Чтение онлайн

— Ты же у нас святая, Джиллиан…

— Проклятие! Ты хочешь этого разговора, Кэрол? Отлично. Меньше чем через десять минут здесь будут детектив Фитц и сержант Гриффин, так что давай поскорее разделаемся с этим.

— Вот в этом ты вся, Джиллиан. Я пытаюсь что-то по-человечески обсудить, а ты опять хватаешься за повестку дня.

Джиллиан поджала губы, потом перевела взгляд на Мег:

— Хочешь выйти из игры?

— Что?

— Ты хочешь выйти из игры? С тебя довольно? Тебе надоел наш «Клуб»?

— Я… нет… — растерянно промолвила Мег. И повторила, уже более твердо: — Нет. Я не хочу выйти.

— Почему?

— Потому что… потому что мы нужны друг другу. Ну сами посудите. Кто еще стал бы выслушивать рассказы о ночных хулиганствах и подстреленных мужьях и при этом не смотреть на нас как на чокнутых. Такие разговоры со всеми прочими людьми показались бы чистым сумасшествием.

— Но они и есть чистое сумасшествие! — нетерпеливо воскликнула Кэрол. — Именно это я и пытаюсь вам втолковать. Прошел год. Мы уже выросли из учтивых бесед, разглагольствований о правах жертв и о судебной стратегии. Во всяком случае, пора бы вырасти. Если у нас «Клуб непобежденных», тогда самое время поговорить о том, как нам остаться непобежденными. Или — не остаться. Если, конечно, тебе не претят эти разговоры, Джиллиан. Тебе нет равных, когда нужно пригласить представителей полиции, чтобы те отчитались перед нами о ходе следствия. Или попросить Д'Амато, чтобы тот объяснил нам тактику ведения судебного процесса. Но когда дело доходит до нас самих — совершенно одиноких, предоставленных самим себе, усталых, издерганных морально и физически, — ты прекращаешь деятельность. Ты всячески стараешься устраниться. Мало того — ты и нас вырубаешь. А это несправедливо. Скажу честно: если бы я нуждалась в подобном обращении, то отправилась бы домой, к мужу.

— С пистолетом? — уточнила Джиллиан.

— Да! Будь у меня хоть капля мозгов, — огрызнулась Кэрол.

Джиллиан усмехнулась. Однако это бледное подобие улыбки лишь подчеркнуло ее неимоверную усталость.

— Прости, — тихо сказала она.

Кэрол посмотрела на нее с подозрением. Мег зевнула, мысленно желая, чтобы на этом их перепалка и закончилась. Характеры обеих были совершенно не схожи, но, несмотря на это, Джиллиан и Кэрол нуждались друг в друге. Да и все они нуждались друг в друге, особенно теперь, когда еще одна девушка пала жертвой насильника и убийцы. Мег непрестанно думала, что на ее месте могла бы оказаться она. А бедная Джиллиан, должно быть, все время вспоминает Триш. После такой ночи, как сегодня, может ли она не вспоминать о Триш?

Надменно вздернутый подбородок Джиллиан чуть-чуть опустился. Она твердым взглядом посмотрела на Кэрол.

— Возможно, ты права… — Голос Джиллиан оборвался. Она прокашлялась, затем сделала еще одну попытку. — Когда у меня стресс, когда я охвачена негодованием, мне легче переносить это, если я сосредоточена на определенной цели. Разработать план контратаки, довести его до конца… Мне важно действовать. Поддерживать движение. Вероятно, я навязываю этот стиль и вам.

— У меня все не так, — покачала головой Кэрол. — Я возвращаюсь в тот же самый дом, к тому же самому мужу, который не явился вовремя, в ту же самую комнату на втором этаже, куда через окно когда-то проник негодяй и сломал мне всю жизнь. У тебя есть возможность отвлечься, дистанцироваться от каких-то вещей. Мег тоже имеет такую возможность. А я — нет. Та ночь как вязкая глина, в которой я застряла и все буксую и буксую колесами не в силах выбраться.

— А почему вы не продадите этот дом? Почему не переедете? — с любопытством спросила Мег.

— Дэн любит его, — ответила Кэрол.

— Ну, тебя-то он наверняка любит больше.

Кэрол промолчала, но выражение ее лица было весьма красноречиво.

— Он настолько с тобой не считается? — мягко поинтересовалась Джиллиан. Атмосфера в комнате как-то неуловимо изменилась. Смягчилась, пожалуй. Ослабло напряжение. А Мег опять подумала о той бедной, бедной девушке. Вот они тут борются, спорят друг с другом, а за всем этим — та бедная, бедная девушка.

