Чтение онлайн

стевшими улицами Чарлстона. На лугах слева от редута подошедшие отряды повстанцев поспешно соединили две изгороди, набросали сверху сена из стоявших вокруг копен и рассыпались вдоль ненадежного укрытия, которое было пригодно разве только на то, чтобы скрыть от не¬ приятеля их слабость. За этим необычным бруствером несколько отрядов фермеров из соседних провинций Нью- Гемпшир и Коннектикут залегли с оружием в угрюмом ожидании. Их линия тянулась от берега до подножия гря¬ ды и обрывалась в двух или трех сотнях шагов позади укрепления, оставив широкую, идущую наискось брешь между изгородью и земляным бруствером, спускавшимся по склону холма от северо-восточного угла редута. За этой незамысловатой позицией поднималась на расстоянии нескольких сот ярдов все еще не занятая и не укреплен¬ ная голая вершина Банкер-Хилла; реки Чарлз и Мистик, обогнув подножие холма, так сближались здесь друг с другом, что шум их течения сливался. Королевские фре¬ гаты непрерывно обстреливали низменный и узкий пере¬ шеек, а поблизости от него прятались многочисленные отряды повстанцев, не решавшиеся миновать опасное место. Таким образом, Гедж почти полностью окружил полу¬ остров, и храбрецы, дерзко подставившие себя под жерло его пушек, остались, как уже говорилось, без поддержки, без пищи и должны были одни, дедовским оружием защи¬ щать честь нации. Там собрались люди всех возрастов и званий. Вначале их было тысячи две, но к концу дня, пови¬ нуясь чувству долга и воодушевленные примером старого охотника, который, открыто смеясь лад опасностью, снова и снова переходил перешеек, небольшие группки их земля¬ ков прорвались сквозь пушечный огонь и успели присо¬ единиться к товарищам перед самым финалом кровавой схватки. Отряд Хау несколько превосходил противника числен¬ ностью, не говоря уж о том, что это были отборнейшие солдаты, а так как лодки в течение всего дня продолжали беспрерывно сновать между двумя полуостровами, нера¬ венство сил оставалось неизменным до конца боя. И вот, считая себя достаточно сильным, чтобы взять укрепления столь презираемого им противника, Хау отдал приказ приготовиться к атаке, что и было исполнено на глазах у взволнованных зрителей. Хотя английский генерал, вы¬ 196

страивая свои полки, не сомневался в цобеде, он отдавал себе отчет, что предстоящее сражение будет нешуточным. Взоры десятков тысяч людей следили за каждым движе¬ нием войск, и необходимо было поддержать славу англий¬ ского, оружия. Войска построились в образцовом порядке, и колонны уверенно двинулись вдоль берега, чтобы занять удобные позиции под прикрытием гряды. Хау разделил свои силы: одна половина должна была преодолеть трудный подъем, а другая — идти, вдоль берега и через сады в низине, туда, где в лугах залегли фермеры. Эта группа вскоре исчезла за фруктовьщи деревьями и только что упомянутыми пе¬ чами для обжига кирпича. Колонна, взбиравшаяся на холм, продвигалась неторопливо, чтобы дать время своим поле¬ вым пушкам присоединить их голос к грохоту канонады, разразившейся с новой силой, едва батальоны приготови¬ лись выступить. Добравшись до назначенного места, ко¬ лонна разворачивалась в боевые линии, алея мундирами и сверкая оружием. — Великолепное зрелище! — пробормотал стоявший рядом с Лайонелом Бергойн, живо воспринимавший поэ¬ зию своей мужественной профессии. — Красиво идут! Смо¬ трите, как четко первая колонна поднимается на холм! Лайонел не ответил — он был очень взволнован, — а генерал тут же забыл о сказанном: минута была слишком напряженной. Размеренное движение английских шеренг скорее напоминало церемониальный марш на смотру, неже¬ ли начало смертельного штурма. Реяли знамена, и време¬ нами, дополняя грубый грохот артиллерии, слышались воинственные и зажигающие звуки оркестров. Шагавшая в рядах самоуверенная молодежь оглядывалась на черневшие людьми холмы, шпили церквей, крыши, кора¬ бельные мачты и гордо улыбалась. Когда англичане оказа¬ лись в виду маленького редута и начали постепенно сосре¬ доточиваться перед его фасами, пушки одна за другой замолкли, и на не успевших еще остыть стволах пристраи¬ вался какой-нибудь любопытный артиллерист или усталый моряк, в немом удивлении созерцая открывшееся перед ним зрелище. Была минута, когда рев канонады, затихая, напоминал отдаленные раскаты грома. — Не станут они драться, Лайонел! — возбужденно воскликнул Бергойн. — Военный парад Хау напугал мер¬ завцев, и победа будет бескровной! 197

— Посмотрим, сэр, посмотрим! Не успел Лайонел ответить, как взвод за взводом англичан открыл огонь, вспышки выстрелов блеснули во¬ круг кромки холма, а вслед за тем грянули залпы из фруктового сада. Однако американцы по-прежнему мрлча- ли, и королевские войска медленно вошли в белое облако, порожденное их собственным порохом. — Струсили, собаки! Клянусь небом, струсили! — сно¬ ва воскликнул пылкий спутник Лайонела. — Хау уже в какой-нибудь сотне шагов от них и не потерял ни одного человека! Вдруг огненная лента рассекла дым, словно молния, играющая в тучах, и прозвучал залп тысячи ружей. Нет, то была не только игра воображения, когда Лайонелу пока¬ залось, что полог дыма на холму заколыхался, будто оку¬ танные им бывалые солдаты дрогнули под губительно близким огнем. Однако спустя мгновение воодушевляющий боевой клич и громкие крики сражающихся, прорвавшись сквозь шум боя, донеслись через пролив. Десять тревожных ми¬ нут пролетели, как одна секунда, и ошеломленные зри¬ тели на Копс-Хилле все еще напряженно следили за боем, как вдруг из толпы послышался крик: — Ур-р-ра! Пусть негодяи только поднимутся на Бридс — народ научит их уважать законы! — Сбросьте подлого бунтовщика с горы! Зарядите им пушку! — в один голос закричали десятка два солдат. — Стойте! — вмешался Лайонел. — Это же помешан¬ ный, дурачок, слабоумный! Но гневные возгласы так же быстро смолкли, уступив место другим чувствам, когда стало видно, что ярко-крас¬ ные шеренги королевских войск появились из дыма, отсту¬ пая перед сильным огнем противника. — Ну, это какая-нибудь хитрость, чтобы выманить мя¬ тежников из укрепления! — сказал Бергойн. — Это позорное отступление! — пробормотал суровый воин рядом с ним, чей опытный глаз сразу увидел замеша¬ тельство в рядах наступающих. — Опять мы постыдно отступаем перед мятежниками! — Ура! — снова закричал безрассудный Джэб. *— А вон и солдаты из сада! Глядите, как гренадеры хоронятся за печами. Пусть только сунутся на Бридс народ научит их уважать законы!. 198

Вскочив на ноги, Джэб, махая, над головой шляпой, выкрикивал оскорбления.

Без лишних слов, будто по молчаливому уговору, с пол¬ сотни солдат бросились к дурачку. Лайонел не успел даже крикнуть, как дюжина рук приподняла барахтающегося Джэба в воздух, пронесла его несколько шагов, и мгнове¬ ние спустя он уже с такой стремительностью летел куба¬ рем с крутого склона, что докатился до самой воды. Но, поднявшись на ноги, неустрашимый Джэб, махая над головой шляпой, продолжал выкрикивать оскорбления, затем вывел спрятанную за штабелем бревен лодку, вско¬ чил в нее и, преследуемый градом камней, выплыл в про¬ лив, где легкое суденышко быстро затерялось среди множества сновавших взад и вперед лодок. Но с беспокой¬ ством следивший за ним Лайонел видел, как Джэб пристал к берегу и вскоре скрылся из виду в затихших улицах городка. Пока разыгрывалась эта маленькая интермедия, траге¬ дия шла своим чередом. Ветер поднял пелену дыма, засти¬ лавшую гребень холма, и медленно погнал ее на юго-запад, открыв взору арену кровавой схватки. Лайонел заметил мрачные и многозначительные взгляды, которыми обменя¬ лись оба генерала, когда отняли от глаз подзорные трубы, и, взяв ту, что протянул ему Бергойн, понялт чем они вызваны, увидев число убитых, усеявших подступы к ре¬ дуту. Тем временем офицер, прибывший с поля боя, передал двум генералам какой-то важный приказ и поспешил к своей лодке, как человек, сознающий, что от его быстроты зависят жизнь и смерть множества людей. — Передайте, все будет выполнено, — повторил вслед удалявшемуся офицеру Клинтон, хмуря брови. — Артилле¬ рия получила приказ и выполнит его без отлагательства. — Вот, майор Линкольн, — воскликнул его любящий пофилософствовать коллега, — одна из самых тяжелых обя¬ занностей солдата! Драться, проливать свою кровь и даже умереть за монарха — его счастливое право; но подчас на его долю выпадает грустный долг — быть орудием возмез¬ дия. Лайонелу недолго пришлось ждать объяснения: вскоре раскаленные ядра, описывая в воздухе широкую дугу, по¬ летели в городок напротив, поджигая его скученные, легко воспламеняющиеся кровли. Через несколько минут-густой черный дым поднялся над покинутыми жилищами, и раздвоенные языки пламени, словно радз^ясь такому раз¬ 200

долью, весело забегали по тлеющей дранке. Молодой чело¬ век с болью в сердце смотрел на разгорающийся пожар, и ему показалось, что он прочел глубокое сожаление в гла¬ зах того, кто не колеблясь отдал жестокий приказ спалить город. Когда люди становятся свидетелями таких событий, часы кажутся минутами и время летит так же незаметно, как жизнь, ускользающая из-под ног старости. Смешав¬ шиеся шеренги англичан были остановлены у подножия холма, и солдаты, повинуясь команде офицеров, снова стали строиться с примерной дисциплиной и порядком. Свежие батальоны, только что прибывшие из Бостона, гордо мар¬ шируя, влились в колонны; все указывало на то, что близится новая атака. Когда прошла первая минута оцепе¬ нения, вызванная неудачей англичан, войска и батареи принялись стрелять по драгу с удесятеренной силой. Ядра бешено перепахивали травянистый склон, а черные угро¬ жающие бомбы, казалось, парили над редутом, будто воз¬ душные хищники, готовые низринуться на добычу. Но за низкими земляными брустверами все было тихо и недвижимо, словно их защитникам и дела пе было до исхода этой кровавой битвы. Только на несколько мгнове¬ ний на бруствере появился высокий старик; он неторопли¬ во шагал по валу, хладнокровно разглядывая расположение отдаленных линий английских войск, потом его нагнал какой-то человек, и, обменявшись несколькими словами, они скрылись за насыпью. Лайонел услышал, как в толпе шепотом произносили имя Прескота, и подзорная труба не обманула его, когда ему показалось, что спутник старика — тот самый благородный незнакомец, который председатель¬ ствовал на тайном политическом собрании. Все глаза следили теперь за продвижением батальонов, которые вновь стягивались к редуту. Головы колонн уже были в виду неприятеля, как вдруг со стороны горящего городка вверх по склону устремился человек; пренебрегая опасностью, он остановился на естественном гласисе и торжествующе замахал шляпой. Лайонелу даже показа¬ лось, что он слышит ликующий возглас, и по нескладной фигуре узнал дурачка, прежде чем тот успел спрыгнуть за вал. Правый фланг англичан снова скрылся в фруктовом саду, а колонны, двигавшиеся прямо на редут, опять в образцовом порядке развернулись с той внушительной 201

