Чтение онлайн

Когда Юсуф — так говорят — родился,

То у луны, казалось, брат родился!

Побег украсил плоти сад земной,

Дух озарился новою луной:

Сам Ибрагим надел, служа аллаху,

На эту розу нежную рубаху.

Исхак увидел с радостью тогда:

В его созвездье — новая звезда!

В саду Якуба — цвет благоуханный,

Что для отца бальзамом был и раной!

Он был газелью, Ханаан досель

Не знал, что мускус нам дарит газель!

Своею грудью мать его кормила,

Покуда не взяла ее могила.

Два года матери сосал он грудь,

Но мать отправилась в последний путь.

Из моря доброты на дно сиротства

В слезах скатился жемчуг благородства,

Но раковину он обрел, блестя:

Вскормила тетка бедное дитя.

Да, птицу дней его взрастила тетка,

И вот расправил крылышки сиротка:

Красив и тонок стан, душа чиста,

И медом речи радуют уста.

Сестре Якуба дорог стал племянник,

Ее души единственный избранник.

Она не разлучалась с ним, как тень, —

Как солнце, он сиял ей каждый день.

Он стал и для отца отрадой вскоре,

Его любимцем, утешеньем в горе.

Отец познал отраду жизни в нем,

Хотел он с сыном ночью быть и днем!

Он мучился, не видя постоянно

Перед собой сестры и мальчугана.

Сказал сестре: «Я без него скорблю,

Дрожа, как ива, — так его люблю!

Меня, что должен быть всегда с Юсуфом,

Не разлучай в мои года с Юсуфом!

Ты мне верни мою мечту и явь,

В мои покои ты его отправь».

Сестра Якуба, затаив обиду,

Его словам была покорна с виду,

Но к хитрости прибегла, чтоб опять

Любимца у родителя отнять.

Исхак оставил, набожности ради,

Ей ремешок, потребный при обряде:

Тот, кто привяжет ремешок к руке,

Забудет о злосчастье и тоске...

Она уйти Юсуфу приказала,

К его одежде крепко привязала

Тот ремешок от мальчика тайком...

С привязанным пошел он ремешком,

Пошел, невинный, улыбаясь кротко,

Но слух тотчас же распустила тетка,

Что ремешок пропал, и стала вдруг

Подозревать друзей, родных и слуг

Обыскивала всех, ища пропажи,

Того, другого обвиняя в краже.

Был и Юсуф обыскан в свой черед —

И вот она пропажу достает!

В те дни законы соблюдались свято,

Решались по закону шариата.

Когда владельцем вор изобличен,

То вор ему на рабство обречен.

Так с хитростью устроив это дело,

Юсуфом снова тетка завладела.

Он был ее счастливым, светлым днем,

Но вот она заснула смертным сном.

К отцу вернулась вновь его услада:

От мальчика не отрывал он взгляда,

От прочих отвернулся сыновей,

Найдя в Юсуфе свет судьбы своей.

Душа его всегда была с Юсуфом,

Вершил он все свои дела с Юсуфом.

Ему был нужен каждый час Юсуф,

Был светочем для старых глаз Юсуф.

Да что и говорить, луна такая

Затмит и солнце, для любви сверкая!

Как опишу я эту красоту,

Что ярче райской гурии в цвету?

Он был луной на небе сладострастья,

Надеждой бытия, светилом счастья,

Нет, не луной — он солнцем был земным

Что слабый блеск луны в сравненье с ним?

Нет, солнца свет — всего лишь призрак света,

С Юсуфом не равняй светило это!

Оков не зная всяких «что?» и «как?»,

Священным светом он развеял мрак.

В те дни красою Зулейха пленяла,

Невинности накинув покрывало.

В не знавшей зноя западной стране

Любимого увидела во сне.

Не скроется любовь от приближенных,

Когда от ран страдает обнаженных.

ОПИСАНИЕ КРАСОТЫ ЗУЛЕЙХИ

Вот что сказал достигший мастерства,

Тот, в чьей казне — отборные слова

На Западе, исполнен силы правой,

Почтенный шах Тамус владел державой.

Познал он власть — и цвет ее, и вкус;

Всего, о чем мечтал, достиг Тамус.

Своим величьем он венец возвысил,

И блеск престола от него зависел.

Звалась его царевна Зулейхой.

Еще не ведал мир красы такой!