Избранное
Шрифт:
– Мамочка, не волнуйся, это копия, – ответила Ира. – Знакомый художник согласился продать портрет. А телефон я записала на всякий случай.
– И ничего мне не сказала. Зачем тебе понадобились деньги?
– Я купила корм для собачьего приюта. Там такие замечательные
щеночки… Вот прикол!
– Поразительно! Согласно теории вероятности не было почти ни одного шанса, что портрет попадет ко мне, – сказал Илья.
Безнадежное блуждание в ледяном космосе разлуки сейчас представлялось неизбежным и по-своему интересным периодом. Все его неудачи и достижения ничего не стоили без этого нечаянного счастья снова увидеться с ней…
– И все-таки, Ирочка, надо признать, приколы тебе удаются, – иронически заметила Юля. – Пойдемте пить кофе… Кстати, Илья, какие у тебя планы на сегодня?
– До вечера я свободен, а потом собираюсь на вокзал.
– А как ты относишься к тому, чтобы встретить Новый год у нас? – она как-то по особенному – ласково и смущенно – взглянула на него.
– Дорога – не самое подходящее место для этого, – добавила Ира.
– Согласен, – кивнул он и увидел теплые искорки в их глазах.
Поздно ночью, когда Ира уже спала, по предложению Ильи, они с Юлей забрались по лестнице на крышу и пили шампанское, на темно-золотой поверхности которого таяли снежинки, залетевшие в бокалы. В полной тишине медленно падали белые хлопья. Внизу открывалась панорама многоэтажек с еще светившимися окнами. На черном небе отчетливо проступали звезды.
– У меня голова кружится от высоты, от шампанского… – произнесла она, весело, с закрытыми глазами.
Он обнял и поцеловал ее, ощутив забытый вкус ее губ.
– По-моему, мы уже целовались однажды на крыше в новогоднюю ночь, – сказала она с неподражаемой улыбкой, сводившей его с ума.
– Это было ужасно давно! – вздохнул Илья.
– А кажется, только вчера!
«Я тебя люблю…»
Он поставил свой «МАЗ» в гараж и зашел в бухгалтерию.
– Здравствуйте, можно у вас справку о зарплате получить?
Хочу ссуду в банке взять.
– Да, конечно, – взглянув на него, приветливо сказала девушка,
сидевшая за компьютером. – Фамилия, имя, отчество?
– Бережков Павел Алексеевич.
Девушка была самая обыкновенная, со светлыми волосами до плеч и серыми глазами. Она пощелкала клавиатурой, распечатала справку на принтере и вышла подписать у главного, улыбнувшись и мелькнув под коротким свитером полоской смуглого живота. Из джинсов сзади выглядывала тонкая полоска трусиков, как бы приглашая дорисовать в воображении все скрытое от взгляда.
«Надо же, до чего дошло», – мысленно усмехнулся Бережков. Во времена его молодости такая откровенность никому и не снилась…
Павел Алексеевич стоял и ждал. Монитор был включен, и по зеленому полю проплывала на разных уровнях набранная крупными красными буквами одна и та же фраза: «Я тебя люблю!»
– Интересно, кто этот счастливчик? – кивнув на экран, пошутил Бережков, когда девушка вернулась.
Она улыбнулась, сказав, что просто так развлекается, и торопливо закрыла фразу, вызвав из глубин компьютерной памяти какую-то скучную бухгалтерскую таблицу.
– Недавно работаете у нас? – спросил Павел Алексеевич.
Она охотно рассказала, что закончила юридический техникум, учится заочно на экономическом и боится, что ее не оставят после испытательного срока из-за учебы.
– Все будет хорошо, – успокоил ее Бережков.
Спустя два месяца он увидел ее на новогодней корпоративной вечеринке в кафешке.