четкостью, которая достигается только дисциплиной. Блес^ нули стволы ружей, наведенных на вал, и Лайонел услы¬ шал, как стоявший подле него Клинтон пробормотал: — Пусть только не открывает огонь и он ворвется в редут на острие штыков! Но это оказалось слишком тяжким испытанием даже для привыкших к опасности королевских солдат. Раздался залп, за ним другой, и скоро шеренги англичан вновь ис¬ чезли в дыму собственных выстрелов. Тут ударили с редута, новые клубы дыма слились с прежним в одно обла¬ ко, окутавшее сражающихся, словно затем, чтобы скрыть содеянное от зрителей. Раз двадцать за короткие двадцать минут майору Линкольну представлялось, будто непре- кращающаяся трескотня американских ружей замирает, подавленная тяжелыми и правильными залпами англичан, но потом залпы как будто стали слабеть и промежутки между ними удлиняться. Вскоре, однако, все стало ясно. Густой полог дыма, спустившийся теперь до самой земли, был порван в десят¬ ках мест, и видно было, что расстроенные ряды англичан в беспорядке отступают. Сверкающие шпаги офицеров тщетно пытались задержать лавину, и многие полки оста¬ новились, лишь достигнув лодок. Одобрительный гул, словно порыв ветра, пронесся над Бостоном, и люди гляде¬ ли друг на друга с нескрываемым изумлением. Тут и там с неосторожных губ срывался радостный возглас, и мно¬ гие глаза светились торжеством, которое не всем удавалось подавить. До этой минуты в душе Лайонела боролись два чувства: гордость за свою страну и воинский долг, но те¬ перь последнее возобладало, и он стал грозно озираться, словно ища человека, который посмел бы радоваться пора¬ жению его товарищей. Бергойн все еще стоял рядом с ним, с досады покусывая нижнюю губу, но его более опытный товарищ внезапно исчез. Быстро оглядевшись, Лайонел увидел, что тот уже спустился с холма и собирается сесть в лодку. В один миг Лайонел очутился на берегу и еще издали крикнул: — Подождите, ради бога, подождите! Сорок седьмой полк в бою, а я майор этого полка! — Подождите его, — приказал Клинтон с той мрачной радостью, с которой встречают в беде надежного друга, — и гребите так, словно дело идет о вашей жизни, более того — о чести Англии, 202

Когда лодка отчалила от берега, у Лайонела голова все еще шла кругом, но уже на середине пролива он пришел в себя и мог оглядеться. Огонь перекидывался с кровли на кровлю, и все четыреста домов Чарлстона уже пылали, как один огромный костер. В вышине со свистом проносились ядра, и черные борта военных судов неустанно изрыгали пламя. Среди этого грохота и всеобщего беспорядка анг¬ лийский генерал и его спутники выскочили на берег. Клинтон бросился в толпу солдат, и они, узнав его и услы¬ шав его голос, опомнились.и остановились. Но пришлось долго напоминать им о прошлой славе и доблести, прежде чем к солдатам, которое были обращены в бегство и те¬ перь, оглядывая свои поредевшие ряды, недосчитывались и половины однополчан, вернулось какое-то подобие му¬ жества. Среди войск стоял их суровый и непреклонный командующий, но от блестящих молодых офицеров, кото¬ рые утром веселой гурьбой вышли с ним из губернатор¬ ского дворца, не осталось никого: кто был убит, кто ра¬ нен. Он один был, казалось, спокоен среди общего смяте¬ ния и, как обычно, хладнокровно и решительно отдавал приказания. Наконец паника понемногу улеглась, и отваж¬ ные, но посрамленные офицеры, снова овладев положе¬ нием, восстановили порядок. Оба генерала отошли в сторону и посовещались, после чего начались приготовления к новой атаке. На сей раз отказались от блеска и парада; солдаты оставили ненужную амуницию, а многие даже скинули мундиры, так как солнце немилосердно пекло, да и жар от пылающего городка давал себя знать даже у воды. Колонны были пополнены свежими ротами, и с луга сняли большую часть войска, оставив там лишь небольшой заслон с задачей отвлекать американцев, залегших за оградой. Когда подго¬ товка завершилась, был дан сигнал к наступлению. Лайонел присоединился к своему полку, но, маршируя на фланге колонны, он мог видеть почти все поле боя. Впереди шел батальон, от которого после предыдущих атак осталась лишь жалкая горстка. За ним следовал отряд морской пехоты под командой старика майора; затем рас¬ терянный и унылый Несбитт со своим полком, среди офи¬ церов которого Лайонел тщетно высматривал добродушную физиономию Полуорта. Такие же колонны наступали спра¬ ва и слева, охватывая редут с трех сторон. Зерез несколько минут Лайонел ясно увидел перед со¬ 203

бой скромное и так и оставшееся незавершенным земляное укрепление, за обладание которым в этот день было на¬ прасно пролито столько крови. Над редутом по-прежнему царила тишина, словно там не было ни живой души, но вдоль бруствера чернели грозные дула, следившие за дви¬ жением подходивших колонн, как глаза тех страшных обитательниц наших лесов, которым молва приписывает способность завораживать свою жертву. По мере того как артиллерийская канонада стала затихать, грохот руша¬ щихся домов и зловещий рев пожара слева сделались еще явственнее. Из тлеющих развалин поднимались черные столбы дыма и, расползаясь все шире, нависали над укреп¬ лением грозной тучей, бросавшей мрачную тень на поле: сражения. Тут стало видно, как из пылавшего городка на холм устремилась большая колонна, после чего общее наступле¬ ние оживилось и ускорилось. По взводам передали, что противник приготовился, а вслед за тем последовала коман¬ да: «В штыки! В штыки!» — Ура! Вперед, ирландцы! — закричал Макфьюз, бе¬ жавший во главе колонны, выскочившей со стороны горя¬ щего городка. — Ура! — отозвался хорошо знакомый Лайонелу голос с безмолвствующего редута. — Пусть только сунутся на Бридс, народ научит их уважать законы! В такие минуты мысль работает молниеносно, и Лайо¬ нелу показалось, что его товарищи уже завладели редутом, как вдруг шквал огня обрушился на передние ряды. — ...адцатый батальон, вперед! — подгонял майор мор¬ ской пехоты. — Вперед, не то честь победы достанется во¬ семнадцатому! — Куда там — под таким-то огнем! — ворчали солда¬ ты ...надцатого батальона. — Тогда посторонитесь и пропустите морскую пехоту! Слабый батальон разомкнулся, и привыкшая к руко¬ пашным схваткам морская пехота с громовым криком бросилась вперед. Американцы, истратившие весь порох, теперь угрюмо отступали, и кое-кто в бессильной ярости бросал в неприятеля камнями. Подведенная англичанами пушка стреляла по короткому брустверу с фланга, и его ни¬ как нельзя было удержать, а когда колонны подошли бли¬ же к этому низкому валу, он послужил защитой как для оборонявших редут, так и для нападающих. 204

— Вперед, ирландцы! — снова закричал Макфьюз, взбегая на вал, лишь немногим превышавший его гигант¬ ский рост.
– - Вперед! — отозвался Питкерн, потрясая шпагой, на другом конце укрепления. — Победа наша! Над редутом вновь сверкнула лента пламени, и всех храбрецов, что последовали примеру своих офицеров, сме¬ ло как ураганом. Гренадер еще раз издал свой военный клич и рухнул головой вперед, в гущу врагов, а Питкерн опрокинулся на руки собственного сына. Прогремел крик: «Сорок седьмой, вперед!»—и прославленный полк, в свою очередь, поднялся на укрепление. В неглубоком рву Лайонел пробежал мимо умиравшего старого майора, уви¬ дел обращенный к нему потухающий и безнадежный взгляд и через секунду сам оказался лицом к лицу с про¬ тивником. По мере того как англичане рота за ротой вступали в беззащитный редут, американцы в угрюмом молчании отходили, отбиваясь от штыков прикладами мушкетов и ружей, зажатых в мускулистых руках. Когда они оказались на открытом месте, колонисты попали под близкий и губительный огонь английских батальонов, ко¬ торые начали окружать их с трех сторон. Сражение пре¬ вратилось теперь в дикую и беспорядочную свалку — из-за тесноты пользоваться огнестрельным оружием было невоз¬ можно, и началась отчаянная рукопашная. Лайонел, перешагивая через трупы убитых, продолжал преследовать отступающего врага. Сумятица и горячка боя не помешали ему, однако, задержать свой взгляд на без¬ жизненном теле незнакомца, с которым судьба трижды сводила его. Оно было распростерто на опаленной траве, обильно политой его кровью. Среди диких выкриков и еще более дикой злобы рассвирепевших людей молодой человек остановился и оглядел поле битвы взглядом, в котором читалось: пора прекратить побоище. В этот миг блестящий мундир офицера привлек горящий ненавистью взгляд смертельно раненного фермера, который, собрав послед¬ ние силы, решил принести еще одну достойную жертву душам своих павших земляков. Блеснул выстрел. Созна¬ ние покинуло Лайонела, и он, бесчувственный к победе и к опасности, рухнул под ноги сражающихся. Потеря одного офицера в таком сражении была обстоя¬ тельством слишком маловажным, чтобы обратить на это внимание; полк за полком проходил мимо него, и никто не 205