— Дэн настолько не считается со мной, что я не понимаю, зачем он вообще приходит домой. — Плечи Кэрол поникли, злое выражение лица сменилось страдальческим, что было гораздо хуже. — Он не желает со мной разговаривать. Ни спорить, ни скорбеть, ни рационально рассуждать. Эта тема находится под запретом у нас в доме. Мы живем точно бок о бок с гигантским слоном, которого оба молчаливо сговорились не замечать.

— И вы никогда не говорили о том, что с тобой произошло?

— Сначала мы говорили о том, что сказали доктора. Затем — о том, что сказала полиция или что сказал прокурор. Иногда мы обсуждаем то, что сказала наша группа. Почему же, мы разговариваем — о том, что сказал кто-то другой.

— Должно быть, это нелегко для него, — заговорила Мег. — Я имею в виду, что он мужчина. Возьми моего отца. Он до сих пор корит себя за то, что, когда Эдди напал на меня, его там не было — он был далеко. Твой муж, наверное, ощущает это как стопудовый груз на шее. Интересно, что говорят ему другие мужчины.

— Другие мужчины?

— Ну да, конечно, мужчины тоже разговаривают. Ну не совсем… не в прямом смысле. Я хочу сказать… не так, как мы. Но вот смотри. Он мужчина, но все его приятели знают, что его жену изнасиловали в собственном доме. От этого он наверняка чувствует себя… ужасно. Как первостатейный неудачник. Что это за мужчина, если он не в состоянии защитить женщину, которую любит? Я знаю: если бы что-то подобное случилось с моей мамой, отец пустил бы в ход кастет. А потом, вероятно, циркулярную пилу. А потом бы дядя Винни… Ладно, это уже другая история.

— Откуда ему было знать, что происходило в ту ночь? — пожала плечами Кэрол.

Джиллиан взглянула на нее:

— Ты сказала ему об этом?

Кэрол, помедлив, покачала головой.

— Почему?

— Потому что я обвиняю его в этом, понятно? В ту ночь я молила Бога, чтобы Дэн явился. Я лежала на этой кровати, и этот негодяй проделывал со мной такое, чему нет названия, а я все надеялась, что вот-вот придет Дэн. А это все продолжалось и продолжалось до бесконечности! Но он так и не пришел. Где все это время был мой муж, когда я так в нем нуждалась? Как он мог не прийти?

— Он же не мог знать… — начала было Джиллиан.

— Ты же сама говоришь, что Дэн всегда работает допоздна, — заметила Мег.

— Да не было его на работе! Проклятие! — Кэрол тяжело опустилась на стул и закрыла лицо руками. А когда подняла голову, лицо ее было залито слезами. — Я подозревала это уже несколько месяцев. Все эти задержки… Эти внезапные «деловые встречи»… Тогда я стала вечерами названивать ему в офис. Ответа я ни разу не получила. Никто ни разу не снял трубку. И в тот вечер я тоже звонила в половине десятого. Там никого не было. Никого. Поймите это. Мой муж не спас меня от насильника, потому что был слишком занят, развлекаясь со своей подружкой.

— О Кэрол…

— О Кэрол!

— Так как прикажете мне затрагивать эту тему? — охрипшим голосом осведомилась Кэрол. — Ну? Смелее! «Послушай, Дэн, я попрошу прощения за то, что меня изнасиловали, если ты попросишь прощения за свою любовную интрижку». А может, так: «Дорогой Дэн, прости меня за то, что из-за эмоционального стресса я стала развалиной и нервы у меня ни к черту. Только и ты сперва попроси прощения за то, что не явился вовремя домой и не защитил меня от подонка». Или так: «Я извинюсь за то, что не смогла родить детей, если ты извинишься за то, что постоянно пренебрегаешь мной, за то, что всю жизнь на первом месте у тебя работа, за то, что запер меня в этом гигантском мавзолее в четыре тысячи квадратных футов, который напоминает мне о том, как я одинока». А что остается у нас впереди? Только стариться на глазах друг у друга да постоянно осознавать, как жестоко обманула нас жизнь?

— Это общая проблема всех браков, ты же знаешь. Сначала люди хотят быть вместе, а потом оказывается, что постоянная близость порождает взаимное неуважение.

— Ты все еще любишь его? — спросила Джиллиан.

— О Господи, да, — ответила Кэрол и снова заплакала.

Долгое время никто из них не произносил ни слова.

В дверь кабинета постучали, а в следующую секунду показалась голова официантки, давней союзницы в их сходках.

— Джиллиан, приехали полицейские.

Джиллиан посмотрела на Кэрол: