Чтение онлайн

Израильской элите никуда не деться от фундаментального знания, что их отцы и деды захватили эту землю силой, что бы кто ни говорил, и с тех пор десятки лет удерживают ее силой. У гуманитарной (особенно, художественной) элиты присутствует тщетная надежда перескочить этот некомфортный моральный барьер на пути к своей, впрочем невиданной в истории, праведности.

Хотя это выглядит, как совершенно детское заблуждение, в склонности израильской культурной элиты к комплексу вины различимы свои чисто еврейские корни. Израиль имеет специфическое наследие почти трехтысячелетней давности, которое в какой-то степени может оправдать легкомысленное с обычной точки зрения поведение интеллектуалов.

Наши древние пророки, горько упрекая свой народ в неблагочестии, утверждали, что предстоящие Израилю военные поражения в жестоких войнах с Ассирией (а потом и с Вавилоном) будут посланы ему за его грехи: "За то, что они оставили закон Мой ... и не слушали гласа Моего, и не поступали по нему; ... вот, Я накормлю их... полынью, и напою их водою с желчью. И рассею их между народами, и пошлю вслед им меч..."

Хотя в наше скептическое время кажется, что были для этих поражений и более обыденные причины, древние пророки смотрели чрезвычайно, даже может быть чрезмерно, глубоко:

"Походите по улицам Иерусалима, посмотрите, разведайте, поищите на площадях его, не найдете ли человека, нет ли соблюдающего правду, ищущего истину? ... Дома их полны обмана; через это они и возвысились, и разбогатели. Сделались тучны, переступили даже всякую меру во зле, не разбирают судебных дел, дел сирот, благоденствуют и справедливому делу нищих не дают суда. ... Как лук, напрягают язык свой для лжи..Всякий брат ставит преткновение другому и всякий друг разносит клеветы. Каждый обманывает своего друга, и правды не говорит... ...Сердце мое рвется во мне, все кости мои содрогаются, стал

я подобен пьяному... Из-за Господа, из-за святых слов его, потому что страна полна прелюбодеев, потому что скорбит страна из-за ложной клятвы, засохли пастбища в пустыне; стремление их - зло и сила их в неправде." (Иер.23,9,10,11)

– Ну, действительно, похоже, что нравственный прогресс сильно отстает от технического. Человечество, хотя уже очень далеко ушло от лука и стрел, еще и теперь не пришло

к верности и прямодушию.
–

"Неужели Я не накажу их за это? Говорит Господь. ...

Вот Я приведу на вас, дом Израилев, народ издалека, народ сильный.... Колчан его как могила разверстая... И поест он жатву твою и хлеб твой, съест он сыновей твоих и дочерей твоих, съест овец твоих, объест он виноградник твой и смоковницу твою; опустошит мечем укрепленные города твои, на которые ты надеешься...".( Иер.5, 15.16,17)

Может быть, все это и было именно так. Пророков жгли несправедливость и неравенство, царившие в обществе, и, особенно, идолопоклонство людей избранного народа.
– "Вы оставили Меня и служили чужим богам ..Производите суд и правду и спасайте обижаемого от руки притеснителя, не обижайте и не тесните пришельца, сироты и вдовы, и невинной крови не проливайте..." Пророки решительно предпочитали гибель и поражение Израиля безответственной жизни в пучине греха. "Если спросят тебя (т.е. Иеремию, прим. А.В.): "куда нам идти?", то скажи им: так говорит Господь: кто обречен на смерть, иди на смерть; и кто под меч - под меч; и кто на голод - на голод; и кто в плен - в плен.... Устал Я миловать..." (Иер.15,2,6) Кому такой призыв придаст силы?

Вряд ли грехи Израиля заметно превосходили общечеловеческие грехи смежных народов, но пророки требовали от своего народа больше, чем от других. И считали военные поражения заслуженным наказанием "за слезы вдов и сирот", проливаемые от притеснений "сильными в Израиле".

Впрочем, по нравам того времени "вдовам и сиротам" грозили от агрессора те же смерть и неволя, что и "сильным".

Неистовый Иеремия заходил в своем пораженчестве так далеко, что открыто требовал прекратить всякое сопротивление Вавилонскому завоевателю. Царю Седекии (Цидкиягу) нехотя пришлось посадить его в яму, чтобы предотвратить разлагающее влияние его пропаганды на народ и армию.

