Чтение онлайн

— О наказании, назначенном за сегодняшнюю выходку, я проинформирую вас позже, Рос, — полетела в спину раздолбаю угроза. Но, кажется, должного воспитательно-устрашающего эффекта не возымела.

— Вы не переживайте так, господин декан, — серьезно попросил друг и сосед парня — Максимус. — Картен всегда таким был, сколько я себя помню. Уж чего только папка и дед с ним не делали! Вроде ничего-ничего, а потом раз — и как чего выкинет! Его ж даже бить хворостиной и ремнем пробовали.

— Бесполезно? — утвердительно предположил декан.

— Да, если что ненадолго и пронимало, так только бабушкина придумка. Она его, как чего отчебучит, усаживала стихи наизусть зубрить, какие подлиннее и поскучнее, — принялся рассказывать парень. — Один раз гимны Воителю учить заставила, но Рос так переврал, что у нас буря с градом всю вишню побила и сортир в огороде развалила. С той поры ему давали учить только чего-нибудь описательное про природу или историческое…

Максимус виновато захлопнул рот, глядя, как на длинноносой физиономии декана расцветает предвкушающая, не сказать чтобы откровенно мстительная, улыбка.

— С историческими вы это зря. А ну как герои минувших лет, разгневавшись на косноязыкого, в гости заявились бы? — хихикнул Лис.

— Что ж, спасибо за совет, думаю, я смогу подобрать нашему носителю неконтролируемого хаоса что-нибудь в меру заунывное, полезное для обучения, без религиозных мотивов, — удовлетворенно заключил дэор. — А теперь возвращаемся к работе, студенты.

— Мастер, еще вопросик! Вы сейчас Роса этим эпичным титулом в шутку назвали или как? — влез любопытный Машьелис, подсознательно почуяв что-то интересное.

— Или как, о Либеларо. Неужели вы, господа студенты, до сих пор не сообразили, что в вашей группе есть два носителя хаоса, чьи деяния сильно… хм… разнообразят внутреннюю жизнь как третьего курса блюстителей, так и всей академии? — по-птичьи склонил голову набок мужчина.

— Это вы про меня, что ли, мастер? — виновато вздохнул и потупился Авзугар, изучая свои сильные руки, запоровшие уже пару заготовок. Выходку со спиртным, стоившую Машьелису неконтролируемого оборота, мастера припоминали оборотню по сей день, а дегустация деликатесного мяса, состоявшаяся пару часов назад, была свежа в памяти и организмах всех находящихся на занятии студентов.

— Смотри-ка, догадался, — умилился дэор.

— А чего ж тогда нас не отчислили до сих пор, коль мы такие опасные? — не на шутку забеспокоился оборотень-медведь, и сам не успевший отойти от сегодняшней своей выходки, каковую почитал добрым делом. Он так разволновался, что аж стиж сломал.

— Потому, Авзугар, — язвительно поведал аудитории и персонально оборотню мастер, чуть склонившись к косматой голове юноши, — что ваши действия, пусть и носят хаотичный характер, тоже направляются Силами Судьбы и допущены Игидрейгсиль, ибо являются неотъемлемой частью жизни и обучения как вашего, так и прочих студентов. Что, разумеется, не освобождает вас от ответственности за содеянное и необходимости искупления прегрешений ударным трудом.

— Так я ж и не бегаю от дела, — с готовностью закивал студент, на душе у которого стало чуть-чуть легче. Когда можно разделить вину за свои выходки хоть с кем-то, тем паче с Силами Судьбы, на душе светлее становится. Ну а что наказывают его одного, так не Силам же поручать мытье лестниц или написание реферата? Они такой простой работе не обучены.

— Значит, Картен поменял наши баночки с чернилами не просто так? — уловила главное и не позволила декану соскочить с темы встревоженная Юнина. — Мастер, как же такое возможно, почему мы с Ириаль смогли работать? Это из-за того, что мы напарницы?

— Ну так! Близнецами нам точно не быть, — хохотнула Шойтарэль. — Ты с виду стопроцентная эльфийка, а я вампирша. Если только мой блудливый папашка отметился с твоей мамой в ритуальную ночь?! Так это легко проверить хоть сейчас! Давай руку, уж вкус крови родной сестры я опознаю! — С грохотом отодвинув стул, вампирша подошла к напарнице и протянула руку. Юнина, глядя на девушку расширенными то ли от шока, то ли от странной надежды глазами, вложила свои пальчики в ее ладонь.

Третьекурсники затаили дыхание. Ириаль поднесла руку эльфийки ко рту и куснула указательный палец. А потом, выпустив пальчики подруги из своих, заковыристо выругалась и с нервным смешком выдала:

— Ну, привет, что ли, сестренка! Хоть какую-то пользу светлый Лойтарэль в жизни принес, кроме своих магических песенок. За это ему, пожалуй, спасибо при встрече скажу!

— Так, девушки, пожалуй, вам нужно покинуть аудиторию и обсудить обнаруженное родство, занятие вы уже отработали, — вздохнул мастер. Если Ириаль еще можно было заставить работать, то у Юнины начался умиленно-трогательный слезоразлив, и точно ничего путного больше не вышло бы.

Шойтарэль согласно хмыкнула, помогла напарнице убраться и довольно быстро уволокла повисшую на ней эльфийку за дверь. Шоковая тишина взорвалась гулом голосов, впрочем, смолкших, едва мастер пообещал нерадивым сплетникам еще одно дополнительное занятие и отработку в придачу.

Янка вернулась к своим баранам — то есть шкатулке, гадая, можно ли считать изделие законченным и провести испытание или следует для подстраховки позвать декана. То, что Гад об этом не предупредил, — еще ничего не значило, он вполне мог сделать так нарочно. Не для того, конечно, чтобы подстроить какую-нибудь катастрофу, а чтобы студенты-балбесы приучались работать головой и взвешивать риски. Вдруг у нее тоже что-нибудь вроде мистической мусорки получилось или, того хуже, какой-нибудь портал? Откроешь шкатулку и провалишься в неизвестность или выпустишь кого-нибудь страшного, как мастер Сейата на гадании.

Решив все-таки перестраховаться, девушка тихо позвала:

— Мастер, не посмотрите у меня?

Гад подошел, окинул цепким взглядом изделие с неказистой тройкой кривоватых символов на крышке и кивнул:

— Ну что ж, Яна, мастером-артефактором, изготавливающим предметы на продажу, тебе не быть, сама понимаешь — эстетическая сторона подкачала. А вот для личного пользования делать вещи сможешь. Будет желание, на факультатив приходи.

— Спасибо, — искренне обрадовалась девушка. Свои художественные способности она оценивала адекватно, потому по-настоящему приятно поразилась тому, что смогла сделать артефакт. Ну и пусть неказистый, зато работающий! Для себя-то! Руки буквально чесались от желания попробовать шкатулку в действии. Янка слазила в сумку за тетрадкой по лекарскому делу и поднесла конспекты к откинутой крышке. Почти тут же девушка ощутила тягу, даже более мощную, чем в маленьком медальоне-хране, и выпустила вещь из рук. Тетрадь уютно устроилась на дне шкатулки. Чуток подождав, мастерица сунула пальцы внутрь и вытащила конспекты назад.

«Получилось! Получилось! Получилось!» — возликовала девушка.

Уж сколько раз она видела, как творят магию другие студенты, и нет, не завидовала, конечно, а просто очень хотела и сама сделать хоть что-нибудь более волшебное и осязаемое, чем заполнение энергией листа Игиды или приговор. И вот наконец она САМА сделала по-настоящему волшебную вещь, которая будет работать даже на Земле!

Довольная улыбка не сходила с лица Янки еще несколько минут. Из мечтательного состояния ее выдернули особо громкие слова декана, прежде вполголоса беседовавшего с каждым из студентов по поводу сотворенного артефакта или попытки сотворения такового: