Чтение онлайн

– А нешто дом-то каменный был?

– А какой же тебе еще?..

– А что ж, он и каменный своротит,– сказал кто-то.

– А как же его узнавать, что он есть? – спросил малый.

– Как узнавать? Воткни топор в стену: если вода выступит,

значит, он тут и есть.

– Слюни, сволочь, пускает?

– Я уж не знаю, что он там пускает, а только если жижа

выступит, значит, он тут.

– Ну, пропало дело,– сказал человек в двубортном пиджаке.–

У нас целую слободу выстроили, у всех слюни пускает.

– Теперь на постройку без трубы и не показывайся,– сказал

малый в больших сапогах.

– А ежели его сушить начать? – спросил кто-то.

– Кого сушить? – спросил, недоброжелательно покосившись,

железнодорожник.

– Да вот его-то...

– Сверху высушишь, а он в середку уйдет.

– Ежели эта гадость завелась, так ее не высушишь,– сказал

кто-то.– Ежели только сжечь, ну, тогда еще, может быть.

– Вот бы этой бабе, что ведро выливала, услужить... вон она

опять вылезла. Эй, тетка, хочешь у тебя грибок выведем?

– Жене своей выведи, косолапый черт!..

– Обиделась...

– Темнота... Живет человек и не знает, что небось какой-

нибудь год и осталось ей, а потом не хуже этого вот. Тоже вот

так-то соберется народ, а она, ежели ее не придушить, будет

252

вопить на всю улицу, на строителей все валить. Ты ей про

грибок, а она на стену лезет.

– Вон, материал везут.

Все оглянулись: в стороне по мостовой ехали мужики с

подводами.

– Тоже небось захватили его. А сидят себе, зевают по

сторонам, как будто так и надо.

– Эй, вы, чертушки! Небось заразу везете? – крикнул им

малый.

Передний мужик натянул вожжи.

– Чего?

– То-то вот – «чего»... Пойдем-ка, поглядим.

Все толпой подошли к возчикам.

– Дай-ка топор-то,– сказал малый в больших сапогах.

– На что тебе топор?

– Да ну, давай, много не разговаривай!

Мужик нехотя дал топор.

– Слезай к чертовой матери.

– Что ты, ошалел, что ли?

– Слезай, не разговаривай.

– Да руби, чего ты на него смотришь! – крикнули из толпы.

Мужик как ошпаренный отлетел от своих дрог с лесом. Малый

размахнулся и всадил топор в бревно. Все бросились, головами

вместе, смотреть.

– Во-во! Пустил слюни, пустил! – закричали ближние

– Ах, сволочь! Скажи, пожалуйста!

– Ну, садись, дядя, вот твой топор. Добро хорошее приволок,

нечего сказать!

Мужик молча сел, тронул лошадь и долго поглядывал с

опаской на бревна, точно ожидая, что они под ним взорвутся,

потом, оглянувшись на толпу, плюнул и хмуро поехал дальше.

253

Крепкие нервы

Какой-то человек в распахнутой шубе и в шапке на затылке,

видимо, много и спешно бегавший по делам, вошел в банк и,

подойдя к окошечку, в котором выдавали по чекам, сунул туда

свою бумажку. Но бумажка выехала обратно.

– Это что такое? Почему?

– У нас только до часу.

– Тьфу!..

Вежливый человек в черном пиджаке, стоявший за

лакированным банковским прилавком, увидев расстроенное

лицо посетителя, спросил:

– Вам что угодно?

– Да вот получить по чеку опоздал. Присутственный день до

четырех, а по чекам у вас прекращают уже в час выдавать.

– А это, видите ли, для удобства сделано,– сказал человек в

пиджаке.– Каждое учреждение приноравливается к тому, чтобы

экономить время.

– А вон напротив я получал, там до двух открыто.

– Очень может быть. У каждого свой порядок. Вон,

например, нотариус, что рядом с нами,– если вам нужно

заверить подпись или что-нибудь другое в этом роде,– то нужно

поспевать до половины первого. А если за углом – там тоже

нотариус,– то до половины третьего.

Около кассы с чеками послышался шум.

– Какого же это черта, ведь я неделю тому назад получал,

было до двух часов открыто.

Человек в пиджаке бросился туда, как бросается пожарный с

трубой к тому дому, которому угрожает опасность.

– Чего вы беспокоитесь?

– Прошлый раз, говорю, получал, у вас до двух часов было

открыто.

– А когда это было?

– Когда было... неделю тому назад.

– Совершенно правильно. Неделю назад выдавали до двух

часов, а теперь переменили.

– Тьфу!!!

Посетитель вылетел из банка и хлопнул дверью так, что

задрожали стекла.

254

– И отчего это народ такой нервный стал? – спросил человек

в пиджаке, вернувшись к своему собеседнику,– жизнь, что ли,

так изматывает?..

– Возможно; я вот на что уж спокойный человек, а побегал

нынче с утра и таким зверем стал, что,– уж признаюсь вам,–

если бы вы не оказались таким вежливым, я бы, как тигр,

бросился.

– Это вредно,– сказал человек в черном пиджаке,– ведь у

меня после перемены часов в день человек по двадцати

прибегают и все вот так плюют, как этот, что ушел, и как вы

изволили плюнуть. А мне – плевать! Относись спокойно,

вежливо, как требует служба, и все будет хорошо. А то

посетители будут плевать да я буду плевать, тут пройти нельзя

будет. Вон, еще заявился. Вам что угодно?

– Деньги по этой бумажке можно получить? – спросил

человек в тулупчике.

– Можно-с. Только выдавать будут с двух часов. Кассир в

банк ушел. Сядьте вон там в уголок, там вы никому мешать не

будете.

– Что ж, я и буду целый час сидеть?

– Погулять можете.

Человек в тулупчике сел, нахохлившись, в уголок, около