Чтение онлайн

Как нам кажется, если бы даже Платон мог сформулировать и дать характеристику буддийскому понятию клеша, то он этого не сделал бы и не мог бы сделать по той причине, что общественная карма безгласно запретила бы ему это. Ибо индивиды, рожденные на земле там и тогда, где должен был восприниматься платонизм, кармически не должны были знать более того, что преподал Платон. Процесс саморазвития алая — виджняны идет в сансаре строго по ступеням: какой народ, какой индивид, где он должен пребывать, на какой ступени должен совершенствоваться в данном перерождении — все это знает общественная карма. Она не спутает: индивид точно, по определению кармы, будет в том месте земли, где он узнает учение Платона, но не больше. Если индивид познает истинное учение, то в следующем перерождении может переродиться там, где проповедуется буддийское учение. Буддийское учение идет, как мы писали выше, по двум этапам. Первый этап относится к познанию причины зла, которое держит живых существ в сансаре. Причина зла — это активность эмоций, называемых буддистами словом клеша.

В гносеологическом плане эмоция, по утверждению современной психологии, опирается только на первую сигнальную систему, она не есть познание, это только переживание. Но эмоции, объединенные с сознанием (мышлением), то есть с деятельностью второй сигнальной системы (что характерно для человека), создают понятийный, опосредованный и эмоционально окрашенный образ, соответствующий объективному отношению отражаемого объекта к потребностям личности. Этот эмоционально окрашенный образ мы называем активностью эмоции. В дальнейшем, где будет встречаться термин клеша — эмоция, мы будем иметь в виду только это. Иногда в момент обнаружения объекта, вызывающего эмоциональное чувство, клеша (эмоция) остается в пределах первой сигнальной системы, то есть в сфере чистого переживания. Отметим это.

Вторым этапом буддийского учения является изучение и познание путей, через которые индивид освобождается от сансарных пут и переходит к нирване. Пути эти были указаны людям буддами в соответствии с их индивидуальным умом, волей и кармическим состоянием.

Первый путь — это восъмеригный путь, на котором индивид через трудности, лишения и напряжение воли учится подавлять свои клеши и в конце концов обретает состояние архата. Это такое состояние святости, из которого индивид больше не возвращается в сансару, у него не действует ни одна клеша, его душевное волнение навсегда утихло, наступил полный штиль на поверхности житейского моря. Ничто на земле не трогает такого человека, никакими чувствами он не реагирует на события в сансаре. Пусть рушится мир, рвутся атомные бомбы — ничто его не выведет из состояния покоя. Этот путь есть путь исключительно индивидуального спасения. Архата не интересует судьба миллионов страдающих, ибо в нем отсутствует чувство альтруизма. Состояние архата не зависит от общественной кармы, он вообще больше не подчиняется ее законам, он больше не перерождается. Все это называется буддизмом хинаяны.

Этика хинаяны пронизана крайним индивидуализмом: человек, по ее наставлениям, должен уповать только на собственные силы, порвав связи с родными и избегая друзей. И даже такие святые хинаяны, как пратьекабудды, должны избегать толпы, слушавшей проповедь Будды. Столь же индивидуалистично и учение хинаяны о спасении. Только личная деятельность, подавление клеш, аскетизм и лишения, отказ от всего земного создают возможность, согласно хинаяне, осуществлять в себе блаженство, успокоение мысли и разума и стать безгрешным святым — анагамином и, наконец, архатом.

Второй путь — это путь бодхисаттвовского альтруизма. Один из важнейших предикатов Будды — жалость ко всем живым существам, страдающим в сансаре. Для того чтобы реализовать подлинное состояние Будды, индивид должен осуществить в себе бодхисаттвовскую мысль. На этом пути индивид должен пройти шесть или десять парамит в зависимости от развития ума и количества накопленных добродеяний. Здесь бодхисаттва воспитывает себя в абсолютном альтруизме и готов пожертвовать собою ради спасения живых существ в сансаре. Это и есть махаяна, здесь реализуется подлинное состояние Будды. Махаянский бодхисаттва должен воспринимать истинное состояние мира. Истинное состояние мира есть шунья (пустота).

В материальном мире существуют голые формы и явления, по своему содержанию они суть пустота. В мире нирваны все — шунья, кроме Ясного Света. Ищущий должен не только согласиться с аргументами теоретиков шуньяты, не только понять это учение, но обязан вживить его в себя как незыблемую истину и в жизненной совершенствующейся практике постоянно им руководствоваться. Такого убеждения и вживления в себя шуньи индивид достигает по мере подавления неведения, других клеш и путем беспрерывного накопления добродеяний через глубокую религиозную практику и веру.

Освоить и понять истинную сущность мира идей и мира явлений как шунью (пустоту) — значит перевернуть в своем сознании весь опыт, почерпнутый из мира явлений, то есть из материального мира. Подлинно шунья познается посредством религиозно — эмоциональной интуиции; нельзя познать шунью ни через диалектику, ни через волшебство логического построения ума, ни через эксперимент. С раскрытием в себе шуньи индивид обретает прозрение и неземное могущество, постигает несуществование индивидуального Я и теряет жадность, ибо все ценности, полученные через соприкосновение, становятся одинаковыми. Для такого человека кусок кирпича и ценный бриллиант имеют одну сущность; в природе он может различать вещи по их формам, размерам, окраске, но у него не будет желания приобрести то, что ему нравится, ибо понятий нравиться и любить у него не будет. Все это блокирует пути актуализации клеш жадности, страсти, эгоизма и т. д. Познать шунью — значит познать реальность дхармакаи, ибо реальность дхармакаи есть шунья.

Третий путь — путь тантрийского мистицизма, это самый сокровенный, самый быстрый и рассчитанный на немногих избранных путь. Поэтому основные практические методы тантрийской йоги держатся в тайне и засекречены от недостойных слушателей; они укрыты в хранилищах дакинь. Только учитель (гуру) может открыть их для достойного ученика.

Тантрийский путь имеет два этапа. Первый этап, или нахальная стадия, таков: ищущий учится созерцать, то есть приостанавливать вечное колебание мысли, ее перескакивание с одного явления на другое, учится останавливать сознание на созерцаемом объекте сначала на малую долю времени и постепенно увеличивать эту остановку мысли до неопределенных промежутков. Такая остановка сознания, или сосредоточение мысли на определенном объекте, называется самадхи.

Самадхи бывает двух видов: первый называется сампраджнята — самадхи, где ищущий сосредоточивается на определенном объекте и воспринимает только этот объект.

Второй вид самадхи — это асампраджнята — самадхи, при котором ищущий теряет ощущение объекта созерцания. Объект в процессе созерцания теряет свой облик и форму, ищущий автоматически постигает шунью. После "пробуждения" он не может ничего рассказать об объекте созерцания, это отчасти похоже на глубокий сон без сновидений.

На обоих этапах самадхи объектом созерцания является облик созерцаемого тантрийского божества со всеми его атрибутами. Ищущий сосредоточивается на том, что он сам обретает облик созерцаемого божества. Атрибуты, которые держит в руках божество, служат символическими инструментами для искоренения всех клеш, внутренних и внешних врагов — мар, препятствующих совершенствованию. На первой стадии ищущий превращается в божество и сознательно подавляет клеши, достигая блаженного состояния сознания, когда на него уже не действуют ни клеши, ни мары. Он, как архат, не реагирует на явления, происходящие в сансаре, и поэтому полон блаженства.

В христианстве тоже есть созерцание обожения. Например, почитание Христа иногда (у католиков) достигало форм крайней экзальтации — вплоть до такого страстного внутреннего переживания, что у некоторых верующих появлялись стигматы — раны на руках и ногах в тех местах, где у Христа были вбиты гвозди в момент распятия.

В буддийском тантризме в результате длительного постоянного созерцания Ямантаки (рогатого тантрийского божества) у йогина появлялись под кожным покровом черепа два небольших рога. Они оставались на голове постоянно, без всяких сиддхи. Значит, длительное сосредоточение сознания на одном объекте может изменить даже материальную структуру тканей тела, не говоря уже о человеческих эмоциях.

Второй этап, или завершающая стадия: здесь йогин на разных ступенях занимается психическим созерцательным процессом. На одной из ступеней он вдыхает космическую энергию — прану, она, как ветер, раздувает внутренний, зиндальский, огонь, расположенный в теле человека в области пупка. Огонь, разгораясь, подогревает и возбуждает то блаженство, которое уже было обретено в первой (начальной) стадии. Он же символически соединяется с юм — дакиней, которая есть разум, познающий шунью. В момент совокупления йогина с юм энергия юм по женским нервным каналам доходит до бинду, которая является сгустком, концентрацией блаженства. В момент соединения бинду с энергией юм происходит великое открытие — познание неразлигимости блаженства и шуньи. Этот процесс называется вхождением в единство блаженства и шуньи; познается он энергией юм, которая есть божественная мудрость (stong nyid rtogs pa’i Ыо).