Чтение онлайн

А ещё культивация, стоило постараться пробиться хотя бы на первую ступень. Люнь повторяла, что после первой ступени, когда я пробью русло для потоков, дальше наращивать их будет гораздо легче.

Однако стоило мне начать, как Люнь негромко произнесла.

— Сянцзян наблюдает за тобой.

Так…

Я остановился, но, даже не повернув голову, спросил:

— Сянцзян, вы хотели что-то спросить?

— У вас острое восприятие мира, Юнксу. Мне казалось, вы не должны заметить меня, — ответила она. — Мне было интересно посмотреть на вашу тренировку, признаться честно. Вы каждый день в свободное время уходите, и простите моё женское любопытство, мне было интересно взглянуть.

— Да ничего, — обернулся я к ней. — Сказать по правде, мои способности довольно посредственны.

— Мальчики выглядят мило, но вырастают и выглядят мужественно. На то это и рост, чтобы прийти от начала к концу, если таковой существует.

— Понятно…

Я не знал, что ей сказать, а тренироваться под взглядом кого-то было как-то… неуютно, что ли. Я только с Лисичкой мог тренироваться. Она видела мой позор с самого начала и в принципе научила выживать в этом мире, благодаря чему я до сих пор топчу эту землю.

Блин, интересно, как она там?

— Пси! — тихо чихнула Лин тоненьким голоском, совершенно не соответствующим её строгой и холодной внешности, и едва не упала, схватившись за Пейжи. Они двигались по высокому заснеженному склону, и стоило здесь сорваться, как тут же полетишь вниз. Но едва Лин выпрямилась, как… — Пси! Пси-пси-пси-пси-пси…

Она чихала и чихала, вздрагивая каждый раз, не в силах остановиться, аж слёзы на глазах выступили, пока Пейжи поддерживала её, чтобы подруга не скатилась с откоса.

— Что же такое… — пробормотала Лин и… — Пси! Пси-пси-пси…

Как сказал бы Инал: «ля, милота-то какая».

Смог бы я её сейчас победить? Ведь она тоже была уровня Расцвета на стадии очищения. Вообще, у меня должны были быть шансы, ведь я коснулся таланта, а она нет (знаю потому, что это самоубийство, а мне подфартило).

— Вы хотели что-то спросить? — поинтересовался я.

— Простите, если отвлекла, просто… — Сянцзян медленно спускалась с холма ко мне… — хотела посмотреть, как вы занимаетесь. У меня такое чувство, будто я сама умею фехтовать, когда гляжу на вас, хотя ничего не помню. Вы позволите мне?

Я осторожно передал в её протянутую руку меч, рукоятью вперёд.

— Вы знаете, кто я? — негромко спросила Сянцзян.

— Без понятия, хотя есть догадки. Думаю, в столице вы найдёте ответ на этот вопрос.

— Спасибо, — кивнула она.

— За что?

— Что поможете мне вспомнить, ведь… — выдохнула и улыбнулась. — Я чувствую, много чего чувствую, но не могу объяснить этих чувств, так как не знаю, чем они вызваны. Тоска, непреодолимое желание, тревожность… это беспокоит меня.

Она покрутила в руке меч, после чего сделала взмах. Хлёсткий, отличающийся от моих ударов. Он был быстрым, поистине быстрым и точным, будто Сянцзян била кнутом, а не мечом. Кивнув, она сделала шаг вперёд и сделала пару ударов, при этом будучи полностью расслабленной.

— Да, я помню, как управляться мечом… — сказала Сянцзян самой себе, после чего повернулась ко мне. Сделала пару шагов и неожиданно обняла.

Честно говоря. это застало меня врасплох, но я не стал отталкивать её. По крайней мере, сейчас, когда она не пытается меня убить.

У меня пусть и встало, но какого-то прямо-таки возбуждения я не чувствовал. Так обнимали только люди, которые скучали по кому-то. С теплом и добротой, будто пытаясь заключить человека в своих объятьях так крепко, чтобы отпечатать у себя на душе человека.

— Я чувствую пустоту в сердце, — негромко произнесла она. — И мне становится легче, если я вас обнимаю, будто… заполняю эту самую пустоту хотя бы отчасти.

— Вы удивительно откровенны, — заметил я.

— Какой смысл что-либо скрывать, когда это будет вредить лишь мне и только мне? — задала Сянцзян встречный вопрос. — Я скучаю.

— По кому?

— По своему ребёнку. Не знаю, что меня сподвигло его оставить или отпустить, но я хочу вернуть его.

— Понятно… — протянул я. — А вы ещё что-нибудь вспомнили?

— Обрывки, — негромко ответила она. — Я вспоминаю, лишь когда чего-то касаюсь или вижу. Будто это ключи к моим воспоминаниям.

Значит, не зря я спрятал веер и сумку от её глаз подальше. Я не чувствовал угрызений совести — меня уже достаточно поимели, чтобы не чувствовать подобного. Вот какую-то озлобленность на мир — это да, есть такое. Я вроде как ничем не заслужил, чтобы меня судьба крутила на всех выступающих частях тела. И чем больше меня озвиздюливают, тем сильнее хочется озвездюлить всю округу в ответ.

Хотя в её объятиях мне даже как-то спокойно было, что ли.

— Когда мы придём туда, куда вы направляетесь, вы меня оставите, верно? — негромко спросила Сянцзян.

— Скорее всего.

— Одну? Просто… без памяти я не знаю, куда мне идти, и вы пока единственная моя связь с внешним миром. Я бы не хотела остаться напротив него всего одна.

Так вот чего ты остерегаешься — боишься банально потеряться без меня? Что без памяти тебе просто останется бродить, надеясь на чудо, а так со мной у тебя есть хоть какие-то шансы найти дорогу обратно, откуда пришла?

— Я бы не волновался на этот счёт, — ответил я. — У меня есть определённые подозрения, что там вы, Сянцзян, найдёте ответы на свои вопросы и сможете частично вернуть память, если не вовсе найти дорогу домой.

— Думаете?

— Уверен.

— Это хорошо, — негромко ответила она. — Спасибо вам.

Когда Сянцзян ушла, я ещё некоторое время смотрел ей вслед, не совсем понимая её порыв. Пообниматься-то ясно, обнимашки — это как исцеление, спасает от большинства психологической хвори. А вот её попытки помахать мечом… пытается вспомнить что-то с помощью того, что умеет?

Помашет и вспомнит?

Не знаю, но кое-что я всё же неожиданно осознал, глядя на то, как она наносила удары.

Это не стиль «Танец морозного огня» или «Атака северного ястреба» и уж точно не «Как умею, так машу», но сами её движения, они будто были ответом на то, как было правильно работать клинком.

Я смотрел перед собой, пытаясь вспомнить все те движения, которым меня учила Чёрная Лисица. Каждое из этих движений, каждый тычок и взмах, то, в какой последовательности я их буду наносить. Я всё это знал, но сейчас повторял в голове, после чего…