Избранное
Шрифт:
Волки все время бродят вокруг зубрового парка. Они, конечно, очень «интересуются» зубро-бизонами. Под утро наблюдатели часто встречают свежие следы волков, шедших по пятам зубро-бизонов. Зубровый парк навещают и рыси.
Однажды весной 1942 года — зубро-бизоны тогда были в заповеднике еще новинкой — мне пришлось с наблюдателем встретить на Жерновах следы целой волчьей семьи: волчицы и двух молодых. По следам было видно, что волки приближались вплотную к «родильному станку», где в то время находилась зубрица с только что родившимся теленком. Старая волчица, несомненно, знакомила волчат через щели ограды с будущей «дичью».
Климат заповедника и обилие древесных кормов создают здесь наиболее благоприятные условия для зубро-бизонов. В Аскания-Нова они страдают желудочными заболеваниями. У нас этого не наблюдается, потому что древесные корма — кора — хорошее желудочное лекарство.
Благодаря благоприятным условиям зубро-бизоны чувствуют себя в Кавказском заповеднике, как дома. Через несколько лет здесь будет уже стадо чистокровных зубров и даже зубров кавказских. Это тем более вероятная перспектива, что у старого быка Журавля, погибшего в 1941 году, была примесь крови кавказского зубра. Имеется она и у зубриц Жанки и Лиры и их потомства.
— Мы только что получили сообщение от Главного управления по заповедникам, — говорит Лидия Васильевна, — что нам в ближайшее время дают двух быков — чистопородных беловежских зубров. Это значительно сократит сроки ингабитации зубров, то есть выведения чистокровного зубра из стада зубро-бизонов путем искусственного отбора потомства с наиболее выраженными зубровыми чертами, «габитусом».
…На закате сильно похолодало. Ветер стремительно мчит пухлые темно-сизые и белые тучи. Небо к вечеру очистилось, но ветер и холод еще сильнее. Где-то в горах выпал снег. Должно быть, завтра, наконец, установится хорошая погода. Это будет очень кстати: с утра мы снова идем на Широкую.
Ночью возле самого дома я вспугнул какое-то крупное хищное животное, неясной серой тенью кравшееся вдоль ограды; оно мгновенно метнулось в сторону и, шелестя травой, скользнуло в лесную темень.
Раннее утро. Небо бледноголубое и холодное. Высоко над лесами висит однобокая луна, похожая на примятый золотой шар. Вдали темносиними и зелено-коричневыми пирамидами возвышаются горы.
Но вот небо на востоке посветлело и зарумянилось. Порозовели и перистые облачка на западе. Из-за гор косыми алыми мечами ударило встающее солнце. На отдаленных вершинах заискрились алмазной пылью и радужно переливаются венцы снегов. Еще минута — и ослепительно загорелись и засверкали снега.
Пока мы, снова впятером, поднимаемся к поляне Темной, небо совершенно очистилось от облаков. На излюбленном месте, на самом краю высокотравного широкого откоса Темной поляны, лежат зубро-бизоны. Огромный горб быка Ермыша виден уже издали на вытоптанной открытой пролысине. Вблизи него лежит телок и по бокам — три зубрицы. Одна зубрица неподвижно стоит под деревом, как на страже. Еще две пасутся неподалеку.
Ермыш ложится то на один бок, то на другой и несколько раз тяжело переваливается, взбрыкивая ногами в воздухе. Затем он встает, медленно и важно движется в траве, словно огромный бурый утес. Следом за ним трогаются зубрица, телята и годовички.
Зубро-бизоны услышали стук о корыто на площадке, куда раньше нашего ушел третий наблюдатель зубрового парка — Денисенко. Когда мы подошли к кормушкам, рядом в зарослях уже затаилось несколько зубриц.
Первой из укрытия показывается Еруня. Она жадно глядит на кормушки и пытается подступиться к ним, ведя за собой других зубриц. Вскоре в зарослях против кормушек выстроились полумесяцем все семнадцать зубро-бизонов. Ермыш подошел последним.
Выставив бородатые, с короткими рогами, широколобые головы, зубро-бизоны недовольно фыркают, хрюкают и пыхтят, судорожно помахивая хвостами. Время от времени они делают попытки прорваться к кормушкам, в которых наблюдатели Кондрашов, Бурдо и Денисенко закладывают отруби, смачивая их водой, размешивая и присыпая мелом и солью.
Чтобы зубро-бизоны до срока не прорвались, заведующий зубровым парком Борис Артамонович Заславский, догнавший нас у площадки, грозит им палкой и отпугивает криками. Еруня пробует обойти преграду с тыла, но вовремя предупрежденный Лидией Васильевной, зорко следящей с дерева за каждым животным, Борис Артамонович поворачивается и метко швыряет в Еруню одну из двух палок, которые он держит в руках. Замахиваясь другой палкой, он заставляет отступить Лугава. Теперь мне становится понятным не только назначение палок, но и количество их «на вооружении» у каждого наблюдателя.
Наконец подкормка готова. Тот же сигнал, что и в первый раз: стук по корыту и условный крик наблюдателя извещают животных о том, что они могут подходить. Один за другим зубро-бизоны пересекают площадку и размещаются у кормушек. Они идут, тяжело пыхтя и беспрестанно хрюкая, — телята в центре и два быка друг за другом среди зубриц. Некоторые на ходу облизываются.
Утолив первый аппетит, зубро-бизоны начинают развлекаться каждый по-своему. Одна зубрица катается по земле, другие, наставив рога, гоняют годовичков.
Быки Луган и Ермыш схватываются друг с другом в коротких стычках, как бы пробуя силу и упражняясь. Мощно изгибаются крутые шеи, сталкиваются широкие лбы, слышится костяной сухой стук рогов, хрюканье, всхрапывание и прерывистое сопение. Схватки прекращаются так же внезапно, как и возникли.
Снова и снова Луган делает попытку напасть и одолеть Ермыша, и всякий раз Ермыш гонит его прочь.
Ермышу четыре года. Он родился и вырос в заповеднике. Этот могучий бык с возрастом превратится в редкого даже для своей породы гиганта.
Ермыш обладает спокойным характером, но сила его огромна. Однажды шуточная борьба Ермыша с Луганом перешла в серьезную схватку, и Ермыш буквально перекинул через себя огромную и тяжелую тушу Лугана.
Ермыш чрезвычайно упитан и гладок. Весь налитой, горб его бурого цвета. Бурая окраска к ногам и голове темнеет, доходя до черного оттенка. Шея рыжевато-красноватая, а морда, ноги и живот окрашены в черный цвет. Лоб и нос у Ермыша покрыты бархатно-черной короткой шерстью. Сейчас Ермыш полностью еще не отлинял и не приобрел свойственного ему после линьки бархатистого блеска.
Весит Ермыш около шестисот килограммов, длина его тела — два с половиной метра, высота — свыше полутора метров. Ширина между рогами в изгибе достигает полуметра.
У зубро-бизонов глаза темносиние, у некоторых — темно-коричневые. Черные мохнатые медвежьи уши довольно коротки. От подбородка до передних ног идет длинная черная борода. Хвост, от корня бурый, заканчивается метелкой черного цвета, длиной до половины всего хвоста. Копыта сравнительно небольшие: пятнадцать на двадцать сантиметров, глянцево-черного цвета.