения» — тут вообще серия с драконами отдельно напрашивается, чтоб могли огоньком фукнуть и крыльями пошевелить. Ну там единорог на дыбы встанет, все дела... И непременно существа из других стран, в том же Китае полным-полно такой нечисти, о которой у нас и не слыхали, я уж молчу про Индию! — Он перевел дыхание. — Затем какие-нибудь достопримечательности, артефакты — пускай разыскивают игрушечные Дары Смерти, например... И, разумеется, «Великие волшебники». Представляете, все будут гоняться за уж-жасно редким шоколадным яйцом с черной-черной капсулой: ее открываешь, а оттуда лордова метка выплывает — пш-ш-ш! С запахом корицы, да-с. А сам Вольдеморт-с-пальчик — бац-бац зеленым мятным спреем из палочки! И мимо!
Тут Орион разразился демоническим хохотом, после чего предсказуемо закашлялся, выпил воды и оглядел собравшихся. Люциус посмотрел на него в упор, поморгал, как будто старался избавиться от ночного кошмара, и налил себе и Абраксасу вина.
– Да, злодейский смех мне пока не удается, — самокритично произнес Орион и сел на место. — Но как вам концепция в целом?
– Богато, — сказала Лорейн. — Но, насколько я понимаю, работы тут еще непочатый край.
– Да ну, — махнул рукой ее отпрыск. — Говорю ж, технологию изготовления шоколадок берем маггловскую, хотя проще купить у них технологическую линию, так дешевле обойдется. Какие-нибудь призовые шоколадки можно делать штучно, чтоб они сами открывались, как на Турнире, я читал... ну да это потом. А клепать игрушечки и накладывать на них минимальные чары — вообще фигня. Тем более, эти фигурки опять же можно заказывать у магглов, в том же Китае, только следить за качеством и соответствием эскизам, ну а потом партиями зачаровывать. А незачарованные сбывать тем же магглам.
Люциус подумал и налил себе еще.
– Мне нравится, — сказал Абраксас, разгладив усы. — Безобидное детское увлечение вполне способно встряхнуть рынок.
– Да, мы еще альбомы с наклейками вспомнили, — довольно ухмыльнулся Орион.
– Это что еще за звери? — поинтересовался Малфой-старший.
– А это сопутствующий товар, — пояснила Дон, уже вполне освоившаяся в семействе и бизнесе. — Например, в каждом выпуске журнала или комикса есть самоклеющаяся картинка — фрагмент большой. Собери их все, наклей на специальную подложку с номерами — и у тебя будет здоровенный плакат с очередным героем. Движущийся, разумеется.
– Это стимул не пропускать свежие номера, — вставил Орион. — Ну и гоняться за недостающими. Еще вариант: большой альбом все на те же темы — животные, достопримечательности, герои, волшебники... Познавательные статейки и пустое место вместо иллюстрации, на него надо вклеить картинку. А картинки продаются наборами по шесть штук в отдельных пакетиках, причем тасуются случайным образом, так что даже в одном могут оказаться повторные. — Он хмыкнул. — Ну и начнется: «даю за замок Гриндевальда два Шармбаттона!» или «у меня три лишних Дамблдора и ни одной венгерской хвостороги, сменяй, а?». А за целиком заполненные альбомы полагается приз...
– Но неужто человек не поймет, что покупка энциклопедии в итоге обойдется дешевле, чем набор твоих журналов, пусть и с приятными бонусами?
– Взрослый — поймет, и то не каждый. А у детей на роскошный фолиант денег не хватит, ну а процесс обмена ништяками — вообще кайф.
– О, а можно еще делать выпуски об истории всяких волшебных замков с детальками, — добавила Дон. — Сегодня рассказывают о том-то, в пакетик вложен флюгер. В следующий раз — двери. Ну и так далее. Такую модельку можно годами собирать. Или комплект волшебных шахмат. Или игрушечный набор юного зельевара. Ой, да что угодно, собирательство, кажется, у людей в крови!
– Еще паззлы и конструкторы, бро! — добавил Драко. — Я видел, клевая штука! И мозги развивают.
– Да, точно, там вообще поле не пахано, — фыркнул тот. — Ход твоих мыслей мне нравится... Может быть, я даже возьму тебя в холдинг младшим партнером.
Абраксас переглянулся с сыном. Остановить взявшего разгон Ориона возможным не представлялось. Немного притормозил его выход на европейские и особенно азиатские рынки — следовало учитывать значительную разницу менталитетов, — но это только раззадорило молодого предпринимателя.
– Словом, бизнес-план у нас, считай, есть, — завершил речь Орион, — надо только бабки подбить. Ма, займешься?
Лорейн тяжело вздохнула, мол, куда ж я денусь?
– По-моему, ты еще не закончил, — заметил Абраксас, раскуривая трубку, и Орион посерьезнел.
– Да, деда, — сказал он. — Я считаю, что пора валить.
– Не понял, — нахмурился тот.
– А чего тут непонятного? — удивился тот. — У меня осведомителей хоть жопой ешь... блин, больно! Дон, ты у матери нахваталась? Учись лучше хорошему... Гм, так вот, эти осведомители в один голос твердят: лорду быть. В смысле, объявится он, его последователи в этом убеждены, как один. Особенно Лестрейнджи: хоть метки-то я им постирал, за что они меня теперь нежно любят, полагаю, только поставить-то их заново — плевое дело. И я думаю, что если лорд ухитрится вернуться, то первым делом вытащит из тюряги самых верных своих последователей. Смекаете?
– А поконкретнее? — попросил Люциус.
– Куда конкретнее, пап?! Тебе налет этих полудурков на мэнор нужен?! Мне — нет, у меня тут мать с женой беременные и дети! Мы с тобой и дедом можем за себя постоять, но хрен знает, сколько может оказаться боевиков с той стороны! И когда явятся авроры, если вообще явятся? Они нас как-то недолюбливают, — вздохнул Орион. — А нет тела, как говорится, нет дела.
– Н-да, жить на осадном положении — приятного мало, — протянул тот. — Тем более, защиту могут и взломать, это мы уже проходили.