Она, запыхавшаяся и сияющая, вернулась с танца за свой столик, где он с электриком Дмитрием Александровичем, высоким и прикольным мужчиной за сорок, успел познакомиться и выпить за любовь с двумя ее подругами. Садясь, она словно нарочно задержалась в наклоне так, что в вырезе блузки стала видна ее грудь, и с улыбкой назвала свое имя, показавшееся ему таким соблазнительным, похожим на тающий во рту кусочек шоколада, – Даша.
– Ну как, удалось взять ссуду? – спросила она.
– Уже и потратить успели. Купили машину.
Снова выпили и вышли покурить в закутке перед входом в кафе.
Потом опять сидели за столиком допивали вино «за вас и за нас».
– Ты кого выбираешь? – спросил вполголоса Дмитрий Александрович.
– На танец?
– На танец и вообще. Думаешь, девушки нас для танцев за свой столик пригласили?
– А для чего еще? Мы им в отцы годимся…
– Ну, Алексеич… отстал от жизни… Ладно, я выбираю Анжелу. Не возражаешь?
– Да нет…
А когда они с Дашей остались вдвоем за столиком, она сама позвала его танцевать. Это был быстрый танец, но она не примкнула ни к одному из кружков.
– «…Я скучаю по тебе», – подпевала она нежно и озорно колокольчиковым голосом. Ее серые лучащиеся глаза смотрели зовуще и ласково. Пожалуй, может быть, и не влюбленно, но влюбляюще – это точно! Даша словно приглашала в мир молодости, полной надежд и радостного многообразия выбора. Она гипнотизировала взглядом, и он не мог оторваться от чуть пьяных, озорных, невинных, соблазняющих глаз в ободке обведенных тушью ресниц. В этот миг он чувствовал себя счастливым и готов был простить судьбе все предыдущие несправедливости – от равнодушия девушек в юности, когда больше всего хотелось нежности, до еще не зарубцевавшихся в памяти нескольких лет всеобщего развала. Он ощущал сейчас только упоение от ее близости, от осознания того, что чем-то ее привлекает. Чем может нравиться молоденькой девушке видавший виды мужчина? Влечет ли их недоступный и многообразный опыт разочарований и любви, поражений и побед, который отражается в чертах лица, манере разговора и жестах? Или манят блестки золотой пыльцы навсегда исчезнувшего времени? Или, предчувствие предстоящего? А, может, она сейчас опьянена вином и весельем, и ей хочется любить всех…
Танец закончился, но она не ушла, осталась с ним. Началась новая зажигательная песенка. А он вспомнил, что другая гибкая и грациозная девушка, не отрывая от него взгляда, подпевала точно так же много лет назад на дискотеке в автодорожном техникуме:
Кто тебе сказал, кто придумал,
Что тебя я не люблю?
И где теперь та сладкоголосая, сводившая всех с ума студентка?!
Песня еще не закончилась, когда Даша увлекла Бережкова в укромный уголок за раздевалкой. Он ощутил ее долгий поцелуй и горячее щекотное дыхание в ухо:
– Поехали ко мне.
– К тебе? А это удобно?
– Да ты не волнуйся. Мы с подругой квартиру снимаем. Она на все праздники уехала домой в деревню…
Они стали встречаться. Не часто, но зато сколько радости доставляли и ему, и ей эти тайные короткие свидания. Взгляд у Павла Алексеевича стал светиться уверенностью и бодростью, как в молодости, а Даша однажды призналась, что в его объятиях чувствовала себя так спокойно и сладко, как ни с одним из прежних молодых людей.
– И много у тебя их было? – спросил Бережков простодушно усмехаясь, скрывая неожиданное чувство ревности.
– Какая тебе разница? Я всем им предпочла тебя.
Она не заметила, как обычная и не первая для нее интрижка захватила ее. Если назначенное свидание почему-то срывалось, Даша не находила себе места…
…И, наконец, она не смогла делить ставшего ей любимым мужчину с кем бы то ни было, и поставила ультиматум: или я, или жена. Судьба давала Павлу Алексеевичу шанс все начать сначала. Но, кроме жены, был еще сын, который через год заканчивал школу. После мучительных и тяжелых раздумий Бережков выбрал семью…