Чтение онлайн

Спустя семь минут лысый мужчина выбрался из «ауди». В руках он держал большой коричневатый конверт, и фотограф сделал еще несколько снимков, постаравшись, чтобы в кадр попали и мужчина, и номерной знак «ауди».

Лысый толстяк сел обратно в «тойоту» и отъехал, но фотограф успел зафиксировать и его номера.

Несколько секунд он колебался, не зная, то ли ему дождаться, пока парковку покинет Риттенберг, и проследить за ним, то ли поехать за лысым. Когда «тойота» приблизилась, фотограф сполз по сиденью как можно ниже, стараясь, чтобы его не было видно снаружи. Как только машина проехала мимо, он снова сел прямо, завел мотор и поехал за ней вдоль скудно освещенной улицы.

Голубая «тойота» привела его к небольшому стрип-моллу [74] в Бернаби. Там она остановилась на стоянке напротив прачечной самообслуживания. Лысый вышел из салона и направился к неприметной двери между прачечной и вьетнамской закусочной.

Фотограф ждал. В прачечной было всего два посетителя. Клиенты входили и выходили из дверей закусочной, но лысый мужчина не появлялся. В 19:52 фотограф заметил, что в окне над прачечной зажегся свет. Выскользнув из машины, он осторожно приблизился к неприметной двери. Судя по прикрепленной к ней табличке, наверху находились студия бальных танцев, ремонт обуви и детективное агентство «Частные расследования Престона».

Фотограф улыбнулся. Значит, Риттенберг нанял частного детектива!

Вернувшись к своей машине, он включил телефон и зашел на сайт «Частных расследований».

«Внебрачная связь, супружеская неверность, адюльтер, прелюбодеяние, измена, промискуитет – подобная терминология способна вызвать стресс у каждого, кто подозревает близкого человека в неподобающем поведении…»

Риттенберг подозревает жену в «неподобающем поведении»? Или в чем-то похуже?

Фотограф ждал еще долго, притаившись в темном салоне своего автомобиля. Начался дождь. Из дверей никто не появлялся. В конце концов он завел мотор и поехал домой. По дороге он думал о Джоне Риттенберге.

Человек может казаться обыкновенным, даже благополучным, но стоит немного поскрести фасад, и под слоем глянца обязательно отыщется какой-то грязный секрет.

Когда в поисках Дейзи Мэл и Бенуа приехали к «Розовому коттеджу», на подъездной дорожке стоял темно-серый «ауди». Остановившись позади него, детективы переглянулись. Фары их машины освещали номерной знак авто, но он был до того забрызган грязью, что разобрать цифры и буквы на нем не представлялось возможным.

Детективы уже собирались выйти из машины, когда у Мэл зазвонил телефон. На экране высветился знакомый номер. Лула.

– Привет, Лу. Подожди секундочку, я включу громкую связь, чтобы Бен тоже слышал… Ну, что там у тебя?

– Похоже, к судебной ответственности ни Дейзи Риттенберг, ни ее муж Джон не привлекались. Если судить по фотографиям, которые нам удалось найти, внешность супругов совпадает с полученным от Бьюлы Браун описанием таинственной пары, приехавшей в «Стеклянный дом» на сером «ауди». Мы продолжаем копать, но кое-что интересное уже нашлось. Риттенберги из «Розового коттеджа» входят в число клиентов Кит Дарлинг – нам прислали расписание из клининговой фирмы «Помощь Холли». – Лула ненадолго замолчала, сверяясь с документом. – Вот, нашла… В последний раз Дарлинг убиралась в «Розовом коттедже» 27 октября – за четыре дня до происшествия в «Стеклянном доме». Больше туда она не ездила.

– Почему? Риттенберги разорвали договор? – уточнила Мэл.

