Избранные детективы серии "Высшая лига детектива". Компиляция. Книги 1-14
Шрифт:
– О чем она говорит? – повторила Дейзи свой вопрос, с трудом взяв себя в руки. – Что случилось сегодня?
– Его уволили, – с готовностью объяснила уборщица-дьяволица. – Ты что, не сказал жене, что тебя выкинули, Джон? И о том, как пил в парке вместе с бродягами, пока не закончился рабочий день и не пришло время возвращаться домой, значит, тоже умолчал?
От изумления Дейзи открыла рот. Ее тело сотрясала крупная дрожь.
– Это правда, Джон? – спросила она, уставившись на мужа.
– Похоже, и об интрижке с Мией Райтер он тебе ничего не сказал. Ну, может, хотя бы о тех двух мужиках, с которыми он трахался, ты знаешь?
– Что?!
Ванесса-Кит улыбнулась.
– А еще я готова поспорить на что угодно, Джон, что твоя Дейзи ни словом не обмолвилась о «страховке», которую уже столько лет прячет в личном сейфе.
– О какой еще страховке? – тупо переспросил Джон.
– Вот видите? Нам нужно очень многое обсудить, – сказала «Ванесса». – Но прежде чем вы переступите порог этого дома, зарубите себе на носу, зарубите как следует… – Она взмахнула трезубцем, указывая на камеры видеонаблюдения над входной дверью и в дальнем углу гостиной. – Дом буквально нашпигован видеооборудованием. Камеры передают изображение на монитор, за которым можно следить из комнаты внутри дома, а также на экран, который установлен на посту безопасности. Все, что происходит в доме и на участке, записывается и сохраняется в «Облаке». – Она выдержала короткую паузу, давая им возможность осмыслить сказанное. – Если вы попытаетесь причинить мне вред, в доме есть люди, которые способны это предотвратить. А если я вдруг «исчезну», записи с камер будут автоматически переданы в полицию вместе с копиями «страховки» Дейзи. Надеюсь, все понятно?
Дейзи подняла голову, чтобы посмотреть на внешнюю камеру, и почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она и Джон оказались в положении подопытных крыс в стеклянном лабиринте этого дома.
– Ты лжешь, – безапелляционно заявил Джон.
– Хочешь проверить? – усмехнулась Кит-дьяволица. – И кстати, если вы двое сейчас уедете, «страховка» Дейзи будет немедленно отправлена в полицию и в прессу – список крупнейших медиакомпаний я приготовила заранее. – Она немного помолчала, в упор рассматривая Джона. – А вскоре после этого ты, ДжонДжон, отправишься в тюрьму. Я не шучу. Для того, о чем говорится в этой «страховке», срока давности не существует. Я уничтожу и тебя, и всю семейку Уэнтворт…
– Давай войдем, Джон, – тихо сказала Дейзи. – У нас нет выбора.
Мэл
Мэл вернулась в участок, чтобы допросить Джона Риттенберга. Ситуация неожиданно обострилась, да и пресса не дремала. Нужно было поторапливаться, чтобы опередить журналистов.
Когда Мэл вошла в отдел по борьбе с тяжкими преступлениями и сняла с плеч промокшую куртку, Лула махнула начальнице рукой, подзывая ее к своему столу. Лицо помощницы было напряженным, глаза – серьезными.
– Джон Риттенберг в допросной номер двенадцать, Дейзи Риттенберг – в номере шесть, – сообщила она. – Миссис Риттенберг жалуется на плохое самочувствие и требует врача. С ней находится ее адвокат, так что лучше начать с нее. Да и она все-таки на девятом месяце… Но пока ты здесь, взгляни-ка вот на это. – Лу развернула монитор компьютера так, чтобы он был виден Мэл, и открыла несколько газетных статей. – Как ты и просила, мы подняли материалы, касающиеся прошлого Риттенбергов и Дарлинг, и еще историю лыжного курорта, где Дарлинг выросла. В общем, мы нашли кое-что интересное…
Лула кликнула на оцифрованную газетную страницу. В глаза Мэл бросился заголовок, набранный крупным черным шрифтом:
«НИЧЕГО НЕ БЫЛО!»
«Знаменитый горнолыжник Джон Риттенберг, известный болельщикам как Берг-Бомба, заявил, что все обвинения в изнасиловании в его адрес «являются ложью» и что на самом деле «ничего не было»…»
Мэл ощупью подтянула к себе кресло на колесиках и, не переставая читать, опустилась в него.
«Юная девушка, имя которой полиция Уистлера не называет, заявила, что в субботу вечером, на вечеринке, состоявшейся на загородной базе олимпийской сборной, ей в бокал подмешали наркотик, в результате чего она впала в беспомощное состояние и подверглась групповому изнасилованию, в котором участвовали надежда канадской олимпийской сборной по горным лыжам Джон Риттенберг и его товарищи по команде…»
Мэл почувствовала азарт и подалась вперед, вглядываясь в черные буквы на экране.
