Избранные произведения. Том 7. Проклятые: Фальшивое зеркало. Военные трофеи
Шрифт:
Лепары переглянулись.
– У нас нет полномочий заключать такое соглашение.
– Я этого и не ждала. Передайте обо всем, что здесь произошло, своим начальникам. - Она кивнула в сторону внимательно слушающей Лалелеланг. - Вы знаете, как найти нас, а мы, безусловно, знаем, как найти вас.
– Теперь мы слагаем оружие. - Обе амфибии очень медленно вернули свои пистолеты в соответствующие карманы. Когда это было закончено, страж у двери неожиданно изобразил нечто вроде странного короткого поклона в сторону Лалелеланг.
– Вы, Ученая, разработали великий план. Лично я никогда не ожидал такого от вейса, и особенно академика.
– Обобщения всегда опасны, - ответила она. - Я вам не всякий обычный вейс.
– По этому вопросу все присутствующие полностью с вами согласны, - горячо проговорил он.
– Мы, здесь присутствующие, отличаемся еще кое-чем, - продолжала она, - разве вы не заметили этого?
На этот раз не только лепары, но и Пайла вопросительно уставились на нее. - Мы, все четверо, женщины.
– Что из этого? - удивился второй лепар.
– Вдобавок к нашим профессиям у нас есть еще одна обязанность - продолжение рода. По крайней мере, у вас троих. Я слишком стара и иногда жалею об утраченных возможностях. Когда вы пойдете, каждая своим путем, я прошу вас подумать о будущем, которое вы готовите своим еще нерожденным потомкам. Сделайте все от вас зависящее, чтобы завещать им мирную и добрую цивилизацию разных народов.
– Кажется, у нас нет другого выхода, - сказала страж у двери.
– Это верно, - кивнула женщина-солдат. - Дело уже не в том, останется она жить или умрет. Она раздвинула рамки этой проблемы дальше. Она вывела себя за скобки.
– Понимаю вас, - лепар от двери посмотрела на женщину. - Скажите, это правда, что ваш вид никогда не знал счастья и удовлетворенности?
– Из нашей истории видно, что нет, - ответила Пайла. - Мы всегда умело и хорошо воевали, но никогда не могли толком управиться с миром. Может быть, вы нам что-нибудь подскажете. С учетом того, что нам еще надо приглядывать за этими спрутами.
Лепар поколебалась, потом шагнула вперед и протянула перепончатую слегка скользкую лапу.
– Хотя для нас это и не обязательно, но, по-моему, это принятый способ скреплять соглашение.
Улыбаясь, женщина-солдат сжала протянутые пальцы свободной рукой. В отличие от лепара, она свое оружие не отложила. Но этого и следовало ожидать от человека, так что лепары не обиделись. Лалелеланг на мгновение крепко зажмурила глаза. Никто не умер, борьбы не произошло. Все прошло более или менее по плану.
– Так-то лучше. За всю жизнь изучения людей я узнала одно: мир - это не подарок. Он - скорее, здание, которое надо все время стоить, и у этой стройки нет конца. А такое делать без помощи очень и очень трудно. Каждый из вас внесет свои различные таланты в процесс его созидания. И лепары, и женщина, расставаясь, повернулись к ней.
– Что будет с вами? - спросила амфибия. - Вы будете помогать?
– В этом процессе нет. Я вам не нужна и мало что смогу сделать.
– Вы можете учить нас. Знанию людей. Вы знаете о них больше, чем другие не-люди. Лалелеланг слегка загорелась.
– Может быть, может быть. Сейчас я очень устала. Посмотрим. А пока лепары всегда могут получить доступ к моим исследованиям. Ничего не скрою.
– Вы можете помочь нам понять их, - настаивала лепар. - Помните, что мы не очень сообразительны.
– Только если нет других предложений, - устало ответила Лалелеланг. - Только если у вас нет другого выбора.
– Понимаю. Мы постараемся не надоедать вам.
– Мы тоже, - сказала Пайла. Она снова повернулась к амфибии. - Я на Махмахаре не одна. Теперь, когда мы с вами установили сотрудничество, с вами хотели бы поговорить другие члены нашей организации. Она вышла с лепарами вместе, активно пользуясь своими трансляторами. Лалелеланг долго сидела на своем рабочем гнезде в стихшем кабинете, не двигаясь, мирно размышляя.
Спустя много времени она поднялась, выключила свет и вышла из здания, не смотря по сторонам и не особенно глядя под ноги. Если какому-то человеку или лепару придет в голову спрятаться в засаде с целью убить ее, что ж, она ничем не могла этому помешать.
Она прошла через мощеный широкий атриум, с его фонтанами и цветами, пустынный в этот час ночи, и вышла на сине-зеленое наружное покрытие. Цветущие ночью кремовые аларии наполняли воздух своим знойным ароматом. Случайный студент или рабочий прошагал мимо в своих туманных развевающихся одеждах.
Через какое-то время она дошла до гребня круглого холла. Слева тщательно подрезанные кусты флоэля образовали низкую изгородь, цветущую и светящуюся. Крошечные сверкающие жучки, размером не больше солнечных пылинок, танцевали среди листвы.
Включив маленький плейер, который носила в боковом мешочке, она остановилась и, неподвижная, слушала музыку. Звук был включен тихо, только для себя. Этой музыке было несколько сотен лет и сочинил ее Человек. Особый Человек. Человек Первого контакта, Уильям Дьюлак. Она вздымалась и опускалась, стремилась вперед и нерешительно медлила. "Очень похоже на само Человечество, - подумала она. - Все, что есть в этом виде раздражающею, изумляющего, восхищающего, ужасающего, замечательного, - все было в этой их музыке". Постепенно первая какофония стала стихать и закончилось это произведение шепотом ветра в листве и приглушенным звуком струн. Завораживающие звуки. Может быть, настанет день и она поймет их до конца. Испустив легкую усталую трель, она изогнула шею назад с гибкостью, недоступной людям с их мощной мускулатурой и тяжелыми костями. Одинокая луна Махмахара уже села, и родные созвездия ее мира сверкали необыкновенно ярко.
Она не знала, что принесет будущее, но знала одно, она сделала все, что смогла. Люди Ядра и лепары будут сотрудничать, соблюдая и защищая взаимные интересы друг друга. И в свете этого достижения сохранение собственной жизни казалось несущественным побочным эффектом. В конце концов, одним вейсом больше, одним меньше...
Ее исследования надо было еще аннотировать, кодифицировать, сделать ссылки и разделы. Много еще надо было сделать. "По крайней мере, все были вежливы друг с другом, - подумала она. - Даже человек. Хорошие манеры были безусловным вкладом вейсов в галактическую цивилизацию".