Чтение онлайн

Беда в том, что я больше не маленькая. При взгляде на крепость, где я так любила играть, неприятное чувство накрывает меня, как слишком тяжёлое одеяло. Ребёнком я обожала играть в волшебные игры, которые придумывала для меня избушка. Она создавала уютные жилища и целые маленькие миры, где невысокие деревья шагали по комнате, а цветы пускались в пляс. Всё это так восхищало меня, что я чуть не лопалась от счастья.

Теперь я выросла. Как бы ни старалась избушка мне угодить, всё, о чём я мечтаю, – это покинуть её и узнать настоящий мир, жить среди живых, найти друзей, и не на один лишь день, а, может, на всю жизнь.

Я пытаюсь отвлечься чтением, но герои рассказа бредут вдоль озера, и вот я уже мечтаю о том, как было бы здорово погулять с Бенджамином. Я бросаю книгу и берусь за настольную игру, где нужно складывать слова из деревянных табличек с буквами. Я складываю слова «друг», «жизнь», но место второго игрока пустует, и мне становится интересно, умеет ли Бенджамин играть в эту игру. Я сдаюсь и усаживаюсь у окна рассматривать созвездия фонарей в городке там, далеко внизу.

До меня доносится шум пира и проводов, затем становится тихо. Я слышу, как Ба настраивает балалайку. Она играет мою любимую колыбельную из детства, но сегодня эти звуки, как и поросшая мхом крепость, совсем не радуют меня, а лишь заставляют съёжиться. Только когда Ба отправляется спать, я снова обретаю покой и могу вернуться к своим мечтам.

Первый луч рассвета окрашивает небо в розовый цвет, и избушка наконец погружается в сон. Я выжидаю, чтобы она уснула покрепче, кутаюсь в шаль и тихонько выхожу на улицу.

Джек сидит на черепе и наблюдает за мной, пока я крадусь вдоль забора. Я прижимаю палец к губам и бросаю на него многозначительный взгляд, который, как я надеюсь, говорит ему: «Пожалуйста, не выдавай меня». Мне повезло: Джек сидит тихо. Но моё сердце стучит так громко, что, кажется, само может разбудить избушку. В ушах звенит обещание, которое я дала бабушке вчера днём.

Прохладная изморозь покрыла кости забора, посеребрив их тонким слоем кристаллов льда. Меня колотит дрожь. Я оглядываюсь по сторонам, проверяя, действительно ли я в безопасном месте. Убедившись, что избушка меня не увидит, я перешагиваю через забор, опускаюсь на камень, где вчера мы сидели с Бенджамином, и жду.

Джек устраивается рядом со мной, то и дело суёт голову мне под руку, чтобы я его погладила. Я подкармливаю Джека крошками пряника из кармана передника и слежу за тем, как медленно рассеивается туман.

– Ка-а-ар! – пронзительно кричит Джек. Он взмывает в воздух и неловким взмахом крыльев сбивает один из черепов с забора.

Сердце подпрыгивает до самого горла, и я оборачиваюсь, чтобы проверить, не разбудили ли мы избушку. Но она крепко спит, аккуратно сложив ноги под крыльцом. Я соскальзываю с камня – хочу поднять череп, выпрямляюсь и вижу его – Бенджамина. Широкая улыбка согревает мои щёки, я взволнованно машу ему рукой.

– Привет! – Он улыбается в ответ. – Всё играешь со своими костями?

Я заливаюсь краской, понимая, что по-прежнему сжимаю череп в руке.

– Да, извини, он упал с забора, и я…

– Можно подержать? – спрашивает Бенджамин.

Я передаю ему череп, он поднимает его повыше и смотрит в пустые глазницы.

– Странно, правда?

– Что странно?

– Ну, знаешь, когда-то это был живой человек, ходил себе по улице… Интересно, каким он был, какой жизнью жил?

– Что ж, кто бы это ни был, его больше нет.

Я забираю у Бенджамина череп и возвращаю его на место. Я и так каждую ночь слушаю болтовню мертвецов об их жизни. Прямо сейчас меня куда больше интересует собственная.

– Как ягнёнок? – спрашивает Бенджамин.

– Отлично. Спит у меня в комнате. Я могу принести его, если хочешь, но я подумала, что мы могли бы…

Слова застревают у меня на языке. Прошлой ночью казалось, так просто позвать Бенджамина погулять, но сейчас меня одолевают сомнения. Я никогда не отходила от забора дальше, чем на несколько шагов. Что, если Ба права? Что, если там и вправду опасно?

– Прогуляться? – Бенджамин заканчивает фразу за меня. – Как раз собирался предложить. Мне кое-что надо отнести в хибару, пополнить запасы. – Он указывает куда-то на гору. – Сходишь со мной?

Всё ещё неспособная произнести ни слова, я киваю и сжимаю кулаки, чтобы унять дрожь в руках. Понятия не имею, что такое хибара и что нужно для пополнения запасов, но впервые в жизни я собираюсь уйти далеко от избушки. Это будет первое в моей жизни приключение! От волнения кружится голова. Я делаю глубокий вдох, представляю свою маму на украденной гондоле и говорю себе: «Всё будет хорошо».

Как только избушка скрывается из виду, мне становится гораздо легче. Конечно, страх попасть в переделку никуда не делся, но я решила, что это только лишний повод наслаждаться каждым мгновением, пока есть такая возможность.

– А что такое хибара?

– Что-то вроде пристанища для путников. Обычно это просто маленькие хижины, в которых может остановиться кто угодно. Но та, в которую мы идём, – это целая пещера на склоне горы.

– И почему ты пополняешь в ней запасы?

– Мой отец учитель. Завтра он ведёт туда детей в поход, вот и попросил меня заранее занести кое-какие вещи. – Бенджамин поворачивается ко мне с улыбкой. – Но я-то понимаю, что это всего лишь повод чем-то меня занять.

– Он работает в твоей школе?

– Да. И это ещё одна причина, по которой я чувствую себя там лишним.

– Правда? Почему же?

Бенджамин пожимает плечами:

– Мало кто хочет дружить с учительским сынком.

Я хмурюсь. Всё-таки слишком многого я пока не понимаю о живых. Из тумана появляется Джек, и мне вдруг становится радостно оттого, что он рядом.

– И это единственная причина?

– Почти все мальчишки постоянно играют в футбол, ну и разговоры у них только о нём.

– Тебе не нравится футбол?

Я смотрю вперёд, и от зрелища захватывает дух. Валуны, по которым мы идём, так глубоко сидят в тумане, что кажется, будто они парят над облаками.

– Нет. Не особо. Я люблю рисовать. – Бенджамин перепрыгивает с камня на камень, и его шаги отдаются странным звонким эхо. – Это место называют Пустыми камнями. Из-за звука, который создают эти валуны, когда по ним ходишь.

Я прыгаю на шаткий валун и балансирую на нём, наклоняясь вперёд и назад. Поверить не могу: это место находится так близко от избушки, а я могла никогда сюда не попасть. Что же ещё в жизни я пропустила из-за того, что мне запрещено выходить за забор? От этой мысли я чувствую себя такой же опустошённой, как эти полые камни.