Чтение онлайн

Мощной волной взметнулась сила богини. Поначалу она была лишь корабликом на волнах океана могущества Пожирателя Душ, способного запросто переломить и потопить хрупкий челн. Вот только черный бог стремился совершенно к другому. Его титаническая мощь мягко прогнулась, уступая силе богине, а та, чуя слабину, все крепла. Так легкий поначалу ветерок, набирая силу, обращается в ураган, готовый смести все на своем пути. Хищная и в то же время великолепная в своей полноте сила Богини Любви накрыла душу и силу Пожирателя Душ, оборачиваясь вокруг плотным коконом.

В этот раз было совсем по-другому, не так, как когда-то с Джеем, чью душу Элия бережно нежила в заманчивых и опасных объятиях. Песнь ее соблазна, песнь последнего искушения властно влекла Пожирателя, и он отдавался ей, как долгожданной мечте, мечте о безграничном наслаждении и абсолютном покое. Когда нити силы богини, той стороны ее сути, что проистекали из темного наследства, коснулись оболочки души Пожирателя Душ, он запрокинул голову, впился пальцами в ткань плаща и простонал:

— О, да! Наконец-то!

«Она и правда собирается закусить его душой? — молча признал Элегор. — Да еще при полном добровольном согласии жертвы. Вот демоны Бездны Межуровнья!»

Изумлению герцога не было границ. У него в голове не укладывалось, как кто-то мог настолько устать не только от конкретного отрезка жизни, а от самого процесса бытия, что пожелал покончить с удивительной чередой бесконечных изменений и перерождений, отречься от всех счастливых шансов и встреч разом. Как можно было добровольно отказаться от самого великого приключения, какое только может дать Творец своему созданию? Нет, деятельный бог не мог понять такого, потому-то до самого последнего момента подозревал подвох, а когда сообразил, что Пожиратель Душ настроен всерьез, не знал, как реагировать.

С одной стороны, если Элия съест источник всех грядущих неприятностей — это большой плюс! Но! Если факт трапезы изменит богиню настолько, что она сама станет большой проблемой — возникнет не менее громадный минус! Редкий случай, идейный бог не смог сделать однозначного вывода и потому принял весьма странное для себя решение: немного подождать и посмотреть, как повернется дело. Элегор бросил взгляд на Нрэна, проверяя, как реагирует воитель на происходящее. Тот дышал учащенно и, судя по всему, отчаянно завидовал жертве.

«У Нрэна второй приступ», — решил герцог и вытащил из кармана брошь-застежку от плаща. По счастью, заклинание смены одежды звездного набора переносило содержимое карманов прежнего облачения в новый комплект без изменений. Готовясь отпрыгнуть как можно дальше, герцог примерился, как бы половчее вонзить иглу в тело маньячного кузена богини.

— Это лишнее, — двинул принц краем рта, не удостаивая энергичного герцога прямым взглядом. — Я себя контролирую. Наперед имей в виду, на лезвие меньше стилета я могу не обратить внимания.

— Учту, — с облегчением охотно пообещал Элегор и сделал мысленную пометку: «Одной проблемой меньше».

А самая большая сейчас возлежала у ног Элии, извиваясь от наслаждения. Довольные стоны грозили вот-вот перейти в вопли блаженства. Зрелище ужасало и завораживало одновременно, демонстрируя во всей красе власть Пожирателя Душ над жертвой, жаждущей все новых и новых ласк своего мучителя, какую бы непомерную цену ни пришлось заплатить за блаженство.

Обыкновенным магическим зрением герцог не видел ничего, кроме катающегося по плащу мужчины, тот уже успел прикусить рот, темная кровь марала подбородок, шею и пальцы женщины, чья рука лежала у него на плече. Одолеваемый сильнейшим приступом любознательности, Элегор призвал на помощь силу Звездного Тоннеля и через призму энергии Источника Межуровнья узрел иное видение.

