Чтение онлайн

Дыхание Трейс стало глубоким, но мои чертовы глаза все никак не желали закрываться.

Около часа спустя, когда я все еще продолжал размышлять на тему, стоит или не стоит мне пытаться уснуть, она зашевелилась.

– Нет! Не надо! – застонала Трейс, заметавшись по кровати. – Пожалуйста, Никсон. Нет! Нет! Не уходи! Не надо!

Мое сердце разбилось. Я быстро запрыгнул на кровать и притянул ее в мои объятья.

– Чщщ, Трейс, все хорошо. Ты в безопасности. Все хорошо.

На мгновение она напряглась, а затем расслабленно обмякла в моих руках.

– Нет, это не хорошо. – ее голос был слабым и скрипучим. – Единственная вещь, которая могла бы сделать эту жизнь хорошей – это если бы Никсон был еще жив. – Она повернулась в моих руках и легко прикоснулась своими губами к моим в коротком поцелуе. – Но ты был прав.

Настала моя очередь нервничать.

Трейс сжала мое лицо в своих ладонях.

– Это несправедливо – быть всегда вторым. – ее глаза наполнились слезами. – Он ушел. А ты здесь, Чейз. Ты всегда был здесь.

Я сглотнул.

– Ты. – она подарила нежный поцелуй моим губам. – Первый, Чейз. Я хочу, чтобы ты был первым. Я выбираю тебя.

Глава 42. Чейз

Лунный свет освещал лицо Трейс, пока она сидела у меня на коленях.

– Скажи что-нибудь, Чейз.

– Нам нужен сон.
– наши лбы соприкоснулись.
– Мы оба сейчас слишком эмоциональны, нам нужен отдых. Поспим и отправимся завтра в лабораторию… Я куплю нам кофе, и мы попробуем начать нормальную жизнь.

– А что насчет «нас»? – Трейс коснулась ладонью моего лица, ее глаза были полузакрыты от усталости.

– Мы поговорим утром.
– я осторожно лег на кровать и потянул ее за руку, чтобы она легла на меня. Она вздохнула и положила голову на мою грудь. Через несколько секунд ее дыхание замедлилось, и я замер, уставившись в потолок, гадая, как, черт возьми, я объясню Никсону, если он выжил, что я забрал у него единственную причину жить.

Солнечный свет пробился через окно. Руки Трейс обвивали меня. Я выводил небольшие круги на ее спине, наблюдая за ее сном, зная, что в моих руках она в безопасности от всего.

Дверь распахнулась.

Это был Текс. Я поймал себя на мысли, что у него должна быть очень веская причина, чтобы врываться в такой неподходящий момент. Он посмотрел на кровать, а потом перевел взгляд на пол, где я обычно спал. Он сглотнул и моргнул несколько раз, не говоря ни слова, но в этом не было необходимости. Он должен был знать, что рано или поздно это произойдет. Каждый из нас делал шаг вперед, это было необходимо, но чертовски больно.

Текс шагнул в комнату.

– Я просто хотел узнать, не хотите ли вы кофе? Мо готовит завтрак и… ну, мне показалось, что было бы хорошо поесть вместе, как раньше, до… - он не договорил.

Чувство вины сжигало меня изнутри.

Но я ничего не мог сказать.

– Конечно, дай нам пару минут, ладно?

– Да, конечно.
– он попятился из комнаты.
– Если тебя это утешит, я знаю, что ты любишь ее.

Его слова заставили меня замереть. Боль ранила все больше с каждой секундой.

– Да, я люблю ее.

– Как и он когда-то любил ее.
– Текс кивнул и вышел из комнаты. Я был официально истерзан. Как и Трейс, хотя она даже не подозревала об этом.

– Эй, - прошептал я, прикоснувшись к ее волосам, - соня, пора вставать. У тебя сегодня химия с Лукой, и я очень надеюсь, что ты «нечаянно» сожжешь все здание.

– Я не поджигаю вещи.
– проворчала она в ответ. – Сколько времени?

Она подняла голову и моргнула несколько раз, словно пытаясь прийти в себя после сна. Она была так прекрасна, ее золотисто-карие глаза сияли, прядь волос упала на лицо. Я не мог подобрать слов. Я чувствовал себя полным идиотом, потому что позволил одурманить себя.

– Чейз? – она прищурилась. – С тобой все в порядке?

Нет. Я умирал. Изнутри…Моя жизнь казалась бессмысленной без нее. Сейчас, зная, каково это – проснуться рядом с ней, держать ее в объятьях. Знакомая боль рубила изнутри, будто я был погребен на дне океана.

– Эм, да, я просто устал. Ты храпишь, кстати говоря.

Она нахмурилась.

– Ты говоришь, как Никсон.

В комнате повисла тишина. Я не знал, что сделать, чтобы снять напряжение, поэтому просто пожал плечами и рассмеялся.

– Ну, мы всегда были чем-то большим, чем просто братьями.

Дерьмо. Я не думал об этом до этого момента.

Ад. Мы были кузенами со странным происхождением, которое заставило нас быть практически настоящими братьями. Мы оба влюблены в одну девушку. Мы буквально поделились родителями. В Библии не написано, что ты обречен на бесконечные пытки в Аду за то, что забираешь у кузена девушку. Даже если именно этого «кузена» воспитывал твой отец. Какой бардак… Тем не менее, Трейс и Никсон не были женаты. Это сделало ситуацию менее ужасной.

– Я пойду в душ, ладно? – Трейс прервала мои мысли и направилась в сторону ванной. Я схватил свои вещи и направился в гостевую ванную. Через пятнадцать минут я был уже готов. На мне была форма «Игл-Элит», черные брюки с белой рубашкой, красный свитер и куртка. Зайдя на кухню, меня окружил запах колбасы и яиц.

– Эй, Гарри Поттер, рад, что ты смог сделать это.
– пробормотал Текс из-за стола.

– Ты откладывал эту фразу четыре года, не так ли? – я покачал головой. – Неубедительно, я не похож на Гарри Поттера. Не будь задницей только потому, что у тебя нет занятий по четвергам.

Он ухмыльнулся.

Я схватил стакан апельсинового сока и сел за стол.

Мил была все еще была в пижаме, она сидела в углу и читала газету.

– Твой глаз заживает.
– подчеркнула она, практически не открываясь от бумаги.

– Нет, спасибо тебе за это.
– я схватил кусок тоста.
– Мне повезло, что я выжил.

– Выжил после чего? – спросила Мо и посмотрела на меня.
– Святое дерьмо! Что случилось?!

– Может, так он поймет, что не следует одновременно идти и пить… - усмехнулся Текс.

Взглянув на него, я ответил:

– Может, мне стоит прямо сейчас свалиться на стол?

– Ты должен быть более осторожным.
– Мо поставила тарелку с едой прямо передо мной.

– Верно.
– ответил я. – Я буду осторожным в следующий раз, под этим я подразумеваю, что буду держаться подальше от Мил.

– Правда? – спросила Мо.

– Ничего.
– Мил мило улыбнулась моей сестре и послала мне яростный взгляд. Я улыбнулся и откусил тост.

– Боже мой, ах, какой запах! – Трейс зашла в комнату, и я тут же поперхнулся.