Чтение онлайн

— Дева мира. Как её называют ещё, Хранительница Мира. А кувшин — это жизнь, которая будет литься, пока Хранительница Мира будет жива. Правда платье раз от раза меняется. Где-то юката, где-то свадебное и так далее.

Несмотря на то, что Инна уже сложила ладони вместе, зажав монетку между ними, и склонила голову, словно молилась, она приоткрыла один глаз, скосила взгляд на меня и улыбнулась.

— А ты прошареный.

— Я много читаю.

— Начитанность не ум.

— Я никогда не говорил, что умный.

— Да? Ну может, может… В любом случае, надо загадать ей желание, авось и услышит меня.

— Она не существует, — категорично заявил я.

— Ты даже не представляешь, что в мире существует, идиот, — беззлобно ответила Инна. — Мир куда шире, чем кажется на первый взгляд, и я отнюдь не единственная его представительница. Так что не беси меня и не серди Хранительницу Мира.

Она выдохнула со звуком «ах», отбросив монетку в фонтан, и та с характерным «плюх» упала в воду. При этом Инна выглядела какой-то взволнованной и радостной одновременно, словно только что сделала то, о чём мечтала всю жизнь.

— И что же ты загадала? — спросил я, глядя на то, как вокруг фонтана кучкуется много народа и половина занимается примерно тем же самым, чем и Инна.

— Загадала, чтоб всё хорошо было у меня. Мне удача понадобится, — возбуждённо посмотрела она на статую.

— И в чём же? — решил узнать я.

— Ну… есть кое-что, — ответила Инна неопределённо. — Всем есть о чём мечтать.

Глядя на Инну, я невольно начал думать о том, что быть может что-то да существует в мире. Не Бог или Хранительница Мира, но нечто подобное. А ещё и какие-нибудь волшебные расы наподобие эльфов или ещё кого. Конечно, может я преувеличиваю, однако теперь я не отрицал подобного.

К тому же… может тоже загадать желание?

Хотя чего мне желать? Я вроде уже и получил всего, чего хотел. Вчера обговаривал с сестрой некоторые нюансы, после чего она захватила деньги и поехала в Сильверсайд. Суть отмывания денег была проста, по крайней мере та схема, которую мы собирались использовать. Она меняет деньги на фишки, играет немного, просаживает определённую сумму и меняет их на деньги, уже совершенно чистые. Учитывая, что многие казино — та же самая мафия, то тут никому никаких претензий не будет и все получат то, чего хотят. Казино немного денег, а мы — чистоту наших финансов.

Так что… только деньги зря тратить. Цент доллар бережёт, так что я отвернулся от фонтана.

И сразу наткнулся взглядом на канализационный люк в полу. Забавно встретить подобное в торговом центре, однако здесь под городом во многих местах проходят подземные реки. Оттого существует немало коллекторных труб, что расходятся в разные стороны. По ним можно выйти куда угодно.

— Зря ты не бросил монетку, — сказала Инна, отрывая меня от мыслей. — Может быть твоё желание услышали бы.

— Моё желание уже услышали, так что плевать. У меня есть всё, что нужно.

— Какой неприхотливый, — не могу понять, она хвалит или морщит нос? — О, вон эти обормоты идут!

Она указала пальцем на двух парней, что шли к нам. И если Алекса я узнал, то вот Малу… то есть Матвей, выглядел иначе. Более прилично, если так можно выразиться.

Он словно стал немного выше, волосы, зачёсанные назад, делали его более открытым и менее гоповатым, хотя борзое выражение лица никуда не делось. Теперь он скорее напоминал одного из тех высокомерных парней, которые никого ни во что не ставили, если денег у тех было меньше.

А ещё между ними была девушка в чёрных непрозрачных очках. С конским хвостом на затылке, она выглядела слегка зажатой, словно не в своей тарелке, пусть и улыбалась. Возможно, из-за того, что ничего не видит, а вокруг много людей, она чувствовала свою беспомощность. Её пальцы были белыми от того, как она вцепилась в руки брата и своего парня, что буквально тащили её.

Теперь мне стало понятно, кто познакомил Алекса и Матвея. Да и почему Алекс вдруг стал подтягивать учёбу. Глядя на слепую девушку, я, кажется, понимаю, как сильно может любовь поменять человека.

— Она-опа, а вы чё тут так уединились? — оживился Алекс, когда мы подошли ближе.

— Уединились? — я оглянулся. — Мне кажется, это невозможно назвать уединением.

— Алекс идиот… — фыркнула Инна и коснулась руки девушки. — Здравствуй, Мари, рада тебя видеть.

— Инна! Привет, я так ждала тебя в гости, а ты не пришла, — её голос чудовищно хрипел. Так сильно, как у старого рокера, который успел хорошенько накуриться, заболеть ангиной и потом сорвать связки. — Кто-то рядом с тобой? — она повернула голову чуть правее меня. — Здравствуйте.

— Добрый день. А вы, видимо, Мари. Алекс многое о вас рассказывал.

— Надеюсь, только хорошее, — улыбнулась она и протянула руку, теперь уже ко мне, видимо, более точно определив моё положение по голосу. — Тебя зовут Руд, как понимаю?

— Естественно, он только хорошее о вас и говорит.

Очевидно, что я бы не стал ей рассказывать, что он предлагал Сирени… вернее, Инне вчетвером оргию провести. Она может и не понять юмор.

— Не надо на вы, я тебя младше.

— Боюсь, что нет, детка, — вмешался Алекс. — Он тебя младше. Он тут у нас вообще самый молодой!

— Везёт же некоторым, — пробормотал Матвей.

— Не бузи, — толкнула его в бок сестра. — Ты сам-то не старый.

— Так, ваши сюсюканья очень хороши и интересны, — прервала нас Инна, — но мы-то жрать собираемся или нет?

— Да, я тут как раз знаю, куда сходить, погнали, — махнул он рукой и повёл нас через толпу.

Теперь уже под руку Мари взяла Инна, о чём-то разговаривала с неё в то время, как Мал… то есть Матвей, шёл рядом со мной. Я по привычке называю их так, как называл на протяжении этих трёх месяцев.

Мы шли на кое-каком удалении от них, потому могли спокойно разговаривать и не бояться, что нас услышат. В то же время гомон оживлённой толпы вполне глушил нас и не давал подслушать.

— Тебя не узнать, — отметил я.

— Зато ты ни капельки не изменился. Хоть бы одел чо-нить нормальное. Я серьёзно.

— Оденусь. Потом.

— Слушай, Руд, есть разговор кое-какой о…

В этот момент в нас врезалось какое-то дитё на полном ходу и едва не улетело на пол от столкновения — мы одновременно за обе руки умудрились её поймать: я за левую, он за правую, и поставить на ноги обратно.