ЖАНРЫ

Избранные произведения в одном томе
Шрифт:

— Мы ждем приезда одной дамы из Англии… Она — миссионерка.

— Я ее знаю?

— Нет.

— И когда же она должна приехать?

— Теперь уже со дня на день.

— Мне очень жаль эту даму, — сказала я, — если она едет сюда одна, без друзей.

Мистер Рочестер едва заметно усмехнулся.

— Мы постараемся сделать все, чтобы она не скучала по дому, — сказал он.

— Что ж, вы окажете ей громадную услугу! — воскликнула я. — Но могу ли я узнать, что означают эти толпы нарядных людей?

— Собственно говоря, — начал мистер Рочестер совершенно спокойно, — я провожу изыскания… И дело касается не только неизвестных горячих горных источников.

— Но что же еще? — с нетерпением спросила я, глядя ему прямо в глаза.

Мы присели за столик и он закурил.

— Джен, сегодня я должен уехать…

— Снова к источникам?

— Н-ну, пожалуй… Хотя и не только… Дело в том, что я ищу золото.

Я была ошеломлена.

— Но ведь никто даже из коренных жителей не знает, существует ли оно здесь… Никто не видел его собственными глазами.

— Нет, Джен… Этот мальчик видел…

— Да… — пробормотала я.

В моей голове никак не могла уместиться мысль о том, что мой муж занимался поиском золота. Я думала о нем совсем иначе, по-своему, по-женски. И теперь мое представление было полностью разрушено, мне показалось, что, я говорю с каким-то другим, совершенно чужим мне человеком.

— Эдвард, — тихо произнесла я, — мне бы хотелось, чтобы ты поскорее вернулся в город…

Он снисходительно улыбнулся, докуривая сигару:

— Я так и собирался сделать, Джен.

На следующий день мистер Рочестер уехал, как обычно, не попрощавшись со мной.

Глава 22

Когда на следующий день я встретилась с вождем Шибу, решившись приступить к исполнению своего долга и начать занятия с детьми индусов английским языком, вождь посмотрел на меня изучающим взглядом.

— Зачем вы сюда приехали? — спросил он.

— В Индию? — я попыталась встретить его вопрос с улыбкой.

— Да, в Индию, — проворчал Шибу.

— Я приехала, чтобы построить ферму и заниматься выращиванием чая.

Шибу пронзительно посмотрел на меня и спросил:

— Что привело вас ко мне?

В это время к нам подбежал сын вождя Шибу, десятилетний Ракхаль. Мальчик дружески кивнул мне и бросился к отцу, который прижал его к груди и приласкал.

— Миссис Рочестер, — снова заговорил со мной вождь Шибу, — это правда, что вы намерены учить английскому языку детей индусов, в том числе и моего сына?

— Я хотела бы это делать, — тихо сказала я.

Шибу нахмурился и несколько секунд смотрел на меня испепеляющим взглядом.

— Но вы ничем не отличаетесь от остальных, думая, что все дети могут учиться и должны учиться, — сказал он.

— Отец! — вмешался маленький Ракхаль. Он просительно сложил свои ручонки, потом быстро заговорил с Шибу на своем родном языке.

— Миссис Рочестер знает удивительные сказки, — добавил он по-английски с небольшим акцентом.

Но лицо Шибу оставалось темным и бесстрастным.

— Я не могу допустить этого, — сказал он.

— Чего? — переспросила я осторожно.

— Не все дети должны учиться, — сказал вождь. — Больше мне нечего вам сказать.

— Я не знала, что вы окажетесь настолько недальновидным, — горячо воскликнула я.

Маленький Ракхаль, не все понимая из нашего разговора, сидел возле Шибу и, улыбаясь, смотрел на меня.

Несколько минут стояла полная тишина.

Я слышала свое дыхание, сливающееся с шелестом ветра и травы. Вождь Шибу сидел отрешенно, покачиваясь из стороны в сторону, что-то напевая вполголоса, глаза его были полузакрыты.

Наконец заговорил Ракхаль. Со свойственной детям непосредственностью он сказал по-английски:

— Можно я прочту новые стихи, которые выучил лишь вчера.

Я улыбнулась и посмотрела на Шибу.

— А там ничего не говорится об английских богах? — спросил он, подозрительно глядя на меня. — Помни, что ты индус!

— О, нет, нет! — ответил Ракхаль. — Это просто английские стихи, и я их выучил очень быстро.

— Тогда я их послушаю, — сказал, наконец, вождь, глубоко вздохнув.

Шибу наклонился вперед, подперев голову рукой, а маленький Ракхаль, соскользнув с его колен, заложив руки за спину, начал читать, безо всякого выражения и без остановок:

В свой час своя поэзия в природе: Когда в зените тень и жар томит, Притихших птиц, чей голосок звенит Вдоль изгородей скошенных угодий? Кузнечик — вот виновник тех мелодий. Певун и лодырь, потерявший стыд, Пока и сам по горло пеньем сыт. Не свалится последним в хороводе, В свой час во всем поэзия своя. Зимой, морозной ночью молчалива, Пронзительны за печкой переливы Сверчка во славу теплого жилья, И словно летом, кажется сквозь дрему, Что слышишь треск кузнечика знакомый.

— Там есть еще что-то, но я забыл, — сказал Ракхаль. — Я выучил это очень быстро! — и он захлопал в ладоши в знак похвалы самому себе. А я последовала его примеру.

— Кто сочинил эти стихи? — спросил Шибу.

— Английский поэт, Джон Ките, — сказала я.

— Я не все понял, но стихи мне понравились, — улыбнулся вождь. — Ты молодец, Ракхаль, — и, посмотрев на меня, он добавил: — В один прекрасный день ты научишься читать и писать по-английски, но ты никогда не должен забывать о том, что ты — индус. Мне больше нечего сказать.

Вождь Шибу встал и, не попрощавшись ни с кем, медленно пошел по раскаленной солнцем дороге в сторону гор.

— Спасибо, — проговорила я, глядя ему вслед.

— Как хорошо, что у вас чистое сердце, миссис Рочестер! — засмеялся стоящий рядом со мной Ракхаль. — Я сам не знаю, почему смеюсь, когда вижу вас.

Он быстро уселся на лошадь, привязанную возле дерева, подобрал поводья и поскакал следом за отцом.

Сердце мое падало и поднималось к вершинам гор. Душа пела. Я прислушивалась к ее мелодиям, осторожно ступая по берегу реки. «Неужели пробил мой час и Господь внял моим молитвам?» — думала я.

Поделиться с друзьями: