Чтение онлайн

Выложив все, как на духу, бедняга жалобно протянул:

– Ты очень сердишься, а? Ну не молчи! Скажи хоть что-нибудь!

– Не-а, не сержусь. Типичный случай «хотели как лучше, а получилось как всегда», – резюмировала Элька, давясь от смеха и желания зевнуть одновременно. Она уже простила своих ретивых и не в меру заботливых новых друзей. Сложно по-настоящему злиться на того, кто желает лишь добра, особенно тогда, когда все вышло так, как хотелось тебе.

– И что теперь? – осторожно уточнил бесплотный собеседник, опасаясь очередного шантажа.

– А теперь «ВСЕМ СПАТЬ»! – пропела, отчаянно фальшивя, проказница фразу из старой песенки про вампира и первая последовала собственному ценному совету. Мыша устроилась на краешке балдахина и тоже прикрыла глазки.

Связист облегченно вздохнул: «Пронесло!» – и исчез, дабы не спугнуть удачу.

Очень скоро в доме воцарилась сонная тишина и темнота. Крохотный огонек лампы горел лишь в комнате Гала. Воин еще долго сидел у окна и о чем-то размышлял…

Видения в ту ночь посетили Эльку странные. Почему-то она с Галом гуляла по цветущему яблоневому саду, сзади шел Макс и, захлебываясь словами, вещал о переопылении растений. Словом, видеть такой сон было своеобразным удовольствием, а проснуться от него радостью – ботаническая лекция успела надоесть девушке до смерти.

Элька вскочила на ноги и подбежала к окошку. Клумба, разумеется, благоухала, а Гал занимался на площадке. Режим дня нарушать нельзя! Впрочем, даже если во всей Вселенной его бы отменили, воин все равно, наверное, продолжал педантично следовать установленному распорядку.

Заметив, что девушка проснулась, воин прервал упражнения и вместо «доброе утро» сказал:

– Одевайся!

– Я вообще-то голой ходить не собиралась! – выпалила, почти обидевшись, Элька и подбоченилась. Короткая ночнушка на тоненьких лямочках поехала вверх по бедру.

– Одевайся в брюки поплотнее и прихвати перчатки, – как ни в чем не бывало терпеливо продолжил Гал, но глаза все-таки отвел.

– Зачем это? – озадачилась девушка, сопоставляя странные требования с теплой погодой в мире.

– Ты же хотела покататься на драконе… – чуть смущенно попытался объяснить воин.

– А-а-а! Уррра! Йохо-хо! Я мигом! – ликующе завопила Элька и, кажется, телепортировалась от окна, бежать так быстро было просто невозможно…

Примерно через полчаса любой, случайно забредший на большой луг близ дома наемных работников Совета богов получил бы шанс узреть воистину диковинное зрелище. По траве неторопливо и в то же время удивительно грациозно вышагивал здоровенный золотистый дракон, а на его спине, крепко ухватившись за гребень, сидела хрупкая девушка. Она болтала ногами от восторга и заливисто смеялась. В эти мгновения в мыслях Эльки точно не было места ни одному, даже самому красивому и таинственному вампиру. А дракон… дракон, кажется, улыбался. Но кто их, мужчин/оборотней/летающих ящеров, разберет?

Еще не открыв глаз, Элька почувствовала, как губы расплываются в умиротворенной улыбке. Скажи кто несколько месяцев назад, что именно так она будет реагировать на каждое пробуждение, немедленно обозвала бы предсказателя мошенником. Но сейчас Елена Сергеевна Белозерова, в прошлом секретарь в третьеразрядной конторе, а ныне наемный работник Совета богов по контракту, была абсолютно, преступно, просто сверхъестественно счастлива! Каждый новый день только добавлял радости в копилку жизни.

Даже коллега Эльки, воитель Эсгал, склонный к критике любого импульсивного поступка девушки, не мог испортить своими нравоучительными замечаниями неизменно восхитительного настроения юной хаотической колдуньи. Куда уж маленькому солнечному лучу, прокравшемуся в спальню и неизвестно каким образом преодолевшему заградительную полосу из штор и полога балдахина.

Элька потянулась, распахнула серо-голубые, казавшиеся почти синими от бликов полога, глаза и хихикнула. На балдахине, вцепившись в него острыми коготками на манер декоративной прищепки из магазинчика приколов, висела домашняя зверушка, как и подобает летучим мышам, вниз головой. Вот только совершенно не по-летучимышски Мыша, а именно так колдунья именовала свою питомицу в память об одном колоритном литературном персонаже, наслаждалась теплым солнышком. Она подставляла лучам тонкие крылышки, расправляя и вытягивая их, словно кошка лапки.