«Полиция вызвала Риттенберга и других спортсменов для допроса, но до сих пор никому из них официальных обвинений предъявлено не было…»
Взяв в руки мышку, Мэл открыла следующий файл. Статья была из таблоида с довольно скандальной репутацией.
«СВОБОДЕН КАК ВЕТЕР!
ОБВИНЕНИЯ В СЕКСУАЛЬНОМ НАСИЛИИ СНЯТЫ.
БЕРГ-БОМБА СНОВА МОЖЕТ ВЕРНУТЬСЯ НА ТРАССУ!»
Мэл пробежала текст глазами.
«…Предполагаемая жертва изнасилования, имя которой так и осталось неизвестным, отказалась от всех обвинений в адрес Джона Риттенберга и его неназванных товарищей по команде. Свое заявление из полиции она забрала после того, как ни один из многочисленных свидетелей, присутствовавших на вечеринке на базе олимпийской сборной в Уистлере, не подтвердил заявленную версию событий. Участники вечеринки все как один назвали обвинения ложными и заявили, что даже если жертва и вступила в половой контакт с Джоном Риттенбергом, то это произошло по обоюдному согласию. Некоторые из присутствовавших также сочли необходимым уточнить, что девушка была сильно пьяна и вела себе так, словно была «по уши влюблена» в знаменитого молодого горнолыжника».
Мэл пролистала статью до конца, потом открыла еще одну ссылку.
«Полиция Уистлера сообщает, что данное дело об изнасиловании было закрыто. Предполагаемая пострадавшая полностью отказалась от обвинений в адрес известного горнолыжника».
«Все это вранье, – утверждает Макс Дюгойн, член горнолыжной сборной, который присутствовал на вечеринке. – Я знаю девчонку, которая предъявила Джону обвинения. Она весь вечер буквально вешалась на него. В школьном шкафчике у нее висит фотография Риттенберга – и не одна. Она приехала на базу уже пьяная и так домогалась встречи с кумиром, что чуть не испортила нам отдых. Если между ней и Джоном что-то и произошло, то ее обвинения в сексуальных домогательствах и изнасиловании – просто способ свести с ним счеты. Видимо, она поняла, что для Берга это был просто секс без обязательств, расстроилась и решила отомстить».
«Еще одна участница вечеринки Алессандра Харрисон также заявила, что хорошо знакома с предполагаемой жертвой изнасилования. По ее словам, эта девушка забеременела неизвестно от кого и попыталась свалить вину на Джона Риттенберга. «Либо так, либо она выдумала изнасилование, просто чтобы родители не считали ее шлюхой», – сказала Алессандра».
– Ну и ну… – негромко проговорила Мэл, просмотрев еще несколько похожих статей в том же ключе. Подняв глаза на Лу, она добавила: – Там где-то говорилось, что у жертвы в школьном шкафчике висела фотография нашего героя. Значит, девушка, скорее всего, училась в местной старшей школе. Сколько лет тогда было Джону Риттенбергу?
– Девятнадцать, – ответила Лула. – Мне удалось отыскать следовательницу, которая занималась этим делом. Ее имя упоминается в паре статей. Капрал Анна Бамфилд. Я с ней как раз недавно разговаривала. Она все еще служит в Канадской королевской конной полиции, правда, уже в чине штаб-сержанта отделения полиции в Уильямс-Лейк. Бамфилд говорит, что хорошо помнит это дело и что показания заявительницы не вызвали у нее сомнений. Жертве было всего шестнадцать лет. Как и положено в таких случаях, было проведено медицинское обследование, которое выявило признаки агрессивного сексуального контакта: повреждения вагины, ссадины, следы спермы нескольких человек. К сожалению, никто из участников вечеринки не дал показаний, которые подтвердили бы заявление жертвы. К тому же никто не сознался, что знает, когда жертва покинула территорию горнолыжной базы и как попала домой. Все, кого допрашивала Бамфилд, либо настаивали на том, что девушка солгала и ничего не произошло, либо говорили, будто секс между ней и Риттенбергом произошел по взаимному согласию. Кое-кто утверждал, что она – «та еще шлюшка» и «трахается направо и налево». Бамфилд сказала, что, по слухам, кто-то записал все происходившее на вечеринке на телефон, но ей не удалось ни найти каких-либо подтверждений этому, ни обнаружить саму запись. Ну а потом жертва неожиданно забрала заявление и исчезла.
– В смысле – исчезла? – уточнила Мэл.
– Бросила школу и уехала из города. Наверное, решила начать новую жизнь в другом месте. Родители на продолжении расследования не настаивали.
– И как звали девушку? – уточнила она, глядя на Лулу.
– Катарина Попович.
– А вот и мотив, – негромко проговорила Мэл.
Джон
За пять часов и три минуты до убийства