Чтение онлайн

— Макс, прекратите, — оборвал я, даже не запнувшись на имени. — Ларример, вы уснули? Матушка, позвольте представить…

— Лорд Максимилиан Блумберри, — раскланялся тот. — Мои сыновья — Мэтью и Айвор. Надеюсь, мы вас не стесним?

— Ни в коем случае, — заворковала матушка, на которую титул лорда оказал потрясающее воздействие. — Виктор?

Я неторопливо начал представлять всех присутствующих и почти управился к тому моменту, как Сэм начал оделять новых гостей сегодняшними яствами.

— Ну а это…

— А, Вит, привет, — благодушно сказал Блумберри, кивнув моему сыну. — Виктор, вы совсем зарапортовались, мы же знакомы!

— И правда, — хлопнул я себя по лбу и сел на свое место. Матушка явно проглотила какое-то замечание.

Хм, а Вит и впрямь звучит лучше, чем Толли! Лорду не откажешь в чутье на имена, хотя, если говорить о лошадях… с ними его это чутье немного подводило. Или у конезаводчиков свои правила именования? Право, не разбираюсь.

Лорд Блумберри был бесподобен в роли титулованного иппофила. Он мгновенно нашел общий язык с Далласом (хотел бы я знать, кто вообще может не найти общего языка с Далласом), осыпал грубоватыми комплиментами матушку и Луизу, похвалил обед, да так, что вогнал Мэри в краску, сказал, что племянники у меня удались и пригласил молодых людей на конную прогулку (матушка тут же воспротивилась — она лошадей боялась не меньше тетушки Мейбл), девочек заверил в том, что они прелестны… Словом, вел себя совершенно не так, как обычно, даже ни одной лошадиной истории с экскурсом в родословную очередного скакуна не рассказал.

Мы с Витольдом обменивались недоуменными взглядами, но перемолвиться хоть словом не могли, поскольку сидели слишком далеко друг от друга. Впрочем, я понимал, что лорд принял близко к сердцу миссию по спасению меня от матушки, а теперь делал все от него зависящее.

Сыновья его вели себя иначе. Старший, Мэтью, спокойно обсуждал с Далласом и близнецами какой-то научный вопрос. Он был уже вполне взрослым юношей и казался полной противоположностью своего импульсивного отца, хотя внешне очень на него походил. Но — именно что казался, он просто очень хорошо маскировал свой нрав, тоже отцовский…

Второй сын, Айвор, внешне больше походил на красавицу-мать. Еще немного повзрослеет, и, ручаюсь, не одна девица падет жертвой его обаяния! Достаточно задумчивого взгляда темно-серых, в густых черных ресницах глаз — и девушка растает, тут и гадать нечего. Вдобавок у него оказалось хорошее чувство юмора, не настолько… хм… жеребячье, как у отца и старшего брата. Мне было приятно поговорить с ним, и еще более приятно — увидеть, как он занимает моих младших племянников. Лили и Дерек глядели на него как завороженные, Элиза и вовсе потеряла дар речи, только Лаура хмурилась, смотрела в сторону и не реагировала даже на самые смешные шутки, от которых начинали улыбаться и взрослые.

Самых младших детей скоро отправили спать, а лорд Блумберри засобирался домой.

— Виктор, ехать еще неблизко, — говорил он, — так что нам пора. Будь я на своей двуколке, не беспокоился бы — лошади к дому всегда вывезут, но Мэтью настоял, чтобы мы взяли эту ужасную тарахтелку!

Я видел это авто новейшей модели, поэтому только усмехнулся.

— Кто ее знает, вдруг заглохнет посреди лугов, — продолжал лорд, — так что мы уж лучше выедем заранее. Миллисент наверняка уже беспокоится, что мы задерживаемся.

— Так позвоните миледи! — предложил я и провел лорда в свой кабинет.

Звонить он не стал, а вместо этого упал в кресло и расхохотался.

— Виктор, вы бы видели выражение своего лица! Как вам мое выступление?

— Это было несколько неожиданно, — признался я. — Но весьма кстати.

— Ситуация меня позабавила, — сказал лорд. — Я решил, что сделаю все возможное, чтобы как-то отвлечь от вас ваших родственников. Я вам обязан, это раз, а два — это было весело. Мальчишки в курсе, кстати, и неплохо отыграли свои роли. Мэтью — этакий идеальный наследник, и Айвор — чуточку не от мира сего. Это ерунда, Виктор, они очень похожи на самом деле, просто каждый утрировал одну из черт характера.

— Да они в вас удались, милорд, — ухмыльнулся я. — И будто я не помню их похождений!

— Это вы только о побеге в Америку знаете, а они еще и не так чудили. Слава богу, Миллисент не знает и о десятой доле их приключений, иначе я бы давно овдовел. Хотя нет, — подумав, поправился он. — Это она бы овдовела, пришибив меня канделябром или там кочергой за потакание сыновним шалостям. Но сами посудите: когда же мальчишкам безобразничать, как не в детстве? Не всё же учиться, не поднимая головы…

— Полагаю, шалили они под неусыпным надзором?

— Разумеется. Мои люди достигли высот маскировки, знаете ли, любой следопыт из приключенческого романа позавидовал бы! Но мы что-то отвлеклись, Виктор.

— Не страшно, — отмахнулся я. — Да, не ожидал увидеть вас в таком амплуа! И ни одной бесконечной истории про ваших обожаемых лошадей. Как вы только сумели сдержаться, милорд?

— Во-первых, не милорд, а Макс. Во-вторых, я терпел из последних сил. В третьих, все-таки не удержался и пару историй все-таки рассказал, только сократил их и приукрасил, — прищелкнул пальцами Блумберри. — Прекрасный вышел вечер, честное слово. Надеюсь, миссис Кин осталась довольна.

— Я тоже надеюсь, — вздохнул я.

— Что так невесело, Виктор?

— А вы представьте: живете мирно, спокойно, не считая мелких неурядиц, и вдруг вам на голову валится всё семейство!

— Так вы их не приглашали, что ли? — удивился он.

— Нет, конечно, я еще не выжил из ума, — честно ответил я. — Конечно, я подозревал, что матушка не преминет явиться, чтобы оценить ситуацию лично, но одно дело — она одна…

— И совсем другое — весь табор, не в обиду вашим родственникам будет сказано, — заключил Блумберри. — Понимаю, Виктор… Выставить их вы не можете — это позор на всю округу, и они это прекрасно понимают, так?

— Матушка уж точно понимает. Наверняка это она срежиссировала поездку, но с какими целями, — я развел руками, — не могу понять.

— Может, просто из вредности? — предположил он. — Или… хм… хотела намекнуть, что вы могли бы помогать семье сестры?

— Макс, у матушки своих средств более чем достаточно, — отмахнулся я, — и приданое у Луизы было весьма солидным. Да я и не отказался бы помочь, если бы меня попросили, но что-то я такого не припоминаю.

— Не королевское это дело — просить, — изрек Блумберри. — Знавал я в свое время одну даму полусвета… между нами, Виктор!

— Разумеется.

— Так вот, она никогда никого ни о чем не просила — прямо, я имею в виду, — но умела обставить дело так, что люди сами слагали к ее ногам богатые дары, да еще и считали себя осчастливленными возможностью услужить! Кстати, умения этого она не растратила и по сию пору, только эксплуатирует уже не молодость и красоту, а… гм… присущие возрасту недомогания, каковые в ее устах приобретают вид невыразимых страданий. Но, — добавил он, — на этом смертном одре она будет пребывать еще долго. Подозреваю, многих из нас переживет.