Чтение онлайн

Бедняга Фауль уходил от Лика в растрёпанных чувствах, не зная, что и думать теперь о графе, но в полной уверенности, что уходить ему нельзя – такой опасный человек может очень многому научить, в том числе и тому, как противостоять ему самому. Нужно только хорошо учиться…

Лик задумчиво посмотрел ему вслед: за это совсем непродолжительное время древний повзрослел, похоже, сильнее, чем за все предыдущее тысячелетие. Что же, возможно, это и хорошо…

Корнелиус вот уже долгое время наблюдал за своей любимой ученицей, не понимая, почему эта девочка-праздник всё больше и больше уходит в себя. Что-то мучило Элию, не давало покоя, грызло изнутри. Корнелиусу тоже было что рассказать Эльке, но надо ли?

– Корнелиус, как учёный учёному… Мы с Доминой наткнулись на одно забавное совпадение… А может и не совпадение? Скажи, как Адрис относится к Корбину?

– Хвала Единому, трения позади… А сначала думали – прибьют друг друга. Адрис-то тоже не пальцем деланный, хоть и не маг, а за себя постоит, да и фантазией боги не обделили. Если бы его Корбин прищемил серьёзно, боюсь, Адрис придумал бы что-нибудь занятное и общественно-опасное. Но у Корбина хватило ума с пацаном не бодаться, теперь даже учить его взялся.

– Чему учить? У мальчика абсолютный иммунитет к магическому воздействия, он бесталанен.

– Да не абсолютный. Некромант его пробил. Вот некромантии и учит… К добру или к худу, время покажет. Не скажу, что меня это радует, но не вмешиваюсь пока… Пусть играются. Общий язык нашли, что не может не радовать.

– Немудрено, кровь не водица. Чтобы дед с внуком – да общий язык не нашли?

– Дед? Внук? О чём вы?

– А-а-а… Так я ради этого и пришёл. Адрис ваш по крови – внук Корбина. Мы очень удивились его неспособности к магии, однако это факт – прямая наследственная линия, причём мужская. Ну, удивляться то нечему. Помнится, он и сам говорил о неизвестном количестве внебрачных детей… А судя по деду, да учитывая моноталант, могу предположить, что по силе внучёк переплюнет печально знаменитого Гроссмейстера… Кстати, о нём ничего не слышно?

– Да… не только слышно. Видно даже. На Корбина и работает. Адриса и учит… Вот ведь как всё перепуталось…

Маг тряхнул головой, отгоняя воспоминания. Да, в тот раз они с Шадо друг друга взаимно удивили. Бедняга Древний никак не ожидал от Корбина создания корпуса боевых некромантов, а сам Корнелиус даже предположить не мог, что волею судьбы столкнувшиеся лбами мужчины – дед и внук. Вот и возникла следующая проблема – а стоит ли говорить об их родстве им самим и их близким, и следует ли Элии знать о том, что Адрис, являясь прямым потомком Корбина, изучает в его замке запрещённое во всех цивилизованных мирах искусство некромантии… По всему выходило, что сказать обо всём следует пока только одному человеку – Элии, как самой уязвимой из всех, и то только потому, что она и сама о чём-то начала догадываться…

Ждала ли Джурайя появления Корбина? Возможно. Но, скорее, больше боялась этого. Всё же он хозяин в своём замке, и вполне мог просто отказать девушке оставить ребёнка. Даже не объясняя причин. Именно поэтому она ни разу не посетила больного у своих родственников, хотя теперь могла ходить к ним как в соседнюю комнату. Дни слились в одну сплошную полосу, вереница кормление-занятия-кормление-марш-бросок-кормление-прогулка и т.д. и т.п. пролетала мимо сознания. Каталина только охала и ворчала, негодуя по поводу того, что кормить, гулять и укладывать разрешалось только самой новоявленной матери, которая пыталась в свободное время ещё и постирать-погладить, но этого гордая нянька уж точно не могла допустить. А чем тогда ей прикажете заниматься? Что же она, так просто свой хлеб ест? Не дождётесь! И даже выторговала себе одну прогулку – утреннюю, самую длинную. Несчастной няньке было непонятно, для чего нужно таскать с собой кристалл связи, закодированный на активацию на Лискин рёв. Пара к нему была всегда в кармане Джурайи, и нередко тренировочная площадка оглашалась детским криком, а наставница срывалась с места и неслась во весь опор успокоить ребёнка, провожаемая понимающими взглядами учениц. А ещё странная хозяйка укладывала ребёнка в своей комнате, хотя девочка была на редкость крикливая. Частенько, просыпаясь по привычке от детского плача, Каталина заходила к Джурайе и наблюдала такую картину – хозяйка с малышкой на руках не глядя разогревает искрой молоко, левитирует бутылочку и кормит, судя по виду, даже не просыпаясь, но при этом никогда не забывая похлопать по спинке и дать ребёнку срыгнуть. К концу первой недели количество детских криков по ночам свелось к двум недовольным пискам, а лицо молодой мамаши приобрело более здоровый вид – видимо, стала высыпаться. Каталина только качала головой на все эти чудачества, ворчала больше по привычке и уходила спать. Служба в доме Анны вспоминалась ею теперь как страшный сон, зато не давали покоя угрызения совести от того, что обязанностей она теперь выполняет неприлично мало для порядочной прислуги…