– Нет. Как утверждает Холли Магуайр, Дарлинг сама попросила освободить ее от работы в «Розовом коттедже». Она ссылалась на «накладки с рабочим графиком». По словам Магуайр, подобная просьба со стороны Дарлинг была довольно необычной, но она пошла ей навстречу, так как Кит – одна из ее лучших работниц. Она трудится в фирме уже больше восьми лет и за все это время еще ни разу не отказывалась обслуживать клиентов. Магуайр считает, что Риттенберги чем-то обидели Дарлинг, но, когда она стала расспрашивать о подробностях, та отказалась что-либо говорить. Чтобы не потерять клиентов, Магуайр направила в «Розовый коттедж» другую девушку, которая приступила к работе 28 октября.

Мэл бросила быстрый взгляд на Бенуа. Похоже, у них появилась еще одна ниточка, связывавшая Кит Дарлинг и Дейзи Риттенберг. Кит убиралась в коттедже Дейзи. Обе оказались в «Стеклянном доме» в канун Дня Всех Святых. И обе бесследно исчезли.

Поблагодарив Лулу, Мэл дала отбой, после чего они с Бенуа вышли из машины. Новая информация придала обоим решимости. В сгустившейся тьме прокричал портовый гудок. Мелкий холодный дождь и не думал униматься.

– Покрышки в грязи, как и номера, – заметил Бенуа, когда они проходили мимо «ауди». Мэл в ответ только кивнула и, поднявшись на крыльцо, постучала в дверь.

– Что-то не очень похоже на коттедж, – пробормотал Бенуа себе под нос.

В доме вспыхнул свет. За полупрозрачной стеклянной панелью сбоку от входа Мэл уловила какое-то движение, но открывать никто не спешил.

Мэл снова забарабанила по двери кулаком, а Бенуа несколько раз нажал на кнопку электрического звонка.

– Откройте, полиция! – крикнул он. – Есть кто-нибудь дома? Открывайте!

Наконец замок щелкнул, и дверь медленно приоткрылась. На пороге стоял высокий, атлетически сложенный мужчина лет сорока или немного старше. Глаза у него припухли и покраснели, на щеке и шее алели свежие царапины. Он был босиком, в пижамных штанах и грязном свитере. От мужчины сильно пахло виски, да и стоял он то ли придерживая дверь, то ли держась за нее. На руке у него Мэл увидела бинт с проступившими сквозь ткань кровавыми пятнами. Мужчина слегка наклонил растрепанную голову вбок, словно пытаясь сфокусировать на пришельцах взгляд.

– Мистер Риттенберг?

– А вы кто?

– Я – сержант Мэллори ван Альст, а это мой напарник капрал Бенуа Салуму. Мы хотели бы задать вам и вашей супруге несколько вопросов.

По лицу мужчины скользнуло выражение сильного испуга, почти паники.

– Насчет чего?

– Дейзи Риттенберг здесь? Вы ее муж?

Он вздрогнул, словно собираясь броситься наутек, и Мэл приготовилась к захвату. Бенуа позади нее сделал то же самое, сдвинувшись чуть вправо.

– Да, я Джон Риттенберг.

– Ваша жена дома, сэр?

– Нет.

– Где мы можем ее найти?

– Она уехала.

По телу Мэл пробежала легкая дрожь.

– Уехала? Куда?

– Откуда мне знать? Собрала вещи и уехала. Я ей звонил, но она не отвечает.

– Можем мы войти, мистер Риттенберг?

– Зачем?

– Мы должны убедиться, что вашей жены здесь нет.

– Я же вам сказал – Дейзи уехала. В чем вообще тут дело?

– При каких обстоятельствах вы поранили лицо и руку, сэр?

Джон Риттенберг машинально спрятал забинтованную руку за спину.

– Это вас не касается.

– Ваша жена знакома с Ванессой и Харуто Норт? – спросила Мэл.

Джон Риттенберг побледнел, на скулах вздулись желваки. На вопрос он не ответил, но Мэл видела, как он борется с опьянением, пытаясь что-то придумать.

– Будьте добры, отвечайте на вопрос, сэр, – подал голос Бенуа.

– А вам-то какое дело?

– Мы расследуем исчезновение человека на Северном берегу, – спокойно сказала Мэл. – И у нас есть основания полагать, что вы и ваша жена можете нам в этом помочь. Вы не против, если мы войдем?