Избранный
Шрифт:
одновременно, моя женщина. Ты намного больше, чем какая-то отдельная деталь в тебе.
Она сморгнула слезы и подошла к шкафчику. Стараясь не сорваться, она сказала:
– Нам понадобятся тарелки, вилки и ножи?
Оказалось, им не понадобилось ничего из этого.
Когда он закончил приготовлением еды, они принесли все на стол... но все осталось
нетронутым, остывая и теряя вкус. И она понимала, что их время на исходе, когда он начал
постоянно смотреть на часы.
А потом все закончилось.
– Я должен идти, - хрипло произнес.
Когда их глаза встретились, он потянулся через стол и взял ее за руку. Взгляд его
светился, поскольку он столь же сильно был охвачен эмоциями, его темно-синие глаза
сияли печалью и любовью.
– Я хочу, чтобы ты кое-что запомнила, - прошептал Кор.
Лейла шмыгнула носом и постаралась быть такой же сильной, как он.
– Что?
На Древнем Языке он произнес:
– Куда бы я ни отправился, ты никогда не будешь далека от меня. Где бы я ни
спал, ты будешь рядом со мной. Свою пищу я буду делить с тобой, и всякий раз во сне мы
вновь будем вместе. Любовь моя, ты никогда меня не покинешь, и я не возьму другую. До
самой ночи моей смерти.
Ей так и хотелось сказать ему, что это невозможно.
Но как обычно, он знал, о чем она думает, и лишь покачал головой.
– Как могу я быть с кем-то, кроме тебя?
Лейла неловко и нетвердо поднялась на ноги, и когда она подошла к нему, Кор
широко раздвинул ноги, чтобы она могла встать между ними.
Когда она склонилась, чтобы поцеловать его в последний раз, ее слезы упали на его
щеки.
– Я люблю...
Она не сумела произнести последнее слово. Горло сдавило.
Руки Кора поднялись по ее телу, пока наконец он не обхватил ее лицо.
– Это все того стоило.
– Что?
– выдавила Лейла.
– Все, что происходило до этого самого момента, когда я любим тобой. Хоть мы и
должны разлучиться, я могу сказать, что мои чувства к тебе стоят всего этого.
А затем, с прощальным поцелуем... он ушел.
69
Час спустя Лейла пришла в особняк Братства. Она чувствовала себя слишком
легкой, как будто из ее нутра вынули жизненно важные органы - и она подозревала, что
так и есть. Ее самой почти не осталось.
Забавно, как можно найти себя и потерять за такой короткий промежуток времени.
И все же, поднимаясь по каменным ступеням особняка и приближаясь к огромной
двери в вестибюль, она знала, что в ней всего лишь говорит скорбь.
Ну или по крайней мере, она на это надеялась.
Если такой будет каждая ночь до конца ее жизнь? Она будет жить в мире, полном
боли. Буквально.
https://vk.com/vmrosland
Открыв дверь, она подставила лицо мониторам и подождала, пока кто-нибудь
отзовется. По идее, в эту ночь была очередь Куина забирать детей, но он все еще был на
больничной койке, так что Бэт сказала ей прийти примерно в пять и забрать их, если хочет.
Как будто она сказала бы "нет".
Согласно тому, что ей сказали, Кормия перенесла Рэмпа и Лирик из Святилища
пару часов назад, так что они находились наверху - в надежде, разумеется, на то, что
восстановление Куина пройдет быстрее. Но видимо не сложилось.
Она не спросила об его ранах. Это уже не ее дело, хоть от этого ей и сделалось
грустно. Но что поделать.
– О, доброго вечера, Избранная.
Когда ее поприветствовал радостный голос Фритца, Лейла осознала, что даже не
заметила, как он открыл дверь.
– Привет, Фритц. Как ты поживаешь?
– Очень хорошо. Я так счастлив, что все живы-здоровы.
– Да, - отрешенно сказала она.
– Я тоже.
– Могу я что-нибудь для вас сделать?
Ну, ты можешь развернуть тот самолет, на борту которого сейчас находится
любовь всей моей жизни, и вернуть его ко мне. Заставить его остаться со мной.
Заставить его...
Она прочистила горло.
– Нет, спасибо. Я всего лишь поднимусь наверх и заберу малышей.
Дворецкий низко поклонился, и Лейла медленно прошла к главной лестнице. Уже
занеся ногу над первой ступенькой, она вспомнила, как поднималась из подвала в том
очаровательном маленьком домике - и беспокоилась, что такова ее новая часть в жизни.
Разрываться на части всякий раз, когда она будет подниматься по лестнице.
И все же она сумела продолжить.
В конце концов, ты вынужден сделать это, даже если твое сердце разлетается на
куски. Дражайшие мойры, она понятия не имела, что будет делать в те ночи, когда рядом
не будет Лирик и Рэмпа, но ей придется что-нибудь придумать. Предоставленная сама
себе, она рисковала увязнуть в тоске по Кору...
Она остановилась на полпути, когда на вершине лестницы показался мужчина.
Подняв ладони в оборонительном жесте, она сказала Блэю:
– Мне разрешено их взять. Бэт сказала мне. Я не пришла сюда без разрешения.
Казалось, она целую вечность не виделась с этим мужчиной и ненавидела
образовавшуюся между ними вынужденную дистанцию. Но что еще им оставалось? И о
Боже, что если он не отдаст ей детей? Что если Куин прослышал о том, что она получает
дополнительную ночь, и с больничной койки потребовал, чтобы этого не произошло?
Именно сегодня из всех возможных ночей она нуждалась в грубом напоминании,
что ее ждет...
Прежде чем Блэй успел что-либо сказать, позади раздался сигнал о том, что кто-то
еще прибыл ко входу в особняк. Но Лейла не обратила внимание. Да и с чего ей? Она
здесь больше не живет...
Лейла резко развернулась.