Вот и сейчас Каталина, гуляя с ребёнком, шла привычной дорогой к тренировочной площадке, везя с собой порцию молока, чтобы, так сказать, не отвлекаясь от основной работы, хозяйка могла дитя покормить, а заодно и перерыв девчатам устроить. Вид нянька имела расхристанный, так как только что закончила стирку. Вот отдаст на полчасика Ягодку, а сама побежит развешивать, а заодно и причесаться и одежду поправить успеет…

Джурайя издали заметила Каталину с коляской и, подняв вверх раскрытую ладонь, стукнула по ней кулаком, объявляя перерыв.

– Каталина! Зачем стирку с утра затеяла? Не оправдывайся, у тебя на лице всё написано! Распаренная, растрёпанная, зима на дворе, простудишься ещё! Бегом в дом, да бальзаму не забудь выпить, который Прим принёс. Давай, давай, и пока не обсохнешь, ребёнка не дам. Можешь не торопитья, мы и с Алькой тренировку можем провети… Правда, солнышко? Сейчас тебя мама покормит и будет девочек гонять, а ты посмотришь и поучишься… – Джурайя уже отвлеклась и не смотрела на Каталину. Иначе бы увидела, что она нос к носу едва не столкнулась с Корбином, который шарахнулся от пронёсшейся мимо няньки с недоумением на лице…

– Что здесь происходит? – от громового рыка Джурайя подпрыгнула и едва не выронила бутылку. Тепловой щит вокруг неё и Алистрины дрогнул и пошёл рябью. За стеной тёплого воздуха стоял граф, уперев руки в бока и сверлил её сердитым взглядом. Джурайя, тяжело вздохнув, прикрыла сытого ребёнка одеялом, поправила шапочки и убрала шит…

Как он орал! Девочки благоразумно сбились в кучку подальше от взбешенного Корбина и теперь настороженно смотрели на бушующую светлость. После слов "за ноги и об стенку" Джурайя приготовилась умереть, защищая ребёнка, но, похоже, буря миновала. Граф беспомощно махнул рукой и ретировался, матерясь себе под нос, поминая недобрым словом весь несчастный Древний род Джурайи до седьмого колена с его дурацкими инстинктами. Девушка вздохнула, испытывая смесь облегчения и разочарования. Не так она себе представляла эту встречу, совсем не так… "Это он ещё Эльку, Рейну и Карину не видал, – мелькнула у неё мысль. – Интересно, инфаркт Прим может лечить, или опять болезного к бабуле с дедулей тащить придётся?"

Если королева с подругой по несчастью ещё в первое утро узнали о новенькой в замке Корбина, то вот Карина примчалась на следующий день, после того, как Прим, придя со службы, рассказывал ей вечером о минувших событиях. Да и как не примчаться, если опыт по выхаживанию ребёнка имела она одна. И ничего, что живот на нос лезет, она ещё вполне бодрая и здоровая, чтобы провести с молодыми и неопытными подругами курс молодой матери! И не зря, примчалась, не зря… Уже через пять минут были выявлены недочёты в кормлении, пеленании и режиме, Прим был заслан в лабораторию изобретать присадки в козье молоко, которые были опробованы на всех присутствующих, начиная с кошек и заканчивая подругами. Благоразумно выждав три часа, улучшенное питание было успешно влито в Ягодку к её огромному удовольствию и Джурайиному облегчению – газики всё же перестали мучить ребёнка. Теперь три женщины записали себя в Алечкины тётушки и считали своим долгом каждый день навещать "племянницу" и торчать едва не до ночи, буквально отбирая малышку у законной сиделки в любое удобное время…

– Граф де'Карри?

– Ну да, меня зовут именно так, – ответил Корбин, не оборачиваясь. – Что вам угодно?

– Вас хотел бы видеть Его Величество.

– Где он?

– Я провожу…

– Просто скажите, где он – я подойду.

– Граф, вас хотят видеть немедленно.

– Перетопчется. Итак, где он?

– В малой гостиной…

– Сейчас буду.

Быстро закруглив разговор (как ни ничтожен монарх, но какую-то толику уважения надо показывать, хотя бы и внешне), Корбин широкими шагами пересек зал и пару минут спустя уже входил в малую гостиную, где король как раз заканчивал хихикать с очередной кандидаткой на место фаворитки. Наивная – фаворитки у короля больше чем на пару недель этот негордое звание не носили. Менял он их даже не как перчатки, а, скорее, как панталоны – быстро и без особого сожаления.