наклонился посмотреть, жив ли он. Когда американцам удалось наконец оторваться от противника, они беспоря¬ дочной толпой, унося своих раненых, быстро спустились в лощину между двумя холмами. Местность благоприятство¬ вала отходу, й пули, не причиняя вреда, с визгом проно¬ сились над их головами, а когда американцы достигли склона Банкер-Хилла, то уже оказались вне досягаемости английских ружей. Видя, что сражение проиграно, засев¬ ший за оградой отряд фермеров покинул луг и скрылся за гребнем холма, догнав своих товарищей. Солдаты с кр1иком преследовали их и, хотя пули не достигали цели, продол¬ жали посылать вдогонку врагу залп за залпом. Однако на вершине Банкер-Хилла уставшие солдаты были останов¬ лены, и отсюда они смотрели, как толпа американцев под неистовым фланговым огнем артиллерии бесстрашно пере¬ секла перешеек, словно большинство из них были неуяз¬ вимы. День клонился к вечеру. После того как противник исчез из виду, корабли и батареи прекратили обстрел, и вскоре там, где еще недавно свирепствовал жаркий бой, нельзя было услышать даже ружейного выстрела. Войска принялись укреплять холм, с тайим трудом отбитый у вра¬ га, а генералам не оставалось ничего другого, как уда¬ литься оплакивать дорого доставшуюся победу. Глава XVII Она заговорила? Нет, молчит. Взор говорит. Я на него отвечу. Шекспир, «Ромео и Джульетта» Битва при Банкер-Хилле произошла в июне— на лу¬ гах еще стояли неубранные копны сена, — но за летними жарами пришли осенние холода, опали листья и уже на¬ ступил изменчивый февраль с его метелями и морозами, а майор Линкольн все еще лежал на той самой кровати, куда его уложили, когда принесли в беспамятстве с Чарл- стонского полуострова. Все это время английским хирур¬ гам никак не удавалось извлечь глубоко засевшую пулю, а при всем знании и опыте у них не хватало духу 206

перерезать некоторые артерии и сухожилия у единствен¬ ного наследника рода Линкольнов, не позволявшие им добраться до злополучного кусочка свинца, который, по их единодушному мнению, один препятствовал выздоровле¬ нию пациента. Так бедный Лайонел расплачивался за знатность, ибо, если бы на одре болезни томился Меритон, а не его хозяин, то он давно уже либо излечился бы, либо умер. Наконец, рассчитывая сделать здесь карьеру, из Европы прибыл предприимчивый молодой лекарь, кото¬ рый обладая большим искусством или большей самоуве¬ ренностью (что порой приводит к тем же результатам), без колебаний высказался за немедленную операцию. Штабные врачи лишь высокомерно кривили губы в ответ на требование своего решительного коллеги, довольствуясь сперва лишь этим молчаливым свидетельством своего пре¬ зрения. Но, когда друзья и родственники больного, всегда готовые внять шепоту надежды, дали согласие на то, что¬ бы самонадеянный приверженец зонда прибег к своим инструментам, его ученые собратья не только разомкнули уста, но подняли крик. И вот день-два даже измученные дежурствами, валившиеся от усталости молодые офицеры, забыв об опасностях и лишениях осады, с глубокомыслен¬ ными лицами старались вникнуть в непонятную тарабар¬ щину ученых мужей, и люди, которые даже перед лицом врага сохраняли невозмутимость, слушая их, бледнели и трепетали. Но, когда стало известно, что пулю благополуч¬ но извлекли и больной поправляется, воцарилась тишина, которая была несравненно более зловещей для рода чело¬ веческого, чем предшествующая буря. И вскоре смелый врач получил всеобщее признание как создатель новой теории. Чуть ли не все университеты Европы присвоили ему степень доктора медицины, старые понятия быди изменены в угоду новым фактам, и, прежде чем закончи¬ лась война, несколько тысяч слуг его величества и немало патриотов-колонистов расстались с жизнью по всем пра¬ вилам науки благодаря этому открытию. Мы посвятили бы целую главу подробному описанию подобного события, если бы новейшие естествоиспытатели давным-давно не опровергли эту практику — а в таких случаях теория, по-видимому, отпадает сама — рядом сме¬ лых исканий, которые время от времени открывают нам что-то новое в анатомии человека, подобно тому как в географической науке китобои Новой Англии открыли 207