Особенно резко Иеремия возражал против заигрывания Седекии с Египтом, как единственным тогда потенциальным союзником против восточной супердержавы. "Египет, - говорил еще другой пророк - как трость надломленная. Тому, кто обопрется о нее, она войдет (т.е. вонзится, прим. А.В.) в руку." Таким образом и в те, уже далекие, времена пророки не одобряли иллюзорные надежды на Запад перед лицом сокрушительного враждебного натиска Восточных деспотий.

Призывы пророков не спасли Израиль две с половиной тысячи лет назад, но заметно продвинули моральное состояние всего цивилизованного человечества за это время, так что в большой части мира эти разоблачения сегодня уже не всегда и не полностью актуальны. За 65 лет прошедшие после провозглашения независимости и Израиль уверенно присоединился к этой преуспевшей части; быть может, не в последнюю очередь именно потому, что считался с заповедями пророков в гораздо большей мере, чем окружающие его общества. Значит ли это, что былые проклятия пророков сегодня уже теряют свою силу?

Простой еврейский народ в массе, к сожалению, и тогда, и сейчас, был не слишком внимателен к речам пророков. Другое дело - интеллектуалы, оттачивавшие на риторике пророков свой стиль в высоком иврите и красующиеся своим гуманизмом. "Вдовы и сироты" (т.е. имущественное неравенство) и "пришельцы" (т.е. палестинцы, иностранные рабочие и инфильтранты из Африки) превратились в главные темы, на которых ивритские журналисты, театральные режиссеры и кинопродюсеры упражняются в своей праведности. Однако, правда состоит в том, что вопрос о праведности, как и две с половиной тысячи лет назад, начинает волновать простой народ только после решения всех остальных вопросов.

Можно, конечно, осуждать такую простоту. Но наивно ожидать от народа беженцев и диссидентов самоотверженности, превосходящей все международные нормы. Ситуация становления, возникновения и укрепления государства, в начальной фазе которой мы сейчас находимся, соответствует совсем не временам Иеремии, когда Израиль (т.е.Иудея, прим. А.В.) был уже на закате своего более чем 300-летнего существования и изрядно нагрешил), а ранней поре завоевания Ханаана ("Книги Судей"), когда Израиль был еще буйной конфедерацией племен и не ведал ни греха, ни праведности.

И сейчас ведь нет у нас еще морального единства в Израиле, как нет и согласованности (т.е."царя" - прим. А.В.) в деятельности разных государственных институций. Речи пророков не потеряли своей моральной силы, но они потеряли большую часть своей применимости к сегодняшней обстановке.

Именно пророки особенно популярны в среде христиан, привыкших восхвалять (но отнюдь не всегда практиковать!) уступчивость и кротость. Оказалось, что наиболее сочувственную аудиторию израильские интеллектуалы обрели не в своей стране среди соотечественников, а в Европе, среди потомков многолетних гонителей своего народа. Сомнительность такой позиции отнимает у них ту моральную высоту, которую могло бы дать им следование пророкам, тем более, что такое, слишком буквальное следование, ведет к дезориентации народа и, в конечном счете, к национальной аннигиляции.

Спору нет, и морально, и материально еврейскому народу было бы лучше жить в признанных границах и опираться на твердые международные соглашения, гарантирующие его безопасность. Но судьба в ХХ в. распорядилась иначе. И я боюсь, что при сложившейся международной атмосфере ожидать таких соглашений нам предстоит еще много лет.

Поверхностное и необъективное освещение событий в СМИ привело к тому, что любой обыватель в любой стране считает себя сейчас вправе уверенно судить об Израиле и его политике. Заветы наших пророков, конечно, отчасти изменили мир (большую его часть), но до праведности ему все еще бесконечно далеко. Сентиментальные проповеди о "вдове, сироте и пришельце" все теперь любят приговаривать как заклинание, но в Торе им предшествуют гораздо более фундаментальные указания, которые равно игнорируются и нашими знатоками Библии, и, особенно мировым общественным мнением (включая большинство делегатов ООН): "Не разноси ложного слуха; не давай руки твоей нечестивому, чтобы быть свидетелем о неправде.