Чтение онлайн

Плохо, что у нас всё довольно меркантильно — никто не будет становиться лучше, если не видит пользы от этого. Тот же Скрипка становится лучше, чтоб подняться, и будет подниматься всё выше и выше, пока не достигнет потолка. Только бизнес, никакой чести.

Да, сложно…

Дома меня уже ждали две мелкие оторвы в лице Эйко и Сони. И что приятно, Эйко меня сразу узнала. Рассмеялась, потянула ко мне радостно ручки, показывая прорезающиеся белые молочные зубки.

— Иди сюда, моё маленькое обворожительное чудовище, — улыбнулся я, беря её на руки. — Надеюсь, ты меня на радостях не описаешь.

Попутно я кивнул няньке, что она свободна и может идти. Та, немного поклонившись, сразу направилась к выходу.

— Счастье-то какое, — усмехнулся я, садясь на корточки. — А ты, солнышко, чего стоишь? Боишься?

Я улыбнулся Соне, которая неуверенно стояла в сторонке, застенчиво косясь на меня и теребя подол своего сарафанчика. Услышав меня, она смущённо подняла глаза.

— Ну чего ты? Иди сюда, — поманил я её рукой.

— Я… я… я сожгла… машину… — пробормотала она.

Во-первых, она теперь говорила ровненько, пусть и неуклюже. Теперь не делила слова по слогам, что прогресс. Во-вторых, что за машина?

— Какая?

— Там. Во дворе. Машинка. Я… немного. Пж-ж-ж…

— Немного пж-ж-ж? — это она про огонь? — Сожгла, что ли?

— Угу.

Так, а Фея об этом не рассказывала.

— А как так получилось-то, горелка моя ненаглядная? — мягко спросил я.

— Я… хотела… огонь… пож-ж-ж… а потом… ты…

— Что я? — не понял я.

— Что-то случилось… — неуверенно ответила она.

— Со мной что-то случилось?

— Угу…

— Это тебе рассказал кто-то?

— Я… почувствовала.

— Почувствовала? — удивился я. Хотя очень быстро вспомнил, какие вообще клоны бывают. И если верить Нинг, то эта девчонка едва ли не всё в одном. Практически оружие массового поражения, если правильно научить и воспитать, как я понял. — Ты меня чувствуешь?

— Немножко, — смутилась она. — Тебе было очень-очень плохо. Я… я почувствовала.

— Как?

— Немного тут, — указала Соня пальцем на голову.

Телепатия? Или что-то в этом духе?

Честно говоря, я даже и не знаю, что думать по этому поводу. Соня может чувствовать меня. Нет, у меня есть объяснение — и я, и она клоны. А я сам ещё становлюсь вполне открытым для вот таких вторжений, когда поддаюсь эмоциям. Иначе говоря, своей силой она могла в момент моей слабой ментальной защиты просто почувствовать. Примерно так же, как и тот голос какой-то ведьмы.

Но, вспоминая слова Нинг, насколько она сильна?

— А машину ты сожгла из-за этого? — осторожно спросил я.

— Я… я разозлилась, — тихо произнесла Соня, словно сделала что-то постыдное.

— Разозлилась и ударила огнём по машине?

— Нет, я просто разозлилась, и стало… немного жарко… и… сила… я… подожгла машину, — её губы затряслись, а мне сразу вспомнилось, как Соня расстроилась из-за трубы и сразу понизила температуру воздуха в туалете. И я могу вспомнить ещё несколько случаев, когда импульс буквально вырывался из неё, пусть дальше небольших молний или локального похолодания в квартире это не уходило. Но значит, что Соня действительно не управляет иногда импульсом.

Нехорошо…

— Ну ты сильна, Соня, — ласково произнёс я, протянув руку и вновь поманив её. — Иди сюда, моя свечка.

Соня внимательно, я бы сказал, пронзительно посмотрела на меня своими глазами, которые порой пугали сильнее, чем глаза матёрых убийц, после чего её губы затряслись, и она бросилась ко мне, расставив широко руки.

— Ну всё, нечего расстраиваться, — погладил я её по спине и голове, чувствуя, как она начинает пускать слёзы. — Сожгла и сожгла, чёрт с этой машиной.

— Я случайно… тебе было плохо… а потом ты просто… разозлился… — шмыгнула Соня носом под конец.

— Я понял, Сонь. Всё в порядке, хорошая моя девочка.

Хотя ничего не в порядке. Я подозреваю, что сожгли тот полицейский бронированный грузовик, что стоял во дворе.

А могла же сжечь и весь дом вот так от злости. Насколько я помню, когда она расстраивается, начинает холоднеть, когда ей весело, идут молнии, а когда злится, видимо, начинает всё поджигать. Она как бомба замедленного действия, получается.

— Ладно тебе плакать, — вздохнул я, стараясь говорить ласково. Поднял обеих и понёс к кровати. — Давайте я вам почитаю, мои маленькие принцессы.

— Про… Золушку? — шмыгнула она носом.

— А ты хочешь про Золушку? — посмотрел я на неё.

Она кивнула.

— Ну давай про Золушку, — согласился я. Лишь бы в квартире температуру не опустила ниже нуля.

***

Уже на следующий день я стоял перед больницей рядом со своей охраной. Фея предлагала мне взять выходной и отдохнуть, но я сразу отказался от этой затеи. Смысл отдыхать, если я спал там почти четверо суток, да и не чувствуют себя уставшим? Да, были проблемки, но, к примеру, я не высыпался же потом сутки после того, как вернулся из Ханкска. Или они там думают, что меня пытали? У меня даже путанность в координации пропала, хотя я до сих пор путаю левую и правую руку, если честно.

Как и в прошлый раз, мы поднялись на этаж Стеллы, где я, оставив охрану, пошёл к ней в палату. Стелла лежала там на кровати с ребёнком на руках, кормя его грудью. Когда я вошёл без стука, она недовольно покосилась на меня.

— Стучать не учили, или думаешь, что здесь бог и повелитель? — тут же бросила Стелла мне.

Говорят, что иногда агрессия — признак того, что человек тебя боится. Я не могу сказать, что это всегда верно, но в конкретном случае так оно и есть. Как бы Стелла передо мной ни кичилась, это было видно, как видят хищники слабость жертвы.

— Я здесь бог и повелитель, — не моргнув глазом, ответил я, спокойно закрыв за собой дверь. — Тебе пора, Стелла.

Сейчас я чувствовал себя куда более спокойно, чем в прошлый раз. Если тогда, направляясь сюда, я толком и не знал, правильно ли поступаю, да и вообще, что почувствую, взглянув на убийцу Саки, то сейчас всё уже было решено, и от этого было легче. Стелла уедет отсюда так или иначе, живой, попрощавшись со своим мужем-наркоторговцем, и я её не трону. Твёрдый план будто придавал как уверенности, так и душевного спокойствия. Хотя на душе всё равно скребли кошки — с этой Стеллой были связаны неприятные воспоминания.

— Куда пора? — хмуро спросила она.

— Из города, Стелла, — ответил я. В её глазах то и дело мелькал страх, как бы она его ни пыталась спрятать. — Как и сказал, ты съездишь на кладбище проститься, после чего уедешь из города навсегда.

— Уеду? — недоверчиво переспросила она.

— Да, уедешь. Я не твой муж, который стреляет в спину, — пожал я плечами.

— Да кто бы говорил! — неожиданно разозлилась она, тем самым напугав малютку, которая оторвалась от груди и расплакалась. Бросив на меня ненавидящий взгляд, Стелла принялась успокаивать своё чадо.