Улыбаясь, девушка протянула руку вверх, и Мыша, приветственно попискивая, перепрыгнула на запястье хозяйки.

– Доброе утро, моя хорошая! – Элька одним пальчиком ласково почесала мышку за ушами и под подбородком.

Мыша довольно заурчала, прищурив золотисто-зеленые глаза, почему-то абсолютно не боящиеся прямых солнечных лучей, и вытянула чуть приплюснутую, но все равно обаятельную мордочку. Элька, впрочем, и не рассчитывала, что ее питомица – подарок Господина Темной Крови Ильдавура Кара – будет обычной летучей мышью. Возможно, и сам вампир, преподнося связную в дар хаотической колдунье, не предполагал, в кого очень скоро превратится смышленый зверек. Мыша понимала желания девушки даже не с полуслова, а с полумысли, старалась исполнять их изо всех мышиных сил и чутко чувствовала настроение хозяйки. А легкомысленная Элька, не углубляясь в дебри умозаключений об интеллекте зверушки, просто любила ее и баловала так же исступленно, как Рэта – голубоглазого крыса своего приятеля Рэнда. Тем же самым занимались и все прочие члены команды, разумеется, Гал не в счет. Стоик-воитель вообще не баловал никого, даже себя.

Мыша, перебирая лапками, поудобнее утвердилась на запястье Эльки, издала переливчатую требовательную трель и потянула девушку куда-то влево.

– Хочешь прогуляться? – решила Элька, зная, что ее питомица любит утром поразмять крылышки, летая по саду. А то, что Галу, обыкновенно совершавшему на свежем воздухе пробежки или тренировавшемуся на площадке перед домом, приходилось наблюдать за закладывающей у него над головой мертвые петли летуньей и слушать ее пронзительные, совсем не мелодичные писки, так это было чистым совпадением! Ни Элька, ни Мыша не хотели выводить из себя воителя. Ну если только подразнить его самую малость…

С мышью на руке Элька выпрыгнула из постели, одернула коротенькую ночную рубашку на двух тонких лямочках и, не обувая тапочек, пробежала по мягкому ковру к двери из спальни. Окно в своей второй комнате Элька на ночь не закрывала и собиралась сейчас выпустить Мышу из дома через него. Решив, что хозяйка двигается в правильном направлении, зверушка успокоилась.

Но стоило только Эльке коснуться двери, как Мыша взмахнула крылышками и снова пискнула необычайно громко и длинно. Как такой сильный звук мог уместиться в маленьком тельце мышки, Элька разгадать не успела, потому что утренний свет сменился непроглядным мраком, который спустя долю секунды стал вечерним сумраком.

– Мама мия! – почему-то по-итальянски темпераментно возмутилась босоногая Элька и, взвизгнув, совершила гигантский прыжок со светло-серых ледяных плит мраморного пола на роскошный винно-красный ковер. – Ну и холодина, – уже по-русски продолжила она (видимо, резкий перепад температуры не пробудил универсального лингвистического таланта) и огляделась вокруг, чтобы сообразить, где собственно очутилась по воле своей питомицы и, самое главное, зачем.

Высокие, забранные ажурным металлическим переплетом окна открывали вид на пламенеющее закатом небо. В помещении стояла массивная, сразу видно, старинная и очень-очень дорогая мебель из какого-то черного, с глубинным проблеском багрянца дерева. Обивка к ней полагалась цвета темной черешни, а у стены высился громадный камин весьма аристократичного вида. Чтобы так сочетать колоссальные объемы и изысканность, требовался тонкий вкус, время и много-много, нет много-много-много денег. Впрочем, у здешнего хозяина всего этого было вдосталь.

– Добро пожаловать в мои владения, леди, – бархатным голосом приветствовал он гостью, поднимаясь из глубин кресла. – Замерзла?

Туфли с серебряными пряжками, черные брюки из какой-то явно дорогой, чуть переливчатой материи, обтягивающие мускулистые ноги, и рубашка – настоящая бездна пышных кружев, в которой пряталась массивная серебряная цепь с большими, прекрасно ограненными рубинами и сапфирами, – таков был наряд господина, сопроводившего свою речь коротким полупоклоном. Этот жест заставил густые черные волосы живописно рассыпаться по плечам. Губы изогнулись в чуть ироничной, но все-таки благожелательной улыбке с легким проблеском острых клыков. В глубоко-синей таинственной бездне глаз тоже притаилась улыбка. От пряжек в виде монограммы до кончиков острых ногтей вампир был самим совершенством. В любой другой момент Элька не упустила бы случая хорошенько разглядеть его. Но сейчас куда больше всяких эстетических и сексуальных желаний, долженствующих пробуждаться при виде столь выдающегося образчика мужского пола, замерзшую девушку волновало желание согреться.