Все казалось размытым и нереальным, плоскими контурами в театре теней на стене. Все, кроме двух фигур: Пожирателя в лилово-черном ореоле силы с обсидианово-черной душой и Богини Любви, в вихре насыщенной синевы и серебра, пронизанной искрящимися черными прожилками. Сила Элии держала саму суть мужчины и медленно, нить за нитью отделяла от основы, Элия действительно расплетала душу, поглощала энергию, вбирая ее в свою, разбухавшую от чудовищных объемов силы, ауру. Вот Элия, не отрывая руки от плеча Пожирателя, выбросила другую в сторону в повелительном жесте призыва. Демон-расплетатель робко приблизился к госпоже, щупальца плескались вокруг аморфного тела.

«Решила подкормить зверушку?» — Элегор не знал уже что и думать о поступках принцессы и не вмешивался только потому, что, во-первых, не знал как, а во-вторых, вопреки всему надеялся. В глубине души авантюриста жила какая-то иррациональная детская вера в леди Ведьму, в правильность самых идиотских, нелепых и страшных ее поступков.

«Нет, демон не ест нити», — сообразил бог, наблюдая, как бережно, почти нежно подхватывает расплеталочка нити присосками и коготками, удерживая их на расстоянии друг от друга. А Элия все продолжала и продолжала отделять нить за нитью от души Пожирателя Душ, с каждой отделенной возрастало блаженство гибнущего мужчины, и истончалась аура его силы. Принцесса работала кропотливо и педантично, словно вязальщица, разбирающая спутанный клубок. Такого усердия от своей молоденькой ученицы никогда не могли добиться учителя вышивки. Нить за нитью, струна за струной, полотно души распадалось под исполненные дикого, запредельного удовольствия крики, звеневшие в ушах невольных свидетелей. Наконец, в последний раз шевельнулись пересохшие губы черного бога — ужаса миров, сложившись в слово:

— Благодарю.

Взгляд потух. Веки опустились на глаза. Пожиратель Душ словно мирно уснул на своем пропыленном плаще, на крыше урбо-мира, в кои-то веки безмятежно, не тревожимый бессчетными фанатиками.

— Не стоит благодарности, — устало процедила богиня, откидывая занемевшей рукой прядь волос, и прибавила: — Пока.

— Все? — то ли разочарованно, то ли с облегчением уточнил Нрэн, будто очнулся от зачарованного сна, в котором возлюбленная пила его собственную душу.

— Если бы, — поморщилась принцесса. — Все только начинается.

— Ты как? — бесстрашно поинтересовался Элегор. Каким бы чудовищем ни стала Элия, вряд ли старый приятель, вечно раздражавший своими выходками, покажется принцессе годным к употреблению, даже если отныне леди Ведьма не признает никакой иной пищи, кроме душ.

— Странно, — неоднозначно ответила принцесса, — но дело требует завершения.

— А еще не все? — удивился герцог, рассеянно обводя взглядом труп Пожирателя и верную расплеталочку с ошметками его души в щупальцах.

— Разумеется, это только начало, — менторским тоном, вполне привычным, к облегчению Элегора, отозвалась принцесса и по-кошачьи потянулась. — Я не Пожирательница Душ и не собираюсь ею становиться, каких бы вы там идиотских версий на сей счет ни навыдумывали, герцог!

— И что дальше? — неудержимое любопытство бога вскинуло непокорную голову.

— Несколько секунд отдыха, — осветила богиня ближайшие планы, потерла пальцами виски и почти упала в кресло. — Я не только поглощала его силу, память всей жизни Идераона прошла через мое сознание, а через него и обрывки сознаний бесконечного числа жертв. Пожалуй, я едва не сошла с ума или с того, что от него у меня еще осталось.

— Да не переживай, ну и сошла бы, — ухмыльнулся Элегор, — думаешь, кто-нибудь заметил бы?