Чтение онлайн

Нора, но разве я не буду всегда рядом с тобой? — в этот момент я чувствовал себя необычайно сильным и могущественным.

О да, конечно! Артур, как ты не понимаешь — я так люблю тебя, что хочу быть для тебя самой лучшей, в том числе и в глазах других. Ты не заслуживаешь меньшего. Но ты должен помочь мне. Я не кокетничаю, мне действительно не хватает знаний, и это заставляет меня робеть. Даже сейчас, — голос ее задрожал, она прикрыла глаза ладонью.

О милая, милая моя! — воскликнул я страстно. — Скажи мне, чего ты хочешь, и я от всего сердца приду тебе на помощь.

Артур, позволь мне учиться — я хотела бы пойти в школу, хорошую школу, на год или на два, прежде чем мы поженимся. О, я буду усердно трудиться, я сделаю все, чтобы стать лучше! Я буду помнить, что каждый час стараний позволяет мне сделать еще один шаг вверх к тебе, к твоему уровню!

Я был искренне тронут, так что горло перехватило от волнения, и я не сразу смог заговорить что такого сделал я в жизни, чтобы заслужить такую любовь?

Потом мы сидели рука об руку и обсуждали детали нового замысла — я без колебаний согласился разделить и поддержать ее желание. Я предложил отправить ее на некоторое время в Париж, а потом в Дрезден, с тем чтобы завершить образование к Англии. Ей следовало учить языки, в том числе итальянский, но туда, в Италию, мы поедем позже — уже вдвоем, на медовый месяц. Она слушала меня, чуть склонив голову, в молчаливом восхищении, а когда я заговорил о нашем предполагаемом путешествии в Италию и о том, как мы вместе будем наслаждаться старинной красотой этого мира, мягкостью света и богатством красок этой чудесной южной страны, глаза Норы засияли, а нежная раковина девичьего ушка порозовела — тут я не удержался и поцеловал его. Она прижалась ко мне и спрятала лицо у меня на груди.

Я видел, как краска разлилась по ее шее, потом Нора отстранилась, посмотрела мне прямо в глаза и с предельной серьезностью сказала:

Артур, конечно, я совсем мало знаю о настоящем, большом мире, но вряд ли принято у всех джентльменов оплачивать образование будущей жены, как бы прочен ни был договор о будущем браке. Ты знаешь, что у моего папы нет денег для такого предприятия — тем более с размахом, о котором ты сейчас говоришь. Разумно ли тебе спешить с тратами? И не будет ли справедливее нам сначала пожениться, а потом… потом принимать решение о моем обучении и поездках — в разные школы и в Италию?

Столь благородный жест не был наигранным, он родился из глубоких благородных чувств и высоких представлений. Я был поражен и растроган ее готовностью к самоограничению.

Нора, дорогая моя, если хоть что-то на свете способно побудить меня ценить тебя еще больше, так это твоя забота и скромность. Всю жизнь я буду стараться быть достойным тебя! Хотя едва ли возможно стать равным тебе в благородстве. Моя дорогая, моя дорогая! Я буду с нетерпением считать дни и часы до нашего счастливого союза. Все будет, как ты пожелаешь. Ты будешь учиться, и я не сомневаюсь, что твой отец с радостью отдал бы все, что имеет, ради твоего образования. Если он будет настаивать на том, чтобы оплатить твою школу, предложит некое практическое решение, кто я, чтобы возражать ему? Более того! Если он сочтет, что правильным будет сперва нам пожениться, а потом принимать дальнейшие решения, отлично! Причем ты можешь учиться под собственным девичьим именем, если так тебе будет удобнее.

Нет-нет, Артур! Как только я приму твое имя, ни за что на свете я не пожелаю отречься от него! Я буду с гордостью носить его. Единственное мое стремление — не опорочить его, стать женой, которая будет тебя достойна.

Нора, милая, моя будущая жена, любовь моя, все будет так, как ты пожелаешь.

Тут мы услышали шаги Джойса.

Я расскажу ему, — воскликнула Нора.

Джойс тепло приветствовал меня, а Нора захлопотала, чтобы поскорее накормить отца.

Не останетесь с нами? — предложил он. — Не спешите уходить!

Благодарю, сэр, однако Нора хотела за ужином поговорить с вами наедине.

Она улыбнулась и легко поцеловала меня в щеку. Уже на пороге я обернулся и сказал ей:

Я буду некоторое время на Полях Утесов, если вдруг буду нужен.

Я прямиком отправился на знакомое каменистое плато и уселся на плоский валун в центре, надолго погрузившись в раздумья. Мысли мои были безмятежны. Каждый день, каждый час открывал передо мной новые прекрасные стороны моей возлюбленной, весь мир для меня сиял яркими красками, я был преисполнен сладкой надежды. Новая решимость построить наше общее счастье переполняла меня.

Вскоре ко мне присоединилась Нора. Она поговорила с отцом, и теперь он хотел обсудить планы со мной. Он был согласен на ее обучение, и — к моему облегчению — ложная гордость не помешала ему проявить понимание и принять мою финансовую помощь. Мы с Норой обменялись коротким поцелуем и, взявшись за руки, пошли назад, к коттеджу, где нас уже ждал Джойс.

Нора кивнула мне и ушла в дом, а мы с Джойсом остались снаружи: он курил трубку, спокойно наблюдая за тем, как мы с его дочерью попрощались.

Мне нравится эта идея со школой, — заговорил он. — Конечно, мы люди не вашего круга, и если уж вы решились взять ее, правильно будет дать девочке шанс подняться на нужный уровень и не чувствовать себя лишней и чужой. Мне-то не потянуть такое дело, чего уж там говорить долго. Не мог я дать ей образование полное, как благородной барышне, хотя, видит бог, старался. Она умница. Она совсем не похожа на местных девушек ни речью, ни манерами. Но вам-то жена нужна пообразованнее. Так чего бы вам и не помочь ей со школами! Я не стану обещать, чего мне не суметь. Но и мешать дочке не стану. Плохой был бы я отец, коли бы свою гордость пускал вперед счастья дочери! А уж коли вы оба промеж себя решили… Вы уж подберите школы, а мне там из Лондона пропишите, что да как.

Я горячо пожал его руку.

Мистер Джойс, не могу даже высказать, насколько я рад это слышать. Слово чести, что вам не придется жалеть о своем решении.

Уверен, уверен, что это так, мистер.

Зовите меня Артуром!

Хорошо, однажды я научусь звать вас просто Артуром, а что касается задуманного Норой и вами, полагаю, лучше вы уж сначала поженитесь, а там разбирайтесь, чего и как с учебой. По мне, так Нора от того ни лучше ни хуже не станет — она и нынче леди. Бог знает, как ей удалось такой вырасти!

Истинная правда, мистер Джойс! Во всей стране я не встречал леди лучшее нее.

Значит, дело слажено. Вы в свое время дайте мне знать, какую школу для нее выбрали, ладно? А теперь мне пора вернуться к работе. — И, попрощавшись, он снова отправился в гору.

На крыльцо вышла Нора, и я поспешил рассказать ей о разговоре с ее отцом, и так уж вышло, что, заговорив об образовании, мы снова сделали шаг в направлении небесного блаженства, счастье наше стало ближе, и мы, окрыленные надеждой, готовы были лететь к нему без оглядки.

А пока Нора попрощалась со мной — дома ее ждало много дел, к тому же она ожидала, что мы с Диком, освободившись, заглянем к ней на чай. Так что я пошел разыскивать друга и определяться с прозаическими делами.

Я застал его с Мердоком, который уже справился с разочарованием и, очевидно, строил новые планы, надеясь использовать огромные знания Дика и его недюжинную изобретательность в своих интересах. Он рвался продолжать поиски, и теперь они с Диком вели оживленную дискуссию о том, какие меры следует предпринять дальше. В подобных разговорах прошло немало времени. Наконец, Мердок